Каан Аль Амин, сжимал оплетку руля и мысленно чертыхался. Когда он встретил жену Кайсарова, он думал, что удача у него в руках, но она тут же упорхнула, стоило ей сказать, что муж сейчас подъедет.

Красть девчонку было весьма проблематично, тем более что она была не одна. Если бы они с сестрой Кайсарова были одни, он бы быстро разобрался с ними. Но охрана и приезд самого Эмина, нарушили его план и ему пришлось проследить за ними до самого дома, где куча охраны не позволила бы ему даже подъехать.

Поняв, что ему сегодня ничего не светит, он возвращается домой и сообщает о провале отцу, который качает головой.

— Не переживай сынок. Торопливость в этом деле ни к чему.

— Прости отец, — опустил голову Каан. — Я подвел тебя.

— Все хорошо. Попробуем в другой раз. Нам нужны козыри, и мы их достанем. Будет делать все, что скажем. Эмин сам отдаст Заура, стоит только услышать о том, что его жена похищена, — улыбается Юссеф Аль Амин.

— Тогда зачем нам еще его сестра?

— Для страховки, чтобы он не думал, что мы шутим.

— Тогда может ее лучше, — предложил Каан, заметив хмурый взгляд отца.

— Почему? Тебе понравилась жена Кайсарова?

— Нет, — торопливо ответил Каан. — Просто сестра беременна и это тот самый козырь, при котором он точно сделает, все что мы ему скажем.

— Возможно ты прав. Пока подождем удачного момента. Я слышал Кайсаров с женой возвращаются в Париж, нам это будет на руку, можем пока привести в действие план Б.

— Вертинский?

— Да. Но не сразу. Пусть пройдет пара недель.

— Хорошо отец.

— И еще, — сказал Юссеф Аль Амин, строго смотря на сына. — Не позволяй своим чувствам затуманить свой разум. Девчонка Кайсарова нам не ровня. В нашу семью войдет только чистая мусульманская девочка.

— Как скажешь отец, — лицо Каана приобрело багровый оттенок, и он склонил голову.

— В любом случае, если надо будет мы и ее заберем.

Согласившись со словами отца, Каан вышел из кабинета.

* * *

Лея смотрела в окно из комнаты, замечая, как по периметру ходят люди, которых раньше не было. Услышав, что вода в душе отключилась, она присела в кресло, чтобы спросить у Эмина, что происходит.

Завтра они возвращаются в Париж и ей не хотелось бы, чтобы здесь кому-то угрожала опасность.

— Доброе утро, — улыбнулся Эмин, замечая ее в кресле. — Ты почему так рано проснулась?

— Эмин? Что-то случилось? Почему в особняке так много людей?

— Просто усилил охрану, — хмурился он, выглядывая в окно. — Тебе не о чем волноваться.

— Ты что-то недоговариваешь, — она встает и тут же оказывается в его объятиях.

— Это точно. Я забыл сказать тебе, как очаровательно ты выглядишь в этой простыни на голое тело, — он целует ее за ушком, заставляя терять разум.

— Ты специально так делаешь, — шепчет она, целуя его в ответ. — Чтобы я не спрашивала.

— Я ответил, любовь моя, — он спускается ниже, ловя губами грудь и издавая стон.

— Эмин…

Полчаса спустя она наблюдает за ним из постели, лениво потягиваясь. Он уже надел костюм и застёгивал запонки, ловя ее улыбку и улыбаясь в ответ.

— У тебя вошло в привычку пропускать завтрак, любовь моя.

— Ты виноват в этом, — краснея ответила Лея. — Но сегодня не смей уходить без меня. Я скоро спущусь.

— У меня есть дела. Мне нужно ненадолго отлучиться и потом я весь твой, — сказал он, подходя к ней и целуя в висок.

— Все равно, дождись меня, пожалуйста? — попросила она и он кивнул, смотря на часы.

— У тебя десять минут на все.

— Тиран!

Его смех вызывал у Леи улыбку и она, приняв быстро душ, накинула белую майку и джинсы, спускаясь вниз.

— Всем доброе утро!

— Соня сегодня вовремя?! — удивился Джамиль, и она посмотрела на Ираду.

— Дочка, доброе утро, — улыбнулся отец и она, подойдя к нему, поцеловала его и госпожу Марьем в щеку.

— Не забудьте, сегодня у нас семейный ужин. Быть всем дома в семь вечера, ясно? — сказала госпожа Марьем, смотря на Эмина и Джамиля.

— Только мы? — просил Эмин.

— Я позвал Хасановых и Машаль, — сказал отец и Лея просияла.

Она так давно не видела дядю Искандера, что уже забыла, как он выглядит.

— Спасибо.

— Вы серьезно? — возмутился Джамиль. — Прошу, только не семейство Машаль?! Мать Наимы вынесла мне весь мозг в прошлый раз.

— Не волнуйся ты теперь женат, — улыбнулась Лея, и он хмыкнул.

— Как будто это ее остановит.

— Не волнуйся, тетя Резеда стала другой, после того как дядю Хазрета посадили. Она теперь очень боится потерять дядю Искандера и остаться одна.

— Ты меня успокоила, — сказал Джамиль. — Но, если что…

— Не волнуйся милый, я буду рядом, — улыбнулась Ирада, поцеловав его.

— И я, — кивнула Лея. — Вместе с Ирадой мы спасем твою бедную задницу.

— Вот же…

— Не смей! — поднял глаза Эмин, не собираясь терпеть неуважения в адрес жены.

— Да я даже ничего не сказал? — возмутился Джамиль.

— И не стоит.

— Ешь сынок, — усмехнулся отец, похлопав его по руке.

Джамиль поднял палец пригрозив Леи, и она послала ему воздушный поцелуй. Ирада с Эмином закатили глаза, смотря на их дурачества.

Выйдя на террасу, Лея приподнялась на носках и Эмин, подхватив ее одной рукой прижал к себе.

— Что ты хотела мне сказать, любовь моя?

— Что я очень сильно люблю тебя, — она поглаживала ладошкой его скулу и он едва не мурчал от этой ласки. — Будь пожалуйста, осторожен.

— Почему? — удивился он.

— Ты не говоришь правду, но я догадываюсь, что что-то случилось. Поэтому прошу, будь осторожен?

— Какая же ты лисичка, любовь моя, — он усмехнулся, целуя ее в губы. — Всегда все знаешь лучше меня.

— Я ведь твоя жена, Эмин, — шепнула она.

— Будь добра, не выходи никуда сегодня, хорошо?

— Хорошо, — улыбнулась она, замечая с каким нетерпением на них смотрит Джамиль.

— Может хватит уже нежностей? Поехали!

— Поговори мне еще, — буркнул на него Эмин.

— Иди-иди, — подтолкнула его Лея. — Люблю тебя.

Как только они уехали, госпожа Марьем позвала их с Ирадой в гостиную, чтобы решить насчет блюд. Отправив людей за продуктами, они решили, что будет лучше, если они накроют стол на террасе с другой стороны особняка.

Как только все было обговорено, Лея руководила процессом установки стола и стульев, тогда как Ирада сидела в кресле и, попивая лимонад, махала руками, корректируя действия Леи.

Украсив веранду лампочками и огоньками, Лея проверила их в действии и радостно хлопала в ладоши, предчувствуя какая красота будет вечером, когда солнце сядет и наступят сумерки.

— Подсветку у бассейна нужно оставить. Не дай Бог кто-то упадет пьяным туда, — сказала Ирада и Лея кивнула.

Скатерть была расстелена и даже начали расставлять посуду и фужеры, когда госпожа Марьем вышла все проверить.

— Какая красота! — восхитилась она.

— Да, последний день будет запоминающимся, — вздохнула Ирада и Лея внимательно посмотрела на нее.

— Переживаешь?

— Джамиль все время на работе, а мне одной скучно. С тобой я совсем не замечала времени.

— Не переживай, думаю, что три-четыре месяца ты выдержишь без нас.

— Ты же говорила меньше?

— Это на случай, если нас что-то задержит.

— Надеюсь этого не будет, и вы прилетите через пару недель. Это максимум, — ставила условия Ирада.

— Месяц в лучшем случае, — улыбнулась Лея.

Перед ужином Лея приняла ванну, выбрав телесное вязаное платье в пол на тонких бретелях. Волосы она убрала наверх, открывая шею. Решив, что косметики на ней сегодня не будет, она наносит увлажняющий крем и проводит бальзамом по губам.

Эмин встречает ее в дверях восторженным возгласом, и она улыбается.

— Дождись меня, я быстро.

После душа, он надевает черные брюки и такую же рубашку, оставив верхние пуговицы расстегнутыми.

— Выглядишь потрясающе, любовь моя, — говорит он и целует ее в шею. — Я с ума схожу от твоего запаха.

Она смеется, чувствуя, что его руки скользят по ягодицам, оглаживая их и сжимая.

— У нас нет времени на это, — пресекает его шалости Лея.

— Пару минут, — просит он, не отрываясь от нее и делая глубокий вдох. — Если я умру, то хочу, чтобы меня похоронили здесь, — он провел рукой по ее шее, поднимаясь к ушку. — Вот здесь.

Он ласкает раковину ушка, и она смеется, отворачиваясь от него.

— Эмин?! Нам пора.

— Поцелуй! — приказывает он ей, сжимая талию двумя руками.

— Тиран, — она сдается под его натиском и целует его, чувствуя, как ноги тут же становятся ватными.

— Вперед, любовь моя.

В гостиной собрались уже все и Лея, радостно подбежав к дяде Искандеру, целует его в щеки и обнимает, слыша, как он смеется.

— Тихо детка, тихо.

— Здравствуйте тетя Резеда, — тут же оборачивается к ней Лея. — Наима привет, — целует она ее.

— Добрый вечер дочка, — искренне улыбается Резеда Машаль. — Джамиль сынок, а ты что же не подойдешь поздороваться? — громко крикнула она, привлекая внимание всех.

— Конечно, — улыбнулся он, ловя взгляд Леи и жены.

— И я подойду, — кивнула Ирада.

— Храни нас всех от этого удовольствия, — прошептал Саид Адилю, смотря на то, как Резеда Машаль целовала в щеки Джамиля.

— Согласен.

— Будьте снисходительнее, — попросила Наиля. — Она тоже пошла на уступки нам.

— Как будто нам это было нужно, — пожал плечами Саид и тут же получил по плечу от жены.

— Прекрати Саид! — шикнула на мужа Джамиля. — Как ребенок!

— Прекрати меня отчитывать Джамиля! — прошипел он ей в ответ.

— Могу отпеть, — отчеканила она, посмотрев на мужа таким взглядом, что он сразу понял, лучше промолчать.

— Как же я люблю эти семейные встречи, — улыбнулся Адиль, сжимая Наилю и дочку. — Ваши перепалки и растерянный взгляд Джамиля напоминает мне о том, что я женился на самой потрясающей женщине.

— Адиль!?! — в голос воскликнули Наиля и Джамиля, привлекая этим внимание всех.

После этого все прошло более-менее спокойно, правда Джамиля иногда вставляла свои колкие фразочки, а Саид поддакивал ей, заставляя Джамиля и Адиля качать головой.

Эмин наслаждался спокойной атмосферой и улыбкой жены, которая смеялась так заразительно и громко, что иногда он не сводил с нее взгляда так долго, что все это замечали.

Любовь, что была под запретом, принесла ему счастье и нежность, которое он так боялся потерять. Лея была самым настоящим лучиком света и научила его улыбаться и радоваться таким простым моментам.

Улыбки и счастливые лица ее сестер подсказали ему, что они счастливы быть здесь. Отец разговаривал с дядей Искандером и выглядел таким бодрым, что он понял, за ним есть кому присмотреть, пока их не будет некоторое время.

Он счастливо выдохнул.