Брюнетка была права — от того, будет Кешью сотрудничать с нами или нет, напрямую сейчас зависело количество шансов на его выживание. Никакой гарантии мы, конечно, дать ему тоже не могли. Но могли хотя бы постараться вытащить его вместе с собой.

Ниндзя всё это отлично понял. Он невидяще уставился в стену и молчал так долго, что я чуть было не решился его окликнуть.

— Но кто способен на такое? — наконец, тихо спросил он. — И зачем?

Я переглянулся со Шпилькой. Брюнетка вопросительно изогнула бровь. Я кивнул — нет смысла скрывать. Уже нет. Кешью мы этим хуже не сделаем, себе — тем более.

— Они зовут себя богами Стикса, — произнесла Шпилька. — Иммунные, живущие так долго, что стали очень могущественны и возомнили себя вправе переделать Стикс на свой лад.

— Кстати, чернота, сожравшая Каймана — это прямой признак их присутствия, — добавил Шайтан. — Это побочный эффект от применения ими Даров. Силёнок наши боги накопили, а вот грамотно применять их так, чтоб не сломать песочницу, в которой хотят лепить свои куличики, они не научились. Кстати, именно поэтому Скульптурист предпочёл договориться с цифровой копией Жнеца и использовать его тело в качестве аватара.

Шпилька очень странным взглядом смерила своего напарника, но ничего не сказала. Тот сложил руки на груди и едва заметно пожал плечами. Кажется, что у этой парочки тоже есть вопросы к тому, кто закинул нас всех из Улья на Континент в добровольно-принудительном порядке.

— На Тортуге, кроме Каймана, ничего не попортили, — скривился Шайтан. — Так что допускаю, что многое зависит ещё и от масштаба использования.

— Вполне возможно, — не стала спорить Шпилька. — Но сейчас мне интересно другое — зачем богам эта «Слеза»? Смотрите, какая вырисовывается цепочка… Боги,, пока ещё не доросли могуществом до настоящих богов, стараются не показывать себя ни в Улье, ни на Континенте. Допускаю, что и на других планах Стикса ситуация аналогичная. Причина проста — они, так казать, тяжеловаты для них. Нивелировать это они пока не умеют, но мозгов, чтоб понять, что править надо живым миром, а не сплошной чернотой, им хватает. Чем дальше, тем влияния меньше — так говорил Скульптурист. Но проверить мы это не можем никак, так что дальше будем учитывать только те планы, которые знаем. А это Улей и Континент. Что там, что тут у богов есть последователи из числа людей. Килдинги вроде тех, с которыми сталкивались мы с Шайтаном, или тех, кто едва не убил Орка — в Улье. Здесь ставки подросли, и вместо фанатиков на богов работают нолды, которые, как я понимаю, что-то вроде боевой гвардии — налетели, расстреляли, победили и всё такое… Но без лишней необходимости нолды тоже предпочитают не светиться и используют сеть из шпионов. Например, таким был Кислый, которого потопила Барракуда. Такой, похоже, и Сивый. Наверняка есть и другие. Этакие спящие агенты на местах.

Кешью, слушая Шпильку, даже приоткрыл рот — для него, не бывавшего в Улье и не знавшего и сотой доли того, что было известно нам, слова брюнетки звучали… эксцентрично… или даже не так — трешово. Я его понимал. Даже я, успевший и сам столкнуться с вещами, никак не укладывавшимися в естественную картину мира, и знакомый с историей Шпильки, поведанной мне ещё на корабле, не смог бы вот так легко разложить по полочкам вроде бы не самую очевидную схему с нолдами и их агентами типа Сивого и Кислого. А уж поверить в неё — и подавно.

Ниндзя, несмотря на все объективные «но», постарался. Вышло не очень.

— Слушайте, я ничего не понимаю, — помотал головой он. — Я не в теме, кто такие эти ваши боги и что за чертовщина с ними творится, не знаю и не хочу ничего знать про какой-то там Улей и ваши в нём или с ним разборки. Всё, что я понял — что я в дерьме по полной, и шанс вылезти у меня есть только с вами. Так, может, вместо того, чтоб продолжать меня кипятить, попробуете мне объяснить понятным языком, что к чему?

— А ты смотри, кто у нас такой смелый стал, а! — взвилась Анютка. — Что, кровушка остыла до комнатной? В безопасности себя почувствовал? А мы, между прочим, тебе не верим! Что вообще за бред — заменил Дар, заменил информацию на какую-то невнятную дичь…

— Ань, он вообще-то прав. Для него наши слова — та ещё дичь, — поправил девочку я.

Но остановить зарождающийся поток обвинений от обиженной азиатки смогла, как ни странно, Шпилька.

— Ни про Дар, ни про инфо он не соврал, — тихо произнесла она и добавила во избежание лишних споров. — Можешь сама проверить.

— Да я уже раз десять… — начала Аня и вдруг осеклась, глядя чуть выше головы Кешью.

Я тоже вызвал системную информацию. Ожидал увидеть всё ту же чушь, но вместо этого…

Объект — иммунный, гуманность — высокая положительная, прозвище-идентификатор — Кешью. С большой вероятностью обладает неустановленными умениями Континента.

Я помотал головой. Но нет, слова не превратились обратно в бессмысленный набор букв.

— Как ты поняла про Дар? — спросил я у Шпильки. — Мне видно только то, что он есть.

Та усмехнулась и промолчала.

Я мысленно хлопнул себя по лбу. Действительно, что за дурацкий вопрос? Она же копирует Дары. Значит, может их и ощущать.

Кешью, испуганно сжавшийся после анюткиных обвинений, молча переводил взгляд с девочки на меня, с меня на Шпильку, со Шпильки на Шайтана, стоявшего со скучающим видом. Потом всё-таки остановился на мне.

— Парни, я даже не знаю уже, с кем опаснее связываться, с Сивым или с вами…

— С нами. Пока, по крайней мере, — хохотнул Шайтан. — Нам управление чернотой не по зубам. Если я тебя вскипячу, ты воскреснешь на ближайшем респе. Но если почернеешь — всё, не будет никаких больше респов.

До Кешью доходило медленно. Но всё-таки доходило. Хоть он, скорее всего, и не видел, как теперь выглядит Кайман, наших описаний оказалось достаточно. На лице ниндзя мелькнуло осознание, смешанное с ужасом. Затем оно сменилось решимостью.

— Готов слушать? — на всякий случай уточнил я.

Ниндзя кивнул.

— Только можно, этот… — его взгляд метнулся на Шайтана и обратно, — подальше встанет? Развязывать даже не прошу, — добавил он, заметив недовольство на лице Ани. — И пэта можете не убирать, чтоб вам спокойней было. Но я так и так уже не сбегу.

Я кивнул Шайтану, и тот бесшумно переместился ближе к двери.

— Есть ещё кое-что, — произнесла Шпилька. — Думаю, это надо озвучить до того, как ты начнёшь посвящать Кешью в курс дела.

— Ой, да что ты… — попробовала совредничать Аня, но Шпилька и не подумала обратить на неё внимание.

— Скульптурист перед тем, как отправить нас с Шайтаном сюда, говорил, что боги сами способны перемещаться между планами. И не доверять ему в этом вопросе у меня причин нет — он слабее богов, но тоже так может. Так объясните мне одну вещь… Если для богов такое перемещение — не проблема, то зачем им «Слеза Солнца»?

Вопрос повис без ответа.

А действительно, зачем? Логика, почему они предпочли использовать Кешью через Сивого, мне была понятна. Но конечная цель действительно как-то не вязалась с их могуществом.

Ответ я получил максимально неожиданно.

— «Слеза Солнца» понадобится не им, а вам, — раздался голос от двери. — Поэтому они и хотят её забрать. Почуяли, что остановить вас будет очень непросто.

Я медленно повернул голову, уже зная, кого увижу.

У двери, всё так же закрытой на щеколду, стоял не кто иной как Жнец.