Кайман вернулся через пару часов, и уже по его довольному виду я легко определил, что всё прошло успешно.

— Слух запущен, — отчитался он.

— Уверен, что за тобой на обратном пути никто не следил? — скептически поинтересовался Шайтан.

— Уверен, — кивнул матрос. — Но номер я уже снял. Об этом, конечно, все уже знают, но заподозрить ничего не смогут — моя халупа близко к пирсам стояла, пострадала при нападении.

— Значит, ты сейчас валишь к себе и у нас больше не появляешься, — резюмировал я. — Но за слухами послеживаешь. Как только появится интерес к нам — сразу сообщи.

Кайман, кивнув, ушёл. Я дождался, пока в коридоре затихнут его шаги, и посмотрел на соратников. Зуб даю, доверия к Кайману не было ни у кого из них! Это наблюдение подтвердилось, когда я заговорил.

— А теперь между нами. Я не очень доверяю Кайману, хотя и не уверен, что не зря. Но лучше пусть не знает, что мы задумали. В общем, я думаю, что Кешью не станет тянуть и явится к нам уже сегодня ночью. Наша задача — подготовить ему радостную встречу. Что у нас по оружию?

У Шайтана остался автомат, но без патронов. У Ани три арматурины. У шпильки сабля, у меня — меч. Не густо. Но и не сказать, чтоб пусто, особенно если достать патроны. Но вообще Шайтану тоже бы раздобыть какой-никакой холодняк — в ситуациях вроде сегодняшнем может выручить.

А сейчас, к сожалению, придётся работать с тем, что есть.

— Нют, отдай Шайтану одну арматурину, — велел я.

— Чего это? — зажадничала азиатка. — Это мои арматурины! Я их сама заказывала, на заточку спораны тратила, а он… он даже спасибо не скажет! И вообще, у него автомат!

Шайтан опустил голову, но я успел заметить, что прячет он вовсе не смущение, а смех. Но беззвучно затрясшиеся плечи выдали его с головой.

— У него нет патронов, Ань, — урезонил я девочку. — Ты сама видела, он на пирсе практически голыми руками воевал. А нам надо прямо сейчас, не выходя из гостиницы, вооружить каждого в отряде. Пока можем только так.

— А я? Я с чем останусь? С двумя всего? У него, между прочим, двадцатый уровень, он сам может себя защитить!

Шайтан всё-таки не выдержал и заржал в голос. Аня поджала губы, сверкнула глазами, потом тяжело вздохнула и картинным жестом всё же протянула Шайтану одну из арматурин.

— На. Только верни потом! Это ручная работа, между прочим… — она не договорила.

Шайтан, справившись со смехом (эстафету подхватила Шпилька, но сделала это изящней и незаметней немца) покрутил в руках импровизированное копьё, оценивая баланс.

— Ш-шайс-се, чувствую себя первобытным человеком. Дубина и заточенная палка в одном — просто великолепно. Но спасибо и на этом.

— Не за что, — буркнула Аня, отвернувшись.

Я перевёл взгляд на Шпильку. Она сидела на краю второй койки и боролась со смехом, поглаживая Лайму, которая устроилась у её ног. Овчарка выглядела спокойной, но уши её постоянно двигались, ловя каждый звук из коридора и с улицы.

Дождавшись, пока все вернутся в серьёзное русло, я предложил дальнейший план: мы расходимся по своим комнатам, словно не ждём нападения. С наступлением ночи делаем вид, что легли спать. Но по факту дежурим. Я в своём номере и Шпилька в своём — первую половину ночи. Аня и Шайтан — вторую. Лайма сторожит, главное — чтоб шум раньше времени не подняла.

— Она умнее, чем кажется, — жёстче, чем следует, заметила Шпилька.

Я открыл командный чат и написал, чтобы все запомнили:

«Никакого света. Никаких шевелений и звуков. Он должен поверить, что мы спим».

Дальше оставалось ждать ночи. Мы сделали вылазку на первый этаж и через хозяина договорились о том, чтоб нам прямо в комнату принесли еду. Это обошлось нам в удвоенную цену за саму еду и «благодарность» хозяину, но мы не стали даже торговаться, хотя цена услуги была явно завышена даже с учётом нашего положения. Но высовываться из гостинцы без Каймана мы не рискнули.

Ночь наступила неожиданно скоро. Поев, мы разошлись по комнатам. Я щёлкнул выключателем, погружая помещение в темноту, и лёг на свою койку. Рядом, под правую руку, положил меч. Аня на своей кровати укрылась одеялом, спрятав под ним арматурины. Был не её черёд дежурить, но слишком частое дыхание выдавало, что она не спит.

— Нют, — прошептал я едва слышно. — Не дыши так громко.

— А ты не учи, — так же тихо огрызнулась она. — Сама знаю.

Из-за стены сначала слышались шаги и шебуршание, но потом и там всё стихло.

Сквозь открытое окно до меня доносились шум волн, звуки молотков и невнятный гул слившихся воедино криков чаек, человеческих голосов, техники, ветра. Из таверны неподалёку слышалась пьяная песня, но вскоре она оборвалась, и снова стало тихо.

Время тянулось медленно. Я лежал, вглядываясь в потолок, и изо всех сил старался не провалиться в дрёму — усталость после боя давала о себе знать, и тело настойчиво требовало отдыха.

Я уже начал думать, что ничего не произойдёт. Что Сивый всё же не соврал, что мы зря заподозрили Каймана. Или что слух не сработал.

А потом я услышал это.

Шорох.

Едва слышный шорох шагов в коридоре. Звук раздался со стороны лестницы. Ночной гость медленно прошёл по коридору, стараясь не шуметь, миновал наши номера. Скрипнула дверь в тупике коридора, щёлкнул замок. И всё стихло.

Выждав несколько секунд, я открыл командный чат и быстро набрал:

«Слышал шаги в коридоре. Прошли мимо наших дверей к дальнему концу. Больше не повторились. Может, просто постоялец»

Ответ пришёл почти сразу. От Шпильки:

«Тоже слышали. На всякий ждём».

Следом добавился Шайтан:

«Или клиент наш, но пока просто проверил обстановку. Смотрим в оба».

Я замер, постаравшись даже не дышать. Вслушался. Нет, ни шаги, ни остальные звуки больше не повторялись. Но что-то подсказывало, что расслабляться не стоит.

Вдруг снова послышался щелчок замка. Скрип двери. Снова скрип и щелчок — как будто другой постоялец выглянул в коридор и снова заперся у себя.

Кстати, а где именно номер Каймана? Уж не в том ли самом тупике?

Чёрт.

Шаги не повторились. Я выждал ещё минуту, прислушиваясь. Ничего. Только глухое баханье собственного сердца.

Значок командного чата в углу интерфейса призывно мигнул. Я потянулся к нему и увидел сообщениеот Шпильки.

«Похоже, не наш. Но Лайма беспокоится. Будь начеку».

Я закрыл чат, весь превратился в слух. Минуты тянулись, но ничего не происходило. Равномерный гул порта, приглушённый расстоянием, навевал сонливость. Веки налились тяжестью, мышцы расслабились, тело настоятельно потребовало отдыха.

Я сопротивлялся желанию немедленно уснуть, как мог. Хотелось встать и хоть немного размяться, но я мог выдать себя шорохом. Я терпел. Но сознание всё равно медленно и неотвратимо погружалось в пусть беспокойную, но дрёму.

В ней смешивались звуки с улицы, звёздный свет и мои фантазии, порождённые тревогой. Мне снилось, что кто-то тихо-тихо ступает по карнизу, цепляясь пальцами за каменную кладку. И во сне мне совсем не казалось странным ни само наличие карниза, ни то, что кто-то по нему идёт на высоте четвёртого этажа, ни вопрос, как этот кто-то на этот карниз вообще забрался.

А потом мне приснилось, как на фоне открытого окна появляется тень, постепенно превращаясь в человеческий силуэт.

Бесшумно, одним плавным движением незваный гость обтягивающей одежде перевалился через подоконник и замер. Лицо его было скрыто под капюшоном, но в темноте я так и так не смог бы его разглядеть.

Всем своим видом неизвестный напоминал киношного ниндзя: обтягивающее трико, торчащая из-за спины рукоять слегка изогнутого меча, достаточно короткого, что им было удобно орудовать в помещении, капюшон. Повадки тоже были соответствующие — в каждом жесте сквозила опасность, какая исходит только от беспринципного убийцы, для которого человеческая жизнь сродни комариной.

Неизвестный медленно повернул голову, осматривая комнату. Взгляд скользнул по стенам, по столу, по двери. И замер на наших койках.

Меня кольнула тревога. Нужно проснуться, мне не нравится этот сон. Но сознание отказывалось пробуждаться.

Моя рука по-прежнему лежала на рукояти меча — я это не просто знал, а чувствовал даже сквозь дрёму. Но сжать пальцы почему-то не мог.

Несколько секунд я боролся с собственными мышцами. А потом вдруг понял, что проснулся. Но легче от этого не стало, потому что фигура у окна никуда не исчезла. Вопреки надежде, неизвестный ниндзя не был сновидением.