Николай (Круг)

Жизнь бьет ключом, причем бьет им по разным частям тела, но в основном по голове. Ежедневная рутина: поездки, поиски выживших, захваты и передача их в руки ученых — все это стало основной нашей работой. Честно говоря, возвращаясь на базу с новой партией выживших, мне казалось, что я обычный пастух, который пригнал новое стадо на забой. И если изначально я тешил себя мыслью о том, что все это скоро закончится, и мы с Лизой убежим, то теперь мне кажется, что все это навсегда, точнее, до того дня, когда я стану не нужным или не погибну при исполнении.

Вернувшись вечером домой, моя благоверная пребывала в на редкость хорошем настроении. Разумеется, у меня возник вопрос: с чего бы это вдруг? В последнее время она постоянно была смурной, раздражительной, а тут раз — и порхает, как бабочка. В ответ Лиза поставила меня перед фактом, что к нам сегодня должен наведаться очень важный гость и побеседовать с нами. На вопрос: «Кто же это?» — она ответила загадочной улыбкой, словно предвкушая мою реакцию от встречи с ним. Видя, как она юлит, я было решил, что это будет кто-то очень мне неприятный, и даже предположил, что это Стервятник, но как же я был неправ.

После стука в дверь я сразу подбежал к ней, чтобы удовлетворить свое любопытство, и широко распахнул, а вслед за ней от удивления так же широко распахнулся и мой рот. На секунду я подумал, что все это мне померещилось, и я даже протер глаза, но нет. Все тот же человек, копна светлых волос на голове с длинной челкой, кончик которой был окрашен в розовый цвет. Острый взгляд голубых, безумных глаз и фирменная ухмылочка на самодовольной физиономии. Но главное — это его одежда, он щеголял в униформе самого элитного подразделения в бункере, и, судя по нашивкам, они реально взяли его к себе.

Честно говоря, про этого человека уже и забыл давным-давно, я бы даже и не вспоминал о нем, если бы не Лиза. Она порой восхищалась им за неоднозначное поведение, мировоззрение и поступки. Но я был уверен, что как раз-таки за свое поведение и поступки он уже давным-давно мертв или ходит в виде зомби. Уж больно вызывающе он выглядел и вел себя чересчур дерзко. И вот вам здрасте, привет из прошлого.

Наша беседа немного затянулась, но главное — он предложил то, в чем мы так сильно нуждались, а именно побег. Мало того, что Ил в силах его устроить, он еще и желает уничтожить здесь все, и, разумеется, у парня есть для этого план. Первое, о чем я подумал, так это о том, а можно ли ему вообще доверять? С чего бы вдруг он пришел к нам и весь такой молодец предложил спасти? Но Лиза пояснила, что сама попросила его об этом. А касательно доверия — Ил весьма прямолинеен, и ему в целом все равно, сбежим мы или нет, но ему нужны союзники.

Врать не буду, это сильно ударило по моей гордости, все же я обещал побег Лизе и облажался по полной. А Ил любезно согласился нам подсобить, но для этого ему тоже понадобится определенная помощь. И если нас кто-то рассекретит, то не сносить всем головы. Так что мы заключили этакий пакт: если сбежим, то вместе, и если погибнем, то тоже всей компанией.

В своем рассказе парень поведал нам, как вообще докатился до такой жизни, и паззл в моей голове сложился. Поскольку девушка, которую он упоминал, была личностью вполне известной. На данный момент это единственный человек, который пошел против системы, навредил ей и смог убежать отсюда. И теперь она отправила сюда своего безумного парня, чтобы он завершил начатое. И, не кривя душой, я за это ей весьма благодарен, ведь это наш реальный шанс на нормальную жизнь. Под нормальной я подразумевал свободную, где мы сами будем вольны решать, как нам жить и чем заниматься.

Разумеется, парень за время апокалипсиса успел пройти через многие испытания, он заматерел, стал сильнее и умнее. Одно путешествие по замшелой тайге без провианта чего только стоит. Что в очередной раз демонстрирует его силу, выносливость и, разумеется, любовь к жизни. Признаюсь я ему немного завидую. И дело не в его молодом возрасте или смазливой внешности. А в том, как он видит мир, и то, что совесть его не терзает, он вообще не знает, что это такое. Он из тех людей, что видят цель и не видят препятствий, а как только те появляются, то просто сносят их или втаптывают в землю.

Обсудив все тонкости, мы договорились о явках и паролях, но на следующее утро оказалось, что его группа, как и он сам, убыли на срочное задание, а мне только и оставалось, что выполнить его поручение и подготовить взрывчатку. Самой взрывчатки у нас было с избытком. На складах получали все с запасом, а что-то взрывать приходилось крайне редко, все же специфика работы у нас несколько иная. Так что этих брикетов у нас скопилось целых два полных стеллажа, и никто ее даже не считает. Как говорит наш старшина, «Война все спишет».

— Скайнет, подойди на минутку. — подозвал я к себе своего старого-нового командира отделения.

Парень встал из-за своего стола и с видом умирающего лебедя нехотя подплыл ко мне.

— Что ты кислый такой? — улыбнувшись, хлопнул я его по плечу.

— Командор, ну не хочу я людьми командовать. — жалобно произнес он.

— Я же сказал, что это временно, Крот выйдет из больнички и заменит тебя. Так что не ной, это временно. — попытался я его подбодрить.

— Не мне тебе рассказывать, что нет ничего более постоянного, чем что-то временное. — ответил он недовольным тоном.

— Потерпи, все будет. — еще раз заверил я его. — Я чего хотел то. — тяжело вздохнув и почесав затылок, добавил я. — Скажи мне на милость, а вот таймеры на взрывчатку бывают прям на длительное время?

— Не понял, что за таймеры и длительное время — это сколько?

— Я тут думал недавно, а что, если мы будем где-то сидеть в засаде, но долго. Как помнишь, зимой двое суток сидели в сугробе, сопли морозили в ожидании прибытия основной группы? А потом думали, как бы нам ворота подорвать, чтобы нахрапом всех взять.

— Ну? Как такое забыть. — поежившись, словно от холода, кивнул он.

— Так вот я и подумал, а есть ли что-нибудь такое, чтобы заложить пластид или тротил, подцепить детонатор и завести таймер. У нас вон есть, но они максимум на двенадцать часов, а если нужно больше времени, сутки или двое, или вообще три дня, а то и неделя. — озвучил я свои мысли, стараясь избегать подозрений с его стороны.

— Ааааа, вот ты про что. — наконец-то понял он меня. — Вообще у нас таких нет, но штука вообще простецкая, и сделать ее очень легко, например, из мобильника. Особенно старого, кнопочного. — сразу пояснил он, причем таким тоном, словно я спросил у него что-то очень элементарное и очевидное.

— Это как?

— Да просто, разбираешь его, отпаиваешь динамик или моторчик, что создает вибрацию. Затем на эти проводки напаиваешь взрыватель, и все готово. Собираешь конструкцию, а дальше все просто. Раньше, когда мобильная связь была, можно было позвонить на телефон, и бабах! А так ставишь будильник или таймер, время вышло, телефон подает импульс, и все готово. А время ожидания ограниченно только временем заряда телефона. Поэтому старые мобилки тут вообще будут топ, они заряд держат очень долго, а если поставить будильник и выключить телефон, он вообще месяц может, а потом включится. Хотя… погоди, будильник так не поставить, там максимум на неделю, кажется, можно запланировать, ну тогда напоминание в календарике, наверное, если такая функция будет присутствовать, или все же таймер, но там тоже не надолго. В общем, на неделю можно влет сделать, только я не представляю, где это вообще может пригодиться. — просветил он меня.

— Слушай, звучит хорошо, а пригодиться может когда угодно. Кстати, у нас сегодня работы не предвидится, поэтому будь другом, сделай с десяток таких телефончиков. — попросил его я.

— Да не вопрос, к обеду будет готово. — кивнул он.

— Тогда двадцать. — добавил я ему работы.

— Язык мой — враг мой. — удрученно пробубнил Скайнет и пошел в свою мастерскую.

Леший

Моя жизнь с начала зомби апокалипсиса стала похожей на зебру. То узкая белая полоса, то широкая черная. Я то и дело преодолевал разные трудности и вырывался из лап смерти, попадая на короткие белые полосы в надежде, что до черной очень далеко. Но так вечно продолжаться не могло, и вот в конце концов я добрался до настоящей задницы, из которой уже выбраться не удастся.

Бравые солдатики окружили захваченный мной дом, а после спеленали и отвезли сюда. Затем меня долго допрашивали и брали разные анализы. А после отвезли на лифте вниз и заперли в камере. Все это казалось полным абсурдом, ну кому нужны заключенные в наше время?

Но все выяснилось очень быстро. Помимо меня в камере сидел еще один человек, и я его даже узнал. Нет, мы не были с ним лично знакомы, просто пересекались пару раз прошлым летом в лагере пиратов, который после захватили эти самые военные. Он и поведал мне, что здесь творится. Периодически вниз спускались люди в белых халатах и уводили с собой людей, которых больше никто не видел. От охраны, что следила за нами, парни слышали про какие-то эксперименты. И этот слух в целом объяснял, зачем нас держат — мы в роли белых подопытных мышек. И пощады, как и спасения, нам не видать. Также сосед дал мне совет, что если предложат хоть какую-нибудь, даже самую грязную и унизительную работу, то стоит сразу соглашаться, так как это единственный шанс не попасть к белым халатам.

На следующий день за моим соседом пришли. Парочка крупных ребят в халатах и двое суровых бойцов в черной форме. Они сковали ему руки пластиковыми стяжками и увели прочь, и больше я его не видел. Я остался сидеть в одиночестве и пытался придумать хоть что-то.

Время шло, порой к нам приходили люди, они то забирали сидельцев, то искали работников, но и те, и другие обходили меня стороной. Порой к нам приводили новеньких, но селили их в другие камеры, а я жил словно в одиночке. Я уже было начал падать духом, ведь сбежать отсюда было невозможно, ведь нас банально никуда не выпускали. Ни тебе прогулок, ни тебе принудительных работ, просто сидишь и сидишь на месте в пустой камере без ничего, и нет ни единого шанса осмотреться.

* * *

В очередной день к нам пожаловали покупатели, как я их про себя прозвал. Один из них ходил вдоль камер в поисках работника, я же сидел в самом конце и даже не надеялся. Как вдруг силуэт в черной форме появился перед моими решетками.

Не веря собственным глазам, я увидел перед собой парня и еще сильнее выпал в осадок. Это был он! Гребаный Ил! Тот человек, что однажды чуть не грохнул меня. И какого-то черта он стоял в армейской форме, а не сидел в соседней камере. Видя его надменный взгляд и ехидную улыбку, я всей душой хотел вцепиться ему в глотку. Но не мог по ряду причин, и дело тут не в том, что я за это, скорее всего, буду очень жестоко наказан. Не могу этого сделать из-за разделяющей нас решетки и из-за того, что он может оказаться сильнее, как и в прошлый раз. Ведь он хоть и создает впечатление обычного немощного неформала, но это далеко не так. Все же я проверил это на собственной шкуре, горло потом еще долго болело.

Каково же было мое удивление, когда Ил предложил сделку, сообщив, что он, по сути, такой же пленник, как и я, просто условия содержания у нас разные. Он предложил мне вместе организовать побег, но так как из камеры проку от меня никакого, предложил и работу, как раз по моей профессии, механиком. Отказываться было глупо, да и что я вообще теряю? Так хоть погибну при попытке к бегству, но если так, то и Ила заберу с собой. А если все выгорит, то как только вырвемся отсюда, я осторожно прикончу и его, и нужно сделать это первым, иначе это сделает он сам.

Ил обозначил мне задачу полностью изучить этаж, на котором предстоит работать, от А до Я. Найти там очень надежные тайники и подружиться со всеми местными обитателями, так сказать, стать для них своим в доску. Дальше остается только ждать его прибытия с дальнейшими инструкциями.

Могу ли я верить этому парню? В целом да, могу как самому себе, но это ровно до того момента, как мы пересечем границу базы. А дальше уже будет каждый сам за себя. План у парня однозначно имеется, иначе бы он не подтянул меня. К тому же глупо отрицать его интеллект, Ил в одиночку прожил уже достаточно много и, попав сюда, угодил не в камеру, а в спецотряд. Это уже говорит о многом, странно, конечно, почему он не может просто взять и вырваться отсюда, но, видимо, есть свои нюансы, просто я о них не знаю. А может, хочет вытащить отсюда кого-то еще, что маловероятно, но вполне возможно.

Так и начались мои рабочие будни. Наш технический этаж состоял как бы из двух ярусов. На верхнем стояли пульты управления и аккумуляторы. На нижнем генераторы и резервуары с топливом, которые мы накачивали горючкой, хранящейся где-то глубоко под базой. Со слов старшего этажа, старика Борисыча, которому, на секунду, было семьдесят семь лет, под базой горючки примерно на три года беспрерывной работы. Но вояки порой пополняют ее запасы, так что хватит на больший срок, да и работаем мы не на полную мощность.

Всего на этаже обитало шесть человек, я стал седьмым, а мой предшественник погиб. Этот идиот решил, что технический спирт можно пить просто так. И припрятав себе пол-литра под подушку, во время отдыха осушил половину бутылки, как итог — отравление и путешествие на тот свет, ну хотя бы не мучился, просто уснул и не проснулся.

Работа у нас была не сильно сложной, один постоянно сидит за пультами, отслеживая показатели датчиков, второй следит за генераторами. Они работают посменно, каждый по двенадцать часов, а полчаса идет на обслуживание. Собственно, это и была моя работа — следить за износом механизмов, менять ремни, прокладки, масло и накачивать топливо в бочки. Джурили мы в три смены по четыре часа. Остальное время проводили на кухне, где еды было вдоволь, к тому же чай, кофе и сигареты без ограничений. Для нас была оборудована хорошая спальня с приличной шумоизоляцией, а то около генераторов очень шумно. Мужики работали весьма простые и заурядные, так что общий язык с ними найти было не сложно. Я много слушал, мало говорил, порой травил смешные анекдоты и разные байки из жизни. Так что спелись мы уже к концу первого дня.

Насчет тайников тоже разведал, с этим тут проблем не было. Все же этаж технический, много оборудования, ниши, склады с запасными частями, пустые бочки, в общем, при желании я бы мог и корову спрятать.

В остальном мне даже нравилось, куда лучше, чем в камере и на улице в морозную стужу. Но было и два неприятных момента. Первый — это то, что ежедневно сюда заглядывал мужик в черной форме, такой же, как у Ила. Он ходил всюду и совал свой нос, заглядывая в темные места. И грубить ему не стоило, парни мне сразу пояснили, людей в этой форме нужно не то что опасаться, а бояться до ужаса. Им убить человека ничего не стоит, и, кстати, за это им ничего не будет. В общем, у них самые высокие полномочия. Я даже был удивлен, как Ила приняли в эти ряды? Хотя по сути, он такой же отморозок, как и они, да и как я, чего греха таить, просто у каждого своя правда и свои тараканы в голове. Второй неприятный момент — это то, что мы тут заперты словно в клетке, покидать этаж строго-настрого запрещено. Шаг влево, шаг вправо — расстрел на месте, и никак иначе. Но об этом мне еще бойцы рассказали, пока вели меня сюда. Но все равно это лучше, чем сидеть в клетке, есть баланду и ждать, пока тебя заберут к ученым на опыты.