Геннадий

Открыв глаза, я невольно улыбнулся, когда увидел спящую Алину, которая обнимала меня своей ручкой и, чтобы я никуда не сбежал, для надежности закинула на меня свою ногу. На передних сиденьях все еще спал Сережа, укутавшись с головой в свой спальный мешок. В кои-то веки нам удалось нормально поспать, хоть мы и поздно легли, но наши новые, даже не знаю, как их назвать-то, ммм, братья по несчастью разбавили караул, и времени на сон было достаточно. Еще и повезло, что место здесь совсем безлюдное и тихое.

С безлюдным это я, конечно, погорячился, надо же было случиться такому совпадению и повстречать Ила в этих краях. Раньше, бывало, неделями с соседом, что жил через забор, не виделись, а тут раз, и опять столкнулись на просторах нашей необъятной. Даже как-то радостно на душе стало, все же парень непростой, переживал немного за него, как бы не случилось чего с его то горячим нравом. Но еще больше я, конечно, удивился его компании: здоровенный пес и миловидная девушка, кстати, под стать ему, сильная, боевая. Еще и офицер ГРУ, хотя она не сильно на военную похожа, но, с другой стороны, как должен выглядеть разведчик и шпион? Вот именно так, чтобы посмотрел на него, и даже мысли подобной не проскочило. Это же не кино, где все брутальные и накаченные, скорее тут важнее незаурядность.

Мне даже интересно узнать, как они познакомились, но я более чем уверен, это не история знакомства наподобие нашей с Алиной и не та, где рыцарь в сияющих доспехах спасает принцессу. Тут скорее кто-то кого-то хотел грохнуть, а потом наоборот, и вот они уже ходят рядышком, хоть нежности не заметно, но между ними не то что искры проскакивают, а прямо молнии бьют одна за другой.

Пикап уехал на разведку, разбудив всех вдрызг ревом своего движка, и я уверен, что Ил специально ударил движок в отсечку, чтобы мы не расслаблялись. С другой стороны, солнце встало, пора и делами заниматься, а их немало. Алина, открыв глаза и посмотрев по сторонам, убедилась, что все в порядке, и, уткнувшись лицом в мою грудь, опять задремала. Я же начал осторожно выпутываться из ее объятий, стараясь при этом не разбудить.

– Не пущу. – словно маленький ребенок прошептала девушка, схватив меня за футболку.

– Я бы с удовольствием еще повалялся, но дела не ждут. – умилившись, прошептал я ей в ответ.

– Ну ладно, ладно, иди. – не стала она настаивать на своем и ослабила хватку.

Выбравшись из кабины, я прикрыл за собой дверь и надавил на нее до щелчка, чтобы замок закрылся. После осмотрелся по сторонам и заприметил Михалыча, что сидел на сложенных у входа шпалах и нервно покуривал сигарету, глядя вдаль.

– Что, за пацана переживаешь? – спросил я у старика, присаживаясь рядом.

– Что, так заметно? – перевел он на меня свой суровый взгляд.

– Да я вроде тебя уже давно знаю, а по современным меркам, считай, так вообще вечность, поэтому эмоции твои уже считывать научился. – аргументировал я, угостившись сигареткой из открытой пачки.

– С Илом и этой Гердой не пропадет, плюс Гаврилыч на подхвате. Но все равно как-то не по себе, что ли. Но парню нужно учиться и практиковаться. – тяжело вздохнув, добавил он.

– Всем нам надо учиться и практиковаться. Я, конечно, в интернете видел, что некоторые люди готовились к зомби апокалипсису, бункеры строили, машины специальные. Тогда казалось забавным, а теперь не очень. Мы ведь таком даже и не помышляли, и вот теперь пожалуйста. – высказал я свои соображения.

– Слушай, мы вроде бы как главный вопрос не обсудили, а то все как-то само собой сложилось. Ты вообще как относишься к тому, чтобы этих с собой взять? – кивнул он головой в сторону новеньких, что сейчас активно занимались приготовлением завтрака.

– Да как я могу относиться? Вы же нас с Алиной приняли, не прогнали и заступились даже. Как я могу быть против? Если есть возможность помочь, почему бы это не сделать. – искренне ответил я.

– Не, братка, вы с Алиной другой случай. От вас много пользы, вон каких красавцев нам сварганил. Да даже если бы не умел варить, все равно здоровый сильный мужик с головой на плечах, да и Алина у тебя умница, на все руки мастерица. А эти… – опять кивнул он в сторону новеньких. – Эти обуза, грешно так про детей говорить, но что есть, то есть.

– Ничего страшного, прорвемся. – заверил его я. – Ты же сам говорил, дети – это наше будущее, было двое, стало чуть больше, будет кому в старости стакан с собой принести.

– Ага, еще надо дожить до такой старости. – хохотнул он.

– Типун тебе на язык! – хлопнул я его по плечу и, поднявшись на ноги, вышел на улицу, взяв курс на ближайшие кусты.

* * *

Задачка с оптимизацией транспорта была не так уж и проста, как ни крути, всех людей в КУНГи рассадить не выйдет. Чисто физически разместить получится, конечно, но они будут ехать как шпроты в банке, а это нам не годится. Дороги порой тяжелые, резкие ускорения и торможения, плюс тряска, долго народ там не протянет. К тому же дети есть дети, всюду суют свой любопытный нос, а у нас в каждом КУНГе полным-полно оружия и боеприпасов. Вот залезет туда какой-нибудь парнишка, дернет колечко на гранате, и все, поминай как звали, причем всех, кто будет рядом, а то и всю машину в воздух запустит, если что-нибудь еще сдетонирует. Нет, так не пойдет, так что, как бы мне этого не хотелось, придется усилить один из автобусов, но это та еще задача. На складах, где я ваял КАМАЗы, все было легко и удобно, инструмент, пространство и главное, материал, а тут нет нихрена, хожу уже час из угла в угол, и ничего толкового придумать не получается.

– Ген, ну что ты мечешься туда-сюда? Случилось чего? – наблюдая за мной, не выдержав, спросил Михалыч.

– Да нет, думаю, чего с автобусом сделать. Вот там в углу, – указал я пальцем на залежи разного хлама. – Есть несколько листов, но они толстенные, что лобовая броня у танка. Их только лебедкой поднять можно, да и работать с ними умаешься. Даже если их каким-то чудом удастся приварить к кузову ПАЗика, он от перегруза хрен с места тронется. – пояснил ему я.

– А вон там в углу арматуры куча валяется, может ее приспособить? – предложил он мне.

– И чего с ней делать-то?

– Ну как чего? – возмутился Михалыч, словно я упустил что-то очевидное. – На окна решетки навари, кузов немного усиль. Нам же нужно временное решение, а не полноценный броневик. – пояснил он.

– Хм. – Задумался я, почесывая затылок. А ведь и правда, чего это я? Смотрю на КАМАЗы и хочу сделать нечто похожее, а оно нам и не надо.

– Спасибо за совет, так и сделаю. – согласился я и пошел к железкам.

* * *

Медленно, но верно работа начала продвигаться, мне на помощь пришла парочка новеньких парней, тот самый Димка и еще один мужичок лет тридцати пяти, хоть и невысокого роста, зато широкоплечий, коренастый, этакий шкафчик. Его звали Романом, болтливый такой паренек, язык прям без костей, все время о чем-то и разговаривает. Руки у парней были прямыми, да и опыт работы с металлом имелся у каждого, так что по большому счету ничего никому и объяснять не пришлось.

– Слышь, Ген, а ты эту парочку хорошо знаешь? – обратился ко мне Рома, когда мы сели на перерыв, чтобы выпить чая.

– Какую парочку? – не сразу поняв, о ком идет речь, уточнил я.

– Ну этого белобрысого паренька и девчонку, типа ГРУшницу. – пояснил он мне, закидывая чайный пакетик в кружку с кипятком.

– А, вот ты о ком. – понимающе кивнул я. – Герду, как и вы, увидел впервые, а с Илом пересекались какое-то время назад, по дням даже и не скажу, когда это было. – задумчиво произнес я, осознав то, что понятия не имею какое сегодня число и даже день недели. – Что-то счет дням совсем потерял. – негодуя добавил я. – А зачем тебе?

– Просто мутные они какие-то. – брезгливо поморщился он. – Что он, что она на понтах. «Мы с вами, пока нам это выгодно! Вы обуза!» – скривив лицо, спародировал он ребят.

– Ил парень специфичный, да и барышня у него под стать. И по поводу типа ГРУшница, зря ты так. По девчонке видно, что подготовленная, я, конечно, не спец в этих делах, но уже успел серьезных дядек на Тиграх повстречать, их манера движений, то, как осматриваются, прям один в один. – заверил их я, вспоминая парней из воинской части и тех, кто нагнал нас по дороге, когда мы растеряли внедорожники с беглецами.

– И все равно, они же дали ясно понять, что мы им не интересны. Мы для них никто, так, возможность зиму скоротать, если это будет выгодно. Одним словом, не нравятся они мне. – добавил Димка.

– Во-во, братан, а тачка у них зачетная, да и припасов разных навалом, плюс оружие. – согласно закивал Ромка.

– Э! Черти! А вы ничего не попутали? – отвесив мощный подзатыльник Ромке, зарычал я. Парень от удара выронил кружку из рук и завалился на бок.

– Ты что творишь? – возмутился Димка, вскочив на ноги.

– Вы к чему базар свой клоните?! Я же вас обоих сейчас же к стенке поставлю! – не сбавляя тона, пригрозил я парочке корешей.

– Тише ты! Успокойся. – поднявшись на ноги и отрясая одежду от пыли, прокричал Ромка.

– Что ты заступаешься-то за них? Им на нас плевать, а нам еще детей защищать надо! Кто они тебе? Хорошо тебе тут в моралиста играть, при машине, при оружии и запасах еды! А мы там с голодухи подыхали! – начал упрекать меня Димка, и он уже больше говорил не со мной, а играл на публику, которая собралась вокруг нас.

– Хорошо мне? – возмутился я до глубины души. – Да я без преувеличения уже полстраны пересек! Я зомби встречал с обычным бруском, оторванным от скамейки! Потом с женщиной на руках по горам бегал, два аэродрома отбивал от полчищ тварей, людей вокруг меня погибло столько, что и пальцев не хватит сосчитать! И поголодать успел, и от жажды помирал, но при этом лицо сохранил и человеком остался. И ни разу ни за чьей спиной никому подлянок не готовил! Эта парочка, которой, как ты говоришь, плевать на всех, сама поехала на разведку! Ты думаешь, это простая прогулка? Считаешь, легко по неизвестным местам мотаться, когда вокруг орды зомби? Если зажмут, то тебе уже ничего не поможет, ни навороченный пикап, ни крупнокалиберный пулемет, вообще ничего! И ты сказал, они же мне кто! А ты мне кто? Ил за нас жизнью рисковал и в нужный момент сам пошел Михалыча от бандитов отбивать, кстати, он тоже многое повидал, даже в рабство попадал. И напоследок, не нужно прикрывать свое гнилое нутро детьми, типа ты благородный, терпеть таких лицемеров не могу! А если у тебя к ним претензии, возьми и выскажи им об этом в лицо. Но если духу хватит, советую сразу выкопать себе могилу, Ил тебя шлепнет в ту же минуту. Хотя он, скорее всего, вас обоих и так теперь шлепнет, стоит ему только узнать о теме нашей беседы. – высказался я, слова так и лились сплошным потоком, который никак не получалось остановить, видимо, я излил на него всю накопившуюся за последнее время злость.

– А теперь скажи мне, в чем причина разговора на повышенных тонах? – встав напротив Димки, строгим и холодным тоном спросил Михалыч, при этом демонстративно положил руку на приклад пистолета, что торчал из набедренной кобуры.

– Да мы так, к слову обмолвились, Гена, кажись, нас не так понял. – встав рядом с Димкой, ответил Рома.

– Я, кажется, к тебе не обращался, или ты всегда вступаешься за своего товарища? – переведя взгляд на Рому, от которого тот поежился, спокойно спросил Михалыч.

– Нет, нет, это я так, просто. – замявшись, ответил он.

– И чего это ты моего друга тупым называешь? Как-то нехорошо получается.

– Я не называл. – продолжал он мяться месте.

– Как не называл? – возмутился Михалыч. – Ты же сказал, он неправильно понял, то есть Гена неправильно понимает слова, значит, из твоих слов выходит, что он идиот, так ведь? – начал цепляться к нему Старшой.

– Нет, нее, я просто не так выразился.

– Хватит тут балаган разводить! – сжав кулаки, рявкнул Димка, прерывая их диалог.

– Мы никому зла причинять не хотели! Может, слегка резковаты были в выражениях, но это так, от нервов, а не от злобы. Перегнули, были неправы, вы нам жизни спасли, мы это помним и благодарны. И поэтому никакой бучи поднимать не будем. Но я требую…

«Бах!» раздался выстрел, разлетевшийся эхом по депо. И тут же наступила тишина. Димка закатил глаза, словно пытаясь рассмотреть свое новое отверстие прямо между глаз, а после пластом упал на землю, завалившись на спину. А Рома стоял и трясся от страха, как осиновый лист, затем он провел рукой по забрызганному красной жижей лицу и, посмотрев на ладонь, упал на колени и, не в силах сдержать рвотные позывы, покрыл содержимым желудка землю.

– Требовать тут могу только я! – спокойным и холодным голосом громко произнес Михалыч. – Ваш лидер правильно сказал, мы вам помогли, дали защиту, пищу, и, видимо, он принял это за слабость. Молодой, дерзкий, решил показать себя, ну что ж, не получилось. Если есть желающие разделить его участь, прошу подойти сюда. – окинул он толпу взглядом, но все стояли на месте, а Ромка начал шустро прямо на четвереньках пятиться назад, дабы не угодить под горячую руку. – План остается прежним, если хотите, то садитесь в свои автобусы и проваливайте отсюда куда глаза глядят. Но если останетесь, то зарубите себе на носу, я подобных выходок и разговоров за спиной не потерплю. А также я тут старший, и все, что я говорю, вы делаете, если нет, то у вас два пути: валить отсюда или сдохнуть! Времена героев прошли, вы либо с нами, либо против нас, и если дальше двинетесь с нами, то принимаете наши правила, соответственно, пути назад уже не будет!

Михалыч говорил очень громко и четко, причем он делал это как-то необычно, его слова пробирали прям до костей. Каждый понимал, что добренький с виду человек – это просто волк в овечьей шкуре, и он тут самый опасный и самый кровожадный.

Его монолог опять прервали, но на этот раз это был звук приближающегося пикапа. И я бы напрягся, если бы не услышал сквозь рев мотора громкую музыку, причем идиотскую, играл тот самый трек про бобра с его дурацким, но таким надоедливым мотивчиком, который я потом пою полдня. Пикап въехал в здание депо, и из него сразу вышли пассажиры. Ил, как обычно, был с улыбкой на лице и, увидев столпотворение, поспешил к его эпицентру.

– Михалыч, у меня две новости, одна хорошая, вторая плоха… Ооооо, а что это у вас тут происходит? – увидев труп Димки и пистолет в руках Старшого, удивленным тоном произнес он.

– У нас тут недопонимание возникло. – пожав плечами, ответил Михалыч. – Что за новости? Начинай с любой. – добавил он.

– Ок, начну с хорошей. – пожал он плечами. – Вертушку нашли, да не простую, а буржуйскую, Гаврилыч говорит, что она почти как новая. А плохая в том, что летун твой старый, ворчливый зануда, всю дорогу ныл. – улыбнувшись, добавил он.

– От твоей музыки люди тупеют! Будь у меня при себе пистолет, я вышиб бы себе мозги! – приближаясь к толпе людей, брюзжа парировал он обвинения Ила.

– Ну извини, Кадышева и Эдита Пьеха у меня не в почете. – хохотнул Ил.

– Итить твою мать! Димка! – воскликнул Летун, увидев безжизненное тело своего товарища. – Михалыч! Какого черта? – возмущенно спросил он у Старшого.

– Это ты мне скажи. – направил он пистолет на Летуна.

– Не понял, что сказать? – слегка опешив, уточнил Летун.

– И я вот не пойму, по твоей просьбе мы их вытащили, вчера вы так шептались, сидели в сторонке. А сегодня твой протеже почву для бунта начал прощупывать. Требовать чего-то хотел, к имуществу моих товарищей начал прицениваться. Так скажи мне, Гаврилыч, что происходит? – глядя в глаза старику, спросил Михалыч ледяным, словно арктический ветер, голосом.

– Ты чего при детях тут устроил? Они же все видят! – возмутился Летун.

– И что? Пусть смотрят! Им еще жить с этим! Насмотрятся, все вокруг умирают! – повысил голос Михалыч. – И что вы все детьми то прикрываетесь? – возмущенно добавил он.

– Я ни о чем подобном с ним не говорил! Это он все сам! И это… не дури, убери пистолет, ты же знаешь, без меня вам не улететь! – добавил он.

– Не улетим, так доедем! – отмахнулся от шантажа Старшой. – О чем шептались спрашиваю?! Ну отвечай! Быстро! – зарычал Михалыч, словно разъяренный дракон, от чего все вздохнули.

– Оооо, сейчас будет мясо! – зловеще, словно в предвкушении, произнес Ил.

– Да ты что! Михалыч, не гони коней! Так мы поболтали о том, о сем, об общих знакомых, он рассказал мне, как они там в ангаре сидели. – начал спешно оправдываться Гаврилыч.

– И что, про данную ситуацию ни слова не было? – указал он пальцем на труп.

– Да нет, ну он расспрашивал про вас, кто вы такие, откуда, но ничего такого. – попытался заверить он его.

Михалыч замер на месте, осматриваясь по сторонам, его взгляд скользил по каждому, кто стоял вокруг него, он словно каждого сканировал каким-то внутренним детектором. А после тяжело вздохнул и, присев рядом с трупом, закрыл его веки своей рукой.

– Как я уже и сказал, кто хочет уехать, выход там, кто остается, встаньте у той стены. – указал он пальцем на дальнюю стенку в конце депо, после поманил меня к себе рукой и подошел к Илу. – Рассказывай, что вы там нашли.