21 июля. Окрестности города Пятигорск. Сварщик пятого разряда Петров Геннадий Павлович.

Пройдя мимо павлина, окруженного дамами, я подошел к палатке и, достав из нее спальный мешок, положил его у машины, уселся на него, облокотившись спиной на заднее колесо.

В голове сейчас творилось черт знает что, все мысли перемешались в сплошной кисель. Достав из кармана сигареты, я жадно прикурил одну и услышал, как ко мне приближаются шаги.

– Ну все, бывай! – радостно заявила Зинаида, приближаясь ко мне и прихрамывая на одну ногу.

– Ага, удачи. – недовольно буркнул я, отмахнувшись от нее.

– Котик, ты что, обиделся? – елейным голоском спросила она. – Ну я же тебе ничего не обещала, но все равно спасибо за помощь.

– Да ничего мне от тебя не надо, не мешай думать, проваливай к своему, не знаю кто он там.

– Ой, а кто это у нас ревнует, какой большой Бука! – ехидно добавила она.

– Что ты несешь? Тебя вообще не беспокоит то, что сейчас в мире творится? – нервно спросил у нее я.

– Не-а. – скривив мордашку, ответила Зина.

– Хотя да, у кого я вообще об этом спрашиваю? Ты же обычный паразит, тебе лишь бы присосаться к кому-нибудь и сладко жить. А дальше трава не расти. – возмущенно произнес я.

– Может и так, но зато я живу по-человечески, а ты как деревенщиной был, так и помрешь, ничего не повидав, не попробовав и не посмотрев за свою жалкую, скучную жизнь! – недовольно фыркнула она и поковыляла прочь.

– Может и так, зато я ни от кого не завишу и сам себе хозяин! – крикнул я ей вслед.

– Ага, как же! Мой новый мужик тебе хозяин, так что знай свое место! – съязвила она, скрываясь в темноте.

Я остался наедине с собой, тихо сидя у машины, слушая, как из соседних палаток доносятся звуки плача женщин и детей. Туда-сюда ходили военные и проезжали машины. На машинах зажглись тусклые прожекторы, которые немного освещали территорию, и я как раз сидел под одним из таких.

– Брат, не угостишь сигареткой? – раздался голос сбоку, и я увидел подходящего ко мне мужчину в новеньком камуфляже.

– Да, конечно. – согласился я и протянул мужичку сигареты и зажигалку.

На вид ему было лет сорок, короткая стрижка, легкая проседь на висках, худощавый, высокий, но зато огромные кулаки, все равно что кувалды. Мужчина взял трясущимися руками сигареты и кое-как вытащил одну из пачки, а потом начал пытаться прикурить, но из-за сильной дрожи его рук огонек все время гас.

– Ты в порядке? – спросил я у него, забрав зажигалку и поднося к сигарете.

– Кха-кха-кха. – сделав затяжку, закашлялся мужчина. – Пять лет не курил. – прокомментировал он, а затем присел на корточки напротив меня. – Это просто отходняк, попали мы в переплет, только отпускать начало. – ответил он мне, глядя на руки.

– Что случилось-то? – с любопытством спросил я.

– Да мы в горы вчера уехали с ночевкой, а сегодня вот днем поехали обратно. Я за рулем, жена рядом, а позади две дочки. Все нормально было, но я удивился, машин нет, ни одной встречки. Ну, в общем, до города добрались и в пробку встали, народа на улице до хрена и больше, все что-то бегают, ругаются, руками машут. Вдалеке стрельба слышна еще, но я значения не придал, все же выходные, Кавказ, может, свадьба, в небо стреляют. А мы сидим себе мультики смотрим. И тут началось, откуда-то сбоку в толпу вбежала толпа тварей, люди все в крови, глаза белесые, ну, я думаю, ты тоже их уже видел. Короче, людей начали валить и поедать. Я в шоке, жена тоже, дети давай визжать. А толпа прям огромная была, они давай разбредаться и в машины ломиться, ну я сразу заднюю и по газам. Сам не знаю, как вырулил и в какой-то перекресток нырнул. Города не знаю, еду наугад, и тут, короче, выезжаю из переулка на широкую дорогу, за мной следом еще машины едут. Я наугад поворачиваю налево, еду вперед, а там вообще жуть, просто орда, всю дорогу перекрыла, все в крови, переломанные, шипят, руки тянут. И я, дурак, решил, что проскочу, фильмов голливудских пересмотрел. Газ в пол и вперед, ну, несколько зомби в стороны отлетели, как кегли, а потом я в толпу ударился. Один мне в лобовое прилетел, оно все трещинами пошло. Зомби машину сразу в кольцо взяли, давай долбить по ней, а руки у них все в какой-то слизи и кровище, все стекла заляпали, зеркала обломали. Машина встала, никуда не едет. Я заднюю вроде бы как покатил, не вижу ни черта, жена визжит, дети кричат, я словно в прострации. Скорость набрал, а потом задней левой частью в столб врезался, машину на месте развернуло. Зомби с лобоша слетел, обзора немного появилось. Я рванул вперед, колесо от удара заклинило, но, благо, привод-то передний. С километр вперед проехал, покрышка от трения лопнула, диск гремит по асфальту, а я вообще без понятия, куда ехать и что делать. И тут на наше счастье колонна военная ехала, я остановился, перед КАМАЗом встал, меня чуть не сбили на хрен. Но остановились, брать тоже не хотели, мол, мест нет, а в кабину не положено. Благо парень один нормальный попался, пожалел нас, забрал с собой. Жену с дочками в спальник усадили, меня на сиденье, а его напарник всю дорогу с пистолетом в руке ехал. В общем, рассказали они нам, что в мире творится, и мы, мягко говоря, охренели. А тут ребята нас проверили, данные записали, жена у меня врач, я сам инженер, в общем, профессии нужные, и нам предложили двигаться с ними. – поведал мне свою историю мужчина и, докурив сигарету, попросил у меня еще одну.

– Да уж, не повезло вам. – с сочувствием прокомментировал я услышанное.

– Ну да, с одной стороны, не повезло, но с другой, вояк встретили, что само по себе большая удача. Место тут на самом отшибе, специально сюда точно не поедешь. – добавил он.

– Это да. – согласился я с ним.

– А ты сюда по новой форме, тоже из гражданских? Меня, кстати, Саня зовут. – представился он, протянув мне руку.

– Гена. – представился я в ответ. – Да, из гражданских, но, к счастью, зомби в таких количествах, как ты, не встречал.

Мы немного поболтали с Саньком, а после он ушел в палатку к своим родным. А я так и продолжал сидеть у машины, осмысливая новую информацию. Молодец мужик, не растерялся, семью спас и сам живой. Мне в этом плане попроще будет, я один, женат не был, детей тоже нет, по крайней мере, я так думаю. Родителей схоронил три года тому назад, остались только старшие братья да сестры, но с ними мы не общаемся. Так что только друзья-знакомые, но они далеко, помочь мне им нечем. Сна не было ни в одном глазу, поэтому так я и просидел у машины до тех пор, пока за мной не пришел паренек и не отвел на пост для дежурства.

Пост был оборудован достаточно просто: сложенные друг на друга оружейные ящики и постеленные плащ-палатки на землю, вот и все. Помимо меня тут еще находилось два парня: один с автоматом, а второй с СВД. Судя по поношенной форме и сержантским погонам, они оба контрактники.

– Ты что ли Гена? – спросил у меня парень с СВД.

– Он самый. – кивнул я.

– Я Пашка, это Димка, стало быть, будем теперь вместе лямку тянуть. Мы твой пулемет приберегли. Стреляешь, кстати, хорошо? – сразу же добавил он.

– Да, никто не жаловался, но в руках такой давненько не держал. – честно ответил я парням, пожав их руки по очереди.

– Ну ничего, пару лент пристрелочных сделаешь, и все вспомнится. – хохотнул Димка и сел на плащ-палатку.

– Какие у нас вводные? В кого стреляем, в кого нет? – уточнил я.

– Во всех стреляем, кто идет и не останавливается. На соседнем посту пацаны за раз больше двадцати зомбаков положили. Как бы орда сюда не хлынула, в городе вообще задница, КАМАЗы вязнут на дорогах. – ответил мне снайпер, наблюдая за периметром через оптический прицел.

– А когда стартовать будем? Чего ждем-то? – уточнил я.

– С рассветом поедем, в целом все же готовы, все, что нужно, привезли и доставили. Аэродром пока держат, но опять же пацаны говорят, что там вообще жуть, нескончаемый поток прет и прет. А ночью ехать себе дороже, ничего не видно, можно делов наворотить. В общем, пока ждем и никого не подпускаем. – пояснил он мне.

Выставив пулемет на сошки, я зарядил в него ленту и, дослав патрон в патронник, поставил его на предохранитель. Мы по очереди следили за периметром через прицел с функцией ночного видения.

– Пацаны, кажется, кто-то идет! – прошептал Димка и тут же передал снайперу прицел.

– Вижу, прут суки, количество непонятно, но идут на нас, голов сорок-пятьдесят, не меньше. Гена, готовься, на, посмотри на двенадцать часов. – сказал он и, протянув мне прицел, схватился за рацию.

– Сокол, третьему посту. – произнес снайпер.

– На связи. – тут же ответил он.

– Группа порядка пятидесяти голов на двенадцать часов, идет на нас.

– Принял, работайте, конец связи. – ответил Сокол.

– Ну что, рассмотрел? – спросил у меня Пашка.

– Да, вижу, жуткие гады! – кивнул я, не убирая прицела.

– Ну раз видишь, то работай, не жалей патронов. – додавил он и забрал прицел.

– Тогда корректируй. – ответил я.

Видимость была почти нулевая, но зомби уже было слышно и даже проглядывались их силуэты. Сняв предохранитель, я упер приклад к плечу и открыл беглый огонь.

– Выше бери! – крикнул мне Пашка.

Взяв выше, я продолжил работать короткими очередями, и так, пока не отработал всю ленту. Как только раздался щелчок, Димка тут же схватил короб и помог мне перезарядить пулемет, а затем начал набивать ленту.

– Ну что там? – обратился я к Пашке, не видя результата своей работы.

– Красавчик, если ты в темноте так работаешь, то днем и белке в глаз класть будешь. – улыбнувшись, сказал он, а после сделал выстрел. – Контроль проведу, и все будет готово.

22 июля 2025 г. Город Пятигорск. Ресторан «Горная река». Интернет-модель, блогер, коуч, инфлюенсер, статусная женщина, а так же кассир в магазине «Семафор». Тютюкина Зинаида Григорьевна.

Что ни говори, а виды тут шикарные, сколько всего повидали эти горы, и я вот смотрю на них в последний раз. Совсем скоро мы улетим отсюда и больше никогда не вернемся. Как же быстро перевернулся мир. А главное, как сменился тренд на мужиков, теперь не важно, какой у тебя счет в банке, а важно то, сколько людей у тебя в подчинении. Сначала я сильно растерялась, реально не знала, что делать дальше. Весь мир развалился на куски, конец света, это же просто ужас! Ничего больше не осталось: курортов, дорогого алкоголя, дизайнерских шмоток, ресторанов, больше никогда не выйдет новый айфон. А как же мой любимый сериальчик «Золотой век»? Чем мне теперь заниматься-то? Но главное, первый шаг я сумела сделать, а именно неплохо устроиться.

Этот мужлан Гена может катиться к черту, не знаю, на что он рассчитывал, когда изображал из себя благородного рыцаря. Обычный работяга, плывущий по течению, без каких-либо амбиций, такие мужики не по мне. Да, я, конечно, воспользовалась его добротой и наивностью. А затем была немного растеряна, не понимая, куда мы попали, но местные бабы быстро пояснили мне, какие у нас перспективы. Доберемся до бункера и заживем там, вот только не все так просто, каждый должен вносить свою лепту, уборка, готовка и прочее лягут на хрупкие женские плечи. Но это явно не по мне, я не создана для такой жизни. Послушав этих простушек, быстро смекнула, что жены и девушки высокопоставленных вояк будут как сыр в масле кататься, а простые смертные будут вкалывать. И тут нарисовался этот важный дяденька в звании подполковника, ходил, красовался, и не только я одна решила, что он может облегчить дальнейшую жизнь. Местные сразу начали строить ему глазки, но куда им до меня, ни нормальной задницы, ни груди, а тут я вся такая идеальная, ухоженная, у него просто не было шанса устоять передо мной.

Так-то он тот еще увалень, генератор дурацких шуточек, но власть у него есть, остальные мужики его побаиваются и слушаются. А значит, он будет хорошим трамплином для меня, как я поняла, в бункере нас уже будут ждать другие большие дяди, вот кого-нибудь из них я там и подцеплю для себя, а пока буду подле этого.

Гена назвал меня паразитом, ну ничего, я ему еще покажу, кто из нас еще паразит, выпрошу себе звание выше него и буду издеваться над ним, заставляя выполнять мои прихоти! Если его зомби не сожрут! Будет знать, как рот на меня открывать, глупая деревенщина!

На остальное мне все равно, мир рухнул, ну и пошел он к черту! Главное, что я в тепле, безопасности и сытости, на остальное и остальных мне плевать.

22 июля. Окрестности города Пятигорск. Сварщик пятого разряда Петров Геннадий Павлович.

До рассвета на наш пост больше никто не приходил, зато на соседних было шумно и весело. То тут десяток, то там тридцать, и только под утро наступила тишина. Но она больше была похожа на затишье перед бурей.

А буря началась, но только забегали не зомби, а люди. Вояки быстро сворачивали лагерь и грузили всех по местам, проверяя людей по спискам. Меня с парнями усадили верхом на БМП, при этом выдав разгрузку с дополнительными магазинами, автомат, кучу патронов и гранат.

Подогнал разгрузку под свои габариты, парни помогли мне снарядиться и подготовиться к грядущей поездке. Колонна выстроилась невероятно длинная, я даже ее края не видел, но зато получил себе место практически в первом ряду. Перед нами ехало три танка, а следом уже ехали мы. Трасса была рядом, и вела она на Минеральные воды, как раз к аэродрому. На трассе было много зомби и брошенных машин. Танки служили этакими бульдозерами, что расталкивали все по сторонам.

Плотного огня мы пока не открывали, так, бегло отстреливали зомби, что могли хоть как-то приблизиться к нам. Смотреть на них было жутко, так как среди них были и совсем маленькие дети, что шли на нас в окровавленных одеждах. Тем не менее я нормально воспринимал все это, уж не знаю, мозг до сих пор отрицает ситуацию. Или фильмы с книгами нас к этому готовили, и выглядит данная картина вполне себе приемлемо. Но разумеется, не все сидели с такими каменными лицами, как у меня, нервы давали о себе знать, вояки нервничали, ругались, матерились и проклинали тварей, выпуская в них гораздо больше патронов, чем нужно.

Через час мы уперлись в настоящую реку зомби, тут даже танки начали стрелять вперед, взрывая брошенные на дороге автомобили. Зомби шли на нас, а мы палили со всех стволов, не подпуская их к себе. В какой-то момент их стало слишком много, и колонна начала пятиться назад. Но тут положение исправили два ГАЗ-66-х. Они подскочили на переднюю линию и резко развернулись, а ЗУшки, стоявшие в их кузовах, синхронно открыли огонь. Плотный огонь просто выкашивал ряды противника, разрывая их на лоскуты. Буквально минута их работы, и зомби почти не осталось. И когда «шишиги» отъехали в стороны, колонна пошла дальше.

– А чего сразу из них не стреляли? – спросил я у снайпера, сидящего рядом.

– А хрен его знает, я же тут не командую. – пожав плечами, ответил он.

– Я думаю, командование смотрит, что эффективно против зомби, а что нет. Понимание-то должно быть хоть какое-то, с чем идти на орду. – предположил Димка.

До аэродрома оставалось около пяти километров, как вдруг оттуда раздался громкий хлопок, и в небо поднялся огромный столб пламени, а за ним последовало еще два таких же. Колонна опять встала на месте, и все, озираясь по сторонам, ждали подробностей, что же там произошло.

– Твою мать! – выругался Пашка, прижимая к уху гарнитуру.

– Что там? – спросил у него паренек, сидящий на другом борту.

– Короче, как я понял, какие-то ушлепки попытались взлететь на гражданском борту, но не смогли, при взлете самолет ушел в сторону и врезался в наш. Как итог, взлетки больше нет! И самолетов тоже! Но летчики выжили, они в здании аэропорта были. – пояснил нам парень.

– И что теперь? – уточнил у него я.

– Не знаю, будем забирать летунов и искать другой аэродром. – предположил он.

– Логично. – кивнул Димка.

Немного постояв, мы двинулись дальше, правда, шла не вся колонна, а только танки, что расчищали дорогу, мы на бронетранспортерах, две «шишиги» позади нас, и еще к нам приселилось два «Тигра» с АГСами и «Утесами» на крышах. Честно говоря, видя такое вооружение, я считал свое присутствие на броне оправданным только в одном случае: выполнять роль приманки. И это даже оправданно, ведь все зомби прут именно на нас, но в этот момент сидеть на броне, мягко говоря, неуютно. Не дай бог ты сорвешься вниз, это же все, билет в один конец.

У забора аэродрома было очень много зомби, а за забором очень много людей, причем большая часть являлась гражданскими. Стоя на броне, я отстреливал зомби, забирающихся на дорогу с противоположной забору обочины. ЗУшки же опять выехали вперед и перемолотили орду, прущую на нас, а затем вернулись в строй.

Я думал, мы будем заходить через главный вход и выводить людей. Но нет, танки просто протаранили две секции забора, и из них к нам выехали два КАМАЗа с КУНГами и два больших пассажирских автобуса. Следом за ними бежали люди с детьми на руках, с криками о помощи и просьбами забрать их с собой. Но увы, всех взять мы не могли, банально некуда, и хоть я это и понимал головой, но легче от этого не становилось. Ведь всех их буквально обрекли на смерть, даже забор им сломали.

– Так им, сукам, и надо! – прокричал Пашка, глядя на брошенных людей.

– Ты чего так базаришь? – нахмурив взгляд спросил я у Пашки.

– Да я тут переговоры послушал. – указал он пальцем на рацию.

– И? – спросил у него я.

– Что и? Думаешь, это простые люди? Как бы не так, сплошь чинуши, городские администрации да и прочие богатеи. Парни вон в эфире говорят, у них в сумках сплошь бабки, за место в автобусе один тип сто лямов предлагал. Представляете? Сидели на заднице ровно, пока вояки там были, хоть бы один подошел воды принес. Важные, словно так и нужно, попивали кофеек, вискарик. А когда поняли, что ждут нашу колонну и никто их задницы спасать не собирается, закатили истерику. Парочка самых ушлых втихаря самолет решили увести, вот только навыков не хватило и не взлетели. Как итог, обгадили нам все! Пусть теперь сами шевелятся, думают, как выжить, техника-то есть, и даже оружия им оставили. Так что все в их руках, бабы вон на каблуках бегут, все в золоте! За окном зомбиапокалипсис, а они о внешности думают, куры. – злобно прошипел Пашка.

– Но все равно как-то не по-человечески. – сказал я.

– Может и так, но всех все равно не спасешь, как бы пупок не развязался. – понимающе кивнул Димка.

– План изменился, идем в Ростов. – объявил нам новость Пашка.

– А это не близко. – сказал Димка.

– Примерно шестьсот километров, только там нужные борты есть. – согласился он.

– На броне часов за десять-двенадцать доедем. – сказал я.

– Ага, это если топливом разживемся. – согласился Пашка.