Конверт лёг на рабочий стол почти бесшумно.

Михаил даже не стал спрашивать, от кого он.

Это был уже третий.

За окном давно лежал снег, но Анна своё обещание держала — в день зарплаты передавала через секретаря по десять тысяч.

Он повертел конверт в руках и, не открывая, отложил в ящик, к точно таким же двум. Интересно, когда ей надоест этот спектакль? — мелькнула мысль.

Приближался обед. Михаил вышел из кабинета и предупредил секретаршу, что уезжает по делам. На улице подморозило. Он сел в тёплый BMW и поехал в сторону ресторана, где они с Софи решили пообедать.

На дороге образовалась пробка. Михаил прибавил звук на радио и от скуки стал смотреть по сторонам. Напротив располагалась автобусная остановка. Людей набралось много — видимо, автобуса не было давно.

Вдруг взгляд зацепился за знакомую фигуру.

Анна стояла к нему боком, спрятав руки в карманы дешёвого пуховика. Лицо почти полностью закрывал широкий разноцветный шарф, явно само вязанный. Она активно притоптывала ногами, стараясь согреться.

Михаил невольно задержал взгляд на её ногах — на ней были те же кроссовки, что и осенью.

«Зимой и летом одним цветом», — подумал он отстранённо.

Машины двинулись, он поехал дальше, но мысль уже не отпускала: а почему одним цветом?

И как будто сама додумалась — холодная и тревожная: потому что не вывозит она.

Он вспомнил деньги, лежащие у него в столе — совершенно незначительные для него, но такие нужные для неё.

— Да что за… вредная девка, — пробормотал он вслух раздражённо. — Лучше бы себе обувь купила…

«Нет, мы же принципиальные…» — эхом отозвалось в голове.

«Надо что-то с этим делать», — подумал он мрачно. Вот только что?

Через пару дней, за ужином, как обычно, Софи щебетала о новостях. Сегодня она рассказала, что прекрасно провела время с его матерью: они прошлись по бутикам, накупили нарядов, а потом перекусили в кафе.

— Поэтому я не голодна, — закончила она, — пожалуй, буду только салат.

— Кстати, мама собирается делать ремонт в новом загородном доме и ищет дизайнера, — добавила она, поедая оливки, — и спрашивала, нет ли у тебя кого на примете?

«Так вот же оно, решение проблемы», — мысленно воскликнул Михаил, тут же вспомнив про Анну.

А вслух сказал:

— Возможно, и есть. Я уточню и перезвоню матери сам.

— Ты как будто не здесь, весь в своих мыслях, — упрекнула Софи.

— Да так, производственные трудности, — легко соврал он.

Рассказывать про Анну было неловко. Ее куклу он спрятал подальше в свои вещи. Меньше знает, крепче спит, подумал он о Софи.