На работе у всех вытянулись лица, когда я показалась в компании огромного и очень мрачного парня. Пришлось наврать, что он мой кузен, приехавший из дальней деревни, и что он жутко боится больших городов, поэтому я не могла оставить его одного.

Энди на мое вранье лишь приподнял одну бровь, но, к счастью, не стал меня палить. Я отправила его сидеть в дальнем углу, пока работаю, но стоило мне пойти к рабочему столу, как меня со всех сторон обступили коллеги-женщины с горящими глазами.

— Кузен, говоришь? — спросила бухгалтерша Линда. — Свободен?

Я лишь растерянно приоткрыла рот, а другие девушки уже принялись во всю поглядывать на сидевшего в стороне Энди.

— Ох, он такой дикий на вид!

— Посмотрите, какие у него мускулы!

— А взгляд-то какой! Ох!

Энди повел ушами, и мне показалось, что уголки его губ приподнялись в улыбке. Хоть я и заставила его сесть подальше, не исключала вероятности, что он слышал каждое слово. Слух у него, наверняка, тоже сверхъестественный.

— Ты не против, если я с ним немного пофлиртую? — спросила Линда, а я почувствовала неожиданною волну негодования.

— Против!

— Почему? Он же просто твой кузен. И как раз мой типаж…

— Потому что на работе нужно думать о работе, а не о флирте! И вообще он занят.

— Да? Эхх… Ну это неудивительно. Такие мужчины на дороге не валяются.

Она вздохнула, еще раз облизнула взглядом Энди и наконец ушла. А я продолжала видеть, как все проходящие мимо сотрудницы женского пола заинтересованно смотрели на него, и от злости не могла найти себе места.

Я включила компьютер, но никак не могла приступить к подбору статей для журнала. Выход номера планировался уже на следующей неделе, а мы все еще не отдали макет в типографию. Нужно было до конца дня утвердить содержание, но как я ни пыталась сосредоточиться, взгляд то и дело возвращался к одиноко сидевшему Энди.

Правда одиноким он оставался недолго. Уже через несколько минут к нему подсела новенькая сотрудница из отдела кадров, и я, уже ничего не видя перед собой, вскочила и направилась к ним.

Так и хотела закричать ей: «Отвали, это мой оборотень!» Но к счастью, сдержалась, потому что иначе пришлось бы объясняться перед всеми, что значит «оборотень» и что значит «мой».

Энди, видимо, сразу понял мое состояние, поэтому сам очень ловко отшил новенькую и подошел ко мне. При этом на его лице красовалась такая самодовольная ухмылка, что так и хотелось ему врезать.

— Ты такая горячая, когда так смотришь, — прошептал он, склоняясь к моему уху. — Мне нравится, как ты защищаешь свои права на меня.

— Чего?! Ничего я не защищаю, просто пресекаю разврат на рабочем месте!

— Да? А зачем тогда сказала им, что я не свободен?

— Потому что не хочу подводить своих коллег. Они просто не подозревают, как трудно от тебя отделаться!

Он фыркнул и скептически уставился на меня.

— А может ты все-таки признаешь, что ревнуешь? Это вполне нормальная реакция для моей пары, и мне это очень нравится. Но чтобы ты не переживала, сразу заверю, что оборотни моногамны. До встречи с истинной парой, конечно, бывают загулы, зато потом — все мысли и желания только об одном. И в моем случае, о тебе, красотка. Так что ты права, я не свободен. Я — твой.

Я покраснела, и сама поразилась тому неожиданному удовольствию, которое принесли мне его слова. Уж не знаю, почему они так на меня повлияли, но аж дрожь пошла по всему телу.

— Сдался ты мне… — пробормотала я и вернулась за стол, но сердце в груди билось часто. А когда Энди последовал за мной, придвинул второй стул и сел сбоку от меня, я и вовсе будто разучилась дышать.

— Что ты делаешь? Мне работать нужно!

Он закатил глаза.

— Работать тебе, как раз-таки, не нужно. Я же сказал, что возьму твои расходы на себя.

— Ты нормальный? Я тебя второй день знаю! Уйди отсюда и дай мне закончить макет, иначе редактор меня пристрелит!

Энди напрягся. В его взгляде моментально вспыхнули желтые искры, а лицо хищно обострилось.

— Кто тебя пристрелит? Тебе кто-то угрожал, Софи?

Я вытаращила глаза и огляделась, надеясь, что никто не заметил этих его животных выкрутасов.

— Успокойся! Господи, у тебя во рту клыки что ли?!

— Софи, кто тебе угрожает?

— Да никто! Я образно выразилась! Образно!

Черты его лица слегка разгладились, но он все еще выглядел очень напряженным.

— Я убью любого, кто попытается тебе навредить, — с тихим рычание сказал он.

А я ошарашенно повернулась к монитору и уставилась в экран. Что-то мне подсказывало, что говорил он очень серьезно. Надеюсь, редактору не придет в голову сегодня на меня орать. А то он импульсивный, всякое бывает. А Энди вряд ли станет разбираться.

Стараясь игнорировать гневно дышащего оборотня рядом с собой, я принялась почти не глядя отбирать статьи. Да простят меня читатели номера, если он окажется странным и бессвязным. Если бы они знали, в каких условиях мне приходилось работать!

Но мало того, что он отвлекал меня своим кровожадным настроем, так еще и спустя минут десять он придвинулся поближе и шумно вдохнул воздух у моей шеи.

— Ты что делаешь? — возмутилась я, когда он попытался уткнуться носом мне в кожу.

— Жду, когда ты закончишь свои важные дела, — хрипло прошептал он. — Потому что мне уже не терпится еще раз сладко тебя отыметь.

Я чуть не задохнулась от возмущения, но, когда встретилась с его глазами, вновь ощутила, как низ живота сводит от возбуждения.

— Еще чего… — пробормотала я.

А сама уже абсолютно от балды доделала работу, сохранила макет и отправила его редактору. И все это дрожащими руками, потому что наглый оборотень рядом со мной успел запустить свои лапища мне под блузку.

— Прекрати! — зашипела я. — Здесь постоянно кто-то ходит!

— Ну и что? Я не скрываю, что хочу свою пару.

— Зато я скрываю, что связалась с оборотнем! И хватит лезть мне в лифчик!

— Это выше моих сил, красотка. У тебя такие соблазнительные…

Я шикнула и, для пущего эффекта, пихнула его локтем, а он только усмехнулся. Но, к счастью, руки все же убрал.

Выключив компьютер, я оправила одежду и встала. Уйду сегодня пораньше, все равно макет уже отправила. А сделать другую работу Энди мне явно не даст.

Пристально оглядела его, стараясь игнорировать то, как сильно у него выпирала область паха. Вздохнула и сказала:

— Раз уж ты не собираешься оставлять меня в покое, значит будешь отрабатывать за своих громил-друзей, которые испоганили мой дом.

Он вскинул одну бровь.

— В смысле?

— В прямом. Собирайся, сейчас ты будешь делать мне ремонт.