Юля

Ааааа... Чёрт! Пулей вылетаю из школы. Злость раздирает все внутренности. Дикий прилив к щекам, окрашивает их в красный цвет. Прикладываю к ним ладони и чувствую, как они горят яростным огнём. Сердце тарабанит как бешеное, пульс отбивает барабанящий ритм по телу. Я слышу его даже в ушах.

Налаженная жизнь летит в пропасть. Директор хоть и попытается остановить меня от опрометчивого поступка, но дочери не дадут спокойно учиться в этой школе. Все шишки будут валить на неё, в отместку за поведение Гордея.

Карина тоже хороша. Разговаривать в таком тоне со взрослыми людьми непозволительно.

Вот что мне теперь делать? Как решить проблему без лишних затрат и проблем?

— А вот и ты! — мужской голос перебивает мои мысли.

Поднимаю глаза и вижу перед собой коллекторов. Только их не хватало для полного счастья.

Какого чёрта? Возле школы поджидали мою дочь? Совсем охренели!

— А вот и я! — в бешенстве отвечаю.

Меня ещё не отпустила ситуация произошедшая в кабинете директора, а тут новый сюрприз.

— Ты чо такая дерзкая, ничо не попутала? — харкает себе под ноги главный из них.

Фу! Какая мерзость!

— Это вы, кажется, попутали! Сейчас вызову полицию и будете с ними разбираться. Достали, сволочи! — вынимаю телефон из кармана, напряжённо стучу по сенсору.

Резкий выпад главного и мой телефон в его руках. Руки скручивают за спиной, а в ухо летят угрозы:

— Ты чо тварь, по-хорошему не понимаешь?! Я тебе давал время? Давал! Чо устроила? — он толкает меня ко второму мужику, я попадаю в его грязные загребущие лапы. — В тачку её, с нами поедет, пусть сама объясняется с хозяином. — кидает рваные слова.

Я пытаюсь сопротивляться, вырваться из захвата, но силы не равны.

Меня обуревает страх. Увезут в неизвестном направлении и будут деньги выбивать. Таких ублюдков полно, поэтому я никогда не связывалась с микрозаймами. А вот Стасик ничего не боится.

— О, а вы чо мужики, совсем оборзели? Среди белого дня маньячите девушку. Так нельзя. — слышу спасительный голос Гордея и забываю, как злилась на него минуту назад. — Нельзя же? — спрашивает у испуганной Карины.

Она вертит головой, на глазах слезы. Кошмар! До чего всё дошло.

— Мужик, иди куда шёл. Эта баба нам должна кучу бабок. — расслабленно на понтах говорит главный.

Гордей пихает руки в карманы, подходит вплотную к коллектору:

— Под кем ходишь? — лицо Гордея становится жёстким, даже мне страшно становится.

Жаргон явно из прошлого босса.

— А ты кто такой? — продолжает выпендриваться главный.

Сейчас явно что-то будет. Лишь бы не драка. Каким бы Гордей ни был, я за него переживаю.

— А ты чо не узнал? Про Горыныча слышал? — натягивает опасную улыбку Гордей.

Главный сглатывает, взгляд меняется с дерзкого на опасливый:

— Ккаратель? — в недоумении спрашивает.

Я понимаю, что волноваться надо за коллектора, кажется, Гордей его пугает.

— Хм, значит, слышал. — стряхивает пылинку с плеча коллектора. — Познакомимся поближе? Не нравишься ты мне мудачок. — опасно стебётся.

Меня резко отпускают, но я боюсь сдвинуться с места. Гордей сейчас похож на опасного удава, а не на бесячего босса.

И до меня только сейчас доходит, что мой босс очень опасен в определённых кругах. А я совсем об этом не подозревала.

— Я понял. Что передать хозяину? — совсем опускаются плечи упыря.

— Привет от Горыныча. Девчонки под моей защитой. Узнаю... или увижу... даже отдалённо. Каратели вернутся по ваши души. Усёк? — довольно спокойно говорит, а кажется, что воздух между ними взрывается.

Напряжение от коллектора передаётся мне. Страх не только за себя, но и за дочь бурлит по венам.

— Уусек. — голос главного дрожит, как и колени.

— Пошли вон! — почти рычит Гордей, и коллекторы срываются с места, бегут к машине и уезжают с визгом колёс.

Тишина, образовавшаяся вокруг нашей тройки, давит на мозг. Я в шоке, Карина в шоке, и лишь Гордей поправляет пиджак, как ни в чём не бывало, смотрит на нас поочерёдно и делает вид, что ничего не произошло.

Выражение его лица молниеносно меняется. От жёсткого и властного Гордея мало что осталось. Снова улыбающиеся глаза и непринуждённый вид.

Смотрю на дочь и боюсь её реакцию. Она выглядит сильно напуганной и растерянной. Мои ноги прилипли к месту, а рот застыл чуть приоткрытым.

Первый шаг в сторону дочери даётся мне с трудом. А дочь в этот момент оживает:

— Круто! — тяжело выдыхает. — Босс, ты просто супер! Одними словами загасил гадёнышей. — обнимаю дочь, понимая, что сейчас ей нужна поддержка. — Мам, ты как? — переключается на меня. Кто это такие? — спрашивает с интересом.

Я не знаю, что ответить, в голове полная каша из сегодняшних происшествий.

— Это им твой муженёк должен? — не даёт мне ответить Гордей или спасает от объяснений.

— Да. — тихо отвечаю, ещё не придя в себя.

— Вот урод! — злится дочь.

— Прекрати ругаться. — строжусь над ней и продолжаю обнимать.

Кажется, что не дочери нужна поддержка, а я ищу поддержку в ней. Эта ситуация напугала меня намного больше, точнее, не ситуация, а Гордей.

— Ну мам, тебя из-за него чуть не похитили, а ты ещё и защищаешь его. — возмущается Карина.

Смотрю на неё и понимаю, что дочь неправильно поняла мой ответ:

— Никого я не защищаю, прошу тебя не выражаться. — тихо говорю, чувствуя себя странно, будто силы покинули меня.

— Девчонки, не ругаемся. У нас, вообще-то, рабочий день, пора в офис. — протискивается между нами, обнимает за плечи и ведёт к машине.

Поведение Гордея ещё больше настораживает. Он так быстро переключается с одной личности на другую, как хамелеон. Таких людей надо опасаться и держаться от них подальше.

— Карина, садись в машину, нам с Гордеем Сергеевичем надо поговорить. — прошу дочь, чтобы она не слышала о чём мы будем разговаривать.

Судя по её реакции, Гордей ей нравится.

— А можно я буду называть тебя Горыныч? — спрашивает Карина и садится в машину.

Гордей смеётся:

— Тебе можно. — закрывает дверку и поворачивается ко мне.

Смотрит на меня, а в глазах смешинки. Такое ощущение, что он ждёт от меня преклонения из-за помощи, которую мне оказал. Только Гордей забыл, что он натворил до этого.

— Гордей Сергеевич, хотела сказать вам огромное спасибо за то, что помогли с коллекторами. И попросить вас не контактировать с моей дочерью. Вы плохо на неё влияете. Если я вам что-то должна за помощь, я рассчитаюсь. Но больше не хочу, чтобы вы присутствовали в нашей жизни. — опускаю глаза на дёрнувшийся кадык.

Чувствую его непонимание, как он резко напрягает тело, и готовлюсь к худшему. Но самое плохое может случиться, если Гордей будет присутствовать в нашей жизни. Его влияние испортит мне дочь.

— Значит так, да? Ну что же. Хочешь, чтобы я отстал от твоей дочери, тогда я должен быть уверен, что ты будешь верна мне как специалист — это раз. И два — ты проведёшь со мной ночь. Так, я перестану думать о тебе как о ходячей вагине, и продолжим работать без сексуального подтекста. Решение за тобой. — развернулся и пошёл к водительской дверке, оставляя меня в растерянных чувствах.