Юля

Быстро надеваю пижаму, состоящую из майки и шорт, чтобы уверенно выйти к кобелю-боссу.

Гордей смирно сидит на стуле возле стола и смотрит в одну точку. Такое ощущение, что он абстрагировался от всего живого.

— Гордей, что с тобой? — присаживаюсь напротив босса так, чтобы нас разделял кухонный стол.

— До меня только сейчас дошло, что твоя дочь загасила меня. Такое неприятное чувство. — встряхивает голову и поворачивается ко мне. — Спасибо, что спасла. — искренне говорит, а я в шоке.

— От чего спасла? — хмурюсь, пытаясь понять его.

— От монстра под именем Карина. Как ты с ней живёшь? — искренне недоумевает он.

Я поняла, что он не умеет держать свои мысли при себе. Но дочь оскорблять, это перебор.

— Гордей, уходи. Я не позволю тебе говорить гадости про мою дочь. — чеканю слова на полном серьёзе.

— Да какие гадости? Считай, это комплимент. Это каким гением надо быть, чтобы вот так, без всякого труда загасить взрослого мужика. Далеко пойдёт. — на полном серьёзе отвечает.

Так и поджимало ответить, что дочь вся в отца. Обойдётся. Карина моя дочь и на этом точка.

— Ты хочешь сказать, что испугался маленькой девочки? — подытоживаю его мысли.

— Скорее опасаюсь оставаться с ней наедине. — да уж папаша из него никакой, сам ещё ребёнок.

— Отстань от моей дочери и говори, зачем пришёл. — складываю руки на груди в узел.

Гордей следит за моими движениями и замирает, глядя на грудь. Поднимаю руки, чтобы прикрыть чуть оголившуюся ложбинку. Гордей поднимает взгляд на мои глаза. Пытаясь сфокусировать взгляд, водит глазами по моему лицу.

— Возвращайся в компанию. — вот так просто, без всяких извинений.

— Нет. — спокойно отвечаю, набивая себе цену.

Резко выдыхает и встаёт с места. Я думала, что он собирается уходить, запаниковала, потому что я хочу вернуться, но на своих условиях.

Гордей подошёл к окну и облокотился о подоконник:

— Мне упрашивать или есть определённая сумма? — приподнимает бровь в ожидании.

— От повышения зарплаты я не откажусь, но главное условие, убрать все домогательства босса, чтобы даже намёка не было. — смотрю на него в упор и вижу, как его лицо грустнеет.

Гордей не молчит, оглядывает меня прощальным взглядом и сразу отвечает без раздумий:

— Договорились. Завтра жду тебя на своём рабочем месте. — отталкивается от подоконника, и только я встаю, чтобы проводить его, он останавливается и поворачивается ко мне лицом. — Я придумал, куда направить острый язык твоей дочери.

— Гордей, успокойся уже. — устало отвечаю я.

— Ты не поняла. Меня пригласили на радио, чтобы сделать рекламу нашей компании, а я не люблю публичность. Карине с её характером как раз такая задачка по плечу, ну и подзаработает. Как тебе моя идея?

— Она ребёнок, что ты несёшь? — возмущаюсь и вижу за спиной Гордея Карину.

— А мне нравится твоя идея, босс. — улыбается широко.

Гордей замирает, двигая только глазами:

— Она здесь, да?

Положительно качаю головой и пожимаю плечами:

— У тебя нет галлюцинаций, Карина сзади. — мне смешно наблюдать за ним, когда Карина находится рядом.

Гордей превращается в опасливого зайца. Скорее всего, он не может её послать, как бы сделал со взрослым человеком, поэтому ему приходится терпеть её выкрутасы.

Поворачивается к Карине, присаживается на одно колено, чтобы быть с ней на одном уровне:

— Но у меня условие! Ты прекращаешь меня гасить, а я уговорю маму. По рукам? — тянет к ней ладонь.

Дочь сжимает губы, задирает лицо и смотрит на меня хитрым взглядом:

— Так, я маму сама могу уговорить. Мне посредник не нужен.

— Я же говорю, палец в рот не клади — откусит. Ладно, устрою тебе встречу с каким-нибудь именитым футболистом. Договор? — продолжает подкупать дочь.

Только для чего ему это нужно непонятно. Если её характер настолько тяжёлый, что он не выносит такого общения, зачем придумывать всё это?

— Забились, босс! — ударяет ладонью по его руке.

— Карин, ты уроки все сделала? Скоро спать. — привлекаю внимание дочери на себя.

— Ща, стих доучу, и всё. Пока, босс. И не вздумай обмануть. — стреляет в него грозным взглядом.

— Никогда. — отшучивается Гордей.

Карина уходит в свою комнату, а я провожаю Гордея до двери и не могу не спросить:

— Зачем ты это делаешь?

— Что именно? — хмурится Гордей, делая вид, что не понимает меня.

— Зачем с дочерью..., с моей дочерью налаживаешь контакт? — поправилась вовремя.

— Прикольная она, и через ребёнка проще наладить контакт с матерью. — подмигивает мне и уходит.

С облегчением выдыхаю и прокручиваю в голове всё, что произошло. Гордей сегодня какой-то другой. Странный и местами смешной.

Присутствие ребёнка в квартире смягчило его и ввело в недоумение. Такое ощущение, что он никогда не общался с детьми.

В какой-то степени это вызывает умиление. Но я всё ещё помню его отвратительное поведение, которое вызывает лишь отторжение.

Не успеваю отойти от двери, как раздаётся звонок. Открываю, думая, что Гордей что-то забыл, но там стоит мой дорогой во всех смыслах муженёк и смотрит на меня глазами побитой собаки.

— Зачем пришёл? — выхожу на лестничную площадку и закрываю дверь, чтобы Карина ничего не услышала.

— Юленька, любимая, прости меня идиота. — включает актёрское мастерство на полную катушку.

А я понимаю, что мне надо выведать адрес его проживания, чтобы коллекторы отстали от меня:

— Где ты сейчас живёшь? — спокойно спрашиваю, чтобы не вызвать подозрений.

— Да я там... у друга. — замялся он. — Но это неважно, Юль. Важно, что я не могу без тебя.

Значит, адреса он не скажет и понимает, что, скорее всего, его ищут. Поэтому и вернулся, чтобы я решила его проблемы.

— Или без моих денег? — меняю я тон на высокомерный.

Стас сводит брови, делает невинные глаза:

— Нет, конечно, ну ты чего, Юль. Я просто был идиотом, повёлся на эту девку, но больше такого не повторится. — приближается ко мне и хватает за руки.

А мне так противно становится. Такое отвращение. Как я вообще могла связаться с этим слизняком?

Отталкиваю его от себя, вырывая руки:

— Не трогай меня! Мало того что изменял, ударил, так ещё и кредитов втихушку набрался! Какой же ты ублюдок! Я твои кредиты выплачивать не собираюсь. Придут коллекторы, я отправлю их к тебе, говори, где ты живёшь! — выплёскиваю на него весь негатив и слышу хлопки, раздающиеся с лестницы.

Мы оборачиваемся и видим улыбающегося Гордея:

— Ух, какая драматичная сцена! — взглядом сжигает Стаса. — Это ты, что ли, муж? — громкий смех. — Юлия Денисовна, где вы такого нашли... убогого?

— Юля, это кто? Ты охренел!? — напрягается Стас.

— Гордей Сергеевич, мы всё обсудили с вами, завтра я выхожу на работу. Уходите, я сама разберусь. — продолжаю начатую Гордеем игру в босса и подчинённого.

Мне понравилось, что он не стал меня опускать при Стасе и перешёл на официальный тон.

— А давайте, я вам помогу. — хватает Стаса и спускает его с лестницы.

— Ты чо урод! — возмущается Стас.

— Вали отсюда. Если мне Юля Сергеевна пожалуется, что ты снова приходил, закопаю и земелькой присыплю! — бьёт ладонями друг о друга, стряхивая пылинки после касаний к Стасу.

Я смотрю на то, как муженёк убегает, и не знаю как благодарить Гордея. А потом вспоминаю, что босс тоже говнюк редкостный.

— Спасибо. — всё что могу сказать.

— И всё? А где слова — Гордей, ты мой герой и все дела? — смеётся он.

Громко вздыхаю и хмурю брови. Гордей сразу понимает, что мне совсем не смешно.

— Ты зачем вернулся? Что-то забыл? — спрашиваю, чтобы и от него скорее отделаться.

— Флешку забыл передать. Глянь сегодня, чтобы завтра с утра сразу начать и не тратить время. — передаёт мне маленький пластик.

— Хорошо. — верчу в руках флешку. — Что-то ещё? — спрашиваю, видя, что Гордей не собирается уходить.

— Нет, всё. Помощь нужна? — кажет головой в сторону лестницы, вроде как намекая на Стаса.

— Нет, спокойной ночи, Гордей. — захожу в квартиру и закрываю дверь.

На этот вечер событий достаточно. Больше я не выдержу.