Глава 17

Пока я готовлю завтрак, Ян разговаривает с адвокатом по телефону.

Алёнка, к моему огромному удивлению, по-прежнему спит. Понравилось ей, что ли, на новом месте.

Мне вот очень понравилось.

– Хорошо, я подъеду через час, – говорит Ян и вешает трубку. – Настён, – ко мне обращается, – я должен отъехать, чтобы встретится с адвокатом. Никому не открывай, никуда не выходи.

– Хорошо, – киваю послушно. – А я не нужна на этой встрече?

– Нет, если будет необходимо твоё присутствие, я скажу, – поднимается из-за стола, подходит ко мне, обнимает сзади и чмокает в щёку.

На мгновение прикрываю глаза, плавая в эйфории от близости Яна. Как же я по нему соскучилась, как мечтала о нём всё это время.

Да, мне было обидно, что он оставил меня и решил жениться на другой, но я почему-то не чувствовала вселенской обиды, словно подсознательно понимала, что всё не так, как кажется.

Авдеев уезжает, и Алёнка просыпается, так что мне скучать некогда. Кормлю дочку завтраком, заправляю постель, ставлю стирку. Обычная рутина, но мне она приносит радость.

В доме Ратмира имелась прислуга, и я занималась чем угодно, но только не домашними делами.

Кому-то может и нравится такая жизнь, но не мне.

Пока дочурка играет в комнате, я сижу рядом с ней на полу и подаю через приложение заявление на развод. Ратмиру придёт уведомление, я прекрасно понимаю это, а значит, скоро начнётся война.

Надеюсь, нам удастся в ней победить, очень надеюсь.

Ближе к обеду возвращается Ян. Я пулей вылетаю в прихожую, потому что мне не терпится узнать, как прошла встреча.

– Что сказал адвокат? – выпаливаю взволнованно вместо приветствия.

Авдеев же в отличие от меня спокоен, как танк. Он разувается, проходит в квартиру, обнимает меня за талию и целует в знак приветствия.

– Где наша крошка? Я ей купил кое-что, – поднимает пакет с логотипом детского магазина. – Думаю, Алёнке понравится.

– Уснула, время уже, – киваю на висящие на стене часы.

– Хорошо, тогда посмотрит, когда проснётся.

– Ян, не томи, – нервно тереблю пальцы.

– Что, даже обедом не накормишь? – спрашивает с лёгкой издёвкой.

– А вот не накормлю, пока не скажешь, как всё прошло, – вздёргиваю подбородок с вызовом.

Авдеев вздыхает и прижимает меня к себе.

– Всё будет хорошо, Настён, я же уже пообещал тебе. Ты подала заявление, кстати? – спрашивает, заглядывая в глаза.

– Подала.

– Это хорошо, это значит, скоро нам не будет необходимости скрываться. Адвокат берётся за наше дело, мне нужно как можно скорее установить отцовство на Алю, но это можно сделать только через суд. И без Ратмира тоже, увы, никак, необходимо для начала лишить его родительских прав.

– Я надеюсь, он не станет препятствовать, – вздыхаю.

– И я на это надеюсь, малыш, но мы должны быть готовы к тому, что легко не будет. Просто это необходимо пережить для того, чтобы двигаться дальше. Теперь уже вместе. Ты ведь согласна со мной?

– Согласна, – прижимаюсь к груди мужчины, вдыхаю его запах.

Как же мне не хватало его всё это время!

– Давай я тебя покормлю, – прихожу в себя и с улыбкой приглашаю мужчину на кухню.

Мне всегда нравилось готовить, но опять же, в доме мужа этого было делать нельзя. Я не понимаю, почему Ратмир так ограничивал меня, да и не хочу сейчас думать об этом.

Мне доставляет несравненное удовольствие смотреть на то, с каким аппетитом Ян ест мой суп, как нахваливает котлеты. Сама не понимаю, когда всё успела, но Аля вела себя необычайно спокойно сегодня. Будто чувствовала, что маме нужно чуточку побольше времени.

Убираю со стола, пиликает телефон.

– Ой, – смахнув блокировку с экрана, удивлённо пялюсь на уведомление. – Ратмир… подтвердил заявление, – сообщаю Яну удивлённо.

Это вполне логично, ведь мужчина сам выкинул меня из своей жизни, но после его выходки, когда муж заявился к дому Яна, я уже не знала, чего от него ожидать.

– Вот и отлично, – улыбается Авдеев. – Дело за малым, теперь мы встретимся в суде.

– Надеюсь, что не раньше, честно. Правда, прятаться целый месяц желания нет никакого, но что поделать, – вздыхаю. – Ради безопасности Алёнки я и не на такое готова.

Я очень надеюсь на то, что Ратмир и в самом деле согласен на развод, и не пытается таким образом просто усыпить мою бдительность. С его стороны было бы логично разойтись мирным путём.

Ну, зачем я ему такая? Я его никогда не полюблю, и мужчина знает об этом.

Конечно, после его выходки той ночью я уже ничему не удивлюсь. Но всё же надеюсь, он сохранил в себе ещё хоть какие-то остатки человечности, и даст мне развод без лишней нервотрёпки.Глава 18

Неделю мы жили, как ни в чём не бывало. Казалось, опасность миновала, и Ратмир больше не вспомнит о нас.

Ах, как же глубоко я ошиблась.

– Ян, сегодня такая погода, можно мы с Алей погуляем на площадке возле дома? – спрашиваю у мужчины утром, нежась в его объятиях после пробуждения.

– Хорошо, но только сделаем это вместе и ближе к обеду, когда я покончу с рабочими вопросами.

Ян большой молодец, что решил завязать со службой и заняться охранным бизнесом. И мне спокойнее, и безопаснее однозначно.

– И ещё, Ян, – спрашиваю робко, пальчиками выводя узоры на его груди. – Я всё думаю, может, позвонить маме и сказать, что с нами всё в порядке? Я понимаю, что родители не правы по отношению ко мне, но ставлю себя на место матери и думаю, что переживала бы за своего ребёнка. Неведение – это ужасно.

С замиранием сердца жду, что же ответит Ян.

Даже приподнимаюсь, чтобы посмотреть ему в лицо.

– Настён, ты чересчур добрая, знаешь об этом? – спрашивает, коротко целуя меня в висок. – Потерпи до суда, а там общайся сколько захочешь, только знаешь, я, пожалуй, воздержусь от близкого общения с твоими родными, уж прости. Если бы они не соврали мне тогда о том, что ты замуж выходишь, я бы действовал иначе.

– Я не призываю общаться с ними, я просто хочу, чтобы они знали, что со мной и Алей всё в порядке. Но если ты говоришь, подождать, то я подожду, – улыбаюсь в ответ.

Хорошо, что со мной рядом такой рассудительный мужчина, сама я могла бы уже наделать кучу глупостей и ошибок.

И одну из них я всё-таки допустила…

Не знаю, мне казалось, что через социальные сети отследить меня нельзя.

И именно поэтому я отправляю маме сообщение о том, что с нами всё в порядке. Просто коротенькое смс без указания нашего местонахождения.

Да я даже номером своим не засветила, воспользовалась аккаунтом в соцсети.

Мне так спокойнее, я просто тоже мать и ставлю себя на место родителей. Да, иногда я не могу их понять и принять порой их мнение, но они всё равно близкие для меня люди.

Гулять с Алей мы выходим чуть раньше, не дожидаясь Яна. Мужчина сообщил, что подъедет буквально через пять минут, ну что за такое короткое время может приключиться?

Наивная…

Стоит нам только оказаться на улице, словно по заказу к нам подходит какая-то незнакомая женщина.

– Добрый день, я из органов опеки, – показывает удостоверение.

Вроде настоящее.

– Вы здесь проживаете? Это ваш ребёнок? – стреляет глазами в Алю, засыпая меня вопросами.

– Да, – судорожно киваю в ответ.

Поднимаю дочку на руки, инстинктивно покрепче прижимаю к себе.

– А прописка? Покажите паспорт, – требует настойчиво.

Теряюсь, не зная, что предпринять.

К счастью, к дому подъезжает Ян. Резко тормозит, заметив нас в обществе незнакомой женщины, выпрыгивает из машины.

Широким размашистым шагом направляется в нашу сторону.

– Слушаю, – кивает женщине, вскидывая подбородок. Становится к нам спиной, защищая.

Ему представительница опеки не рискует дерзить так, как мне.

– Я хотела бы посмотреть документы и прописку ребёнка, – заискивающе бормочет.

– С какой стати? Основания? – не унимается Ян.

А я бы уже за паспортом побежала, но Авдеев – кремень. Обожаю его.

– На нас соседи не жалуются, ребёнок проживает в хороших условиях, с обоими родителями, что вас не устраивает? – продолжает давить Ян.

– С обоими? – прищуривается женщина. – А к нам поступило обращение от отца девочки о том, что мать скрывает от него ребёнка и не позволяет видеться. Это похищение…

– Похищение – это другое. Ребёнок живёт с родной матерью, – перебивает Ян бесцеремонно представительницу опеки. – А этот ваш отец, – хмыкает с сарказмом, – пусть скажет спасибо, что на него заявление об оставлении в опасности не написали. А следовало бы.

Авдеев поворачивается к нам с Алей и велит идти домой, как ни в чём не бывало.

Не спорю. Скорее покидаю площадку вместе с дочуркой, пока Ян продолжает что-то доказывать этой вредной подосланной Ратмиром тётке.

В том, что это дело рук бывшего мужа – сомнений нет. А я его имею полное право считать бывшим, ведь мы уже подали заявление на развод.

Главный вопрос – как Ратмир узнал, где нас искать. Я очень не хочу верить в то, что это дело рук мамы, но почему-то интуиция подсказывает, что других вариантов нет и быть не может.

Поэтому едва я переступаю порог квартиры и раздеваю Алёнку, тут же беру в руки телефон.

Больше нет смысла скрываться, теперь и так известно, где мы живём, поэтому я смело набираю номер мамы…