В фильмах Миядзаки персонажи всегда вписаны в окружающий мир, они являются частью природы, города, общества. Чтобы придать сцене дополнительный эмоциональный вес, сделать ее более захватывающей для зрителей, Миядзаки часто использует два приема: эмоции персонажа либо максимально созвучны окружающей обстановке (погоде, времени дня, эмоциям других персонажей), либо резко контрастируют с ней. И тот, и другой подход может воплотить каждый автор, чтобы усилить влияние сцены на аудиторию. Решив, какие эмоции ваш персонаж испытывает в конкретной сцене, вы можете попробовать оба подхода и выбрать тот, который покажется более уместным: то, что происходит вокруг персонажа в сцене, созвучно его настроению или противоречит ему? Это творческое упражнение эффективно, чтобы вдохнуть больше жизни в сцены, которые кажутся плоскими и недостаточно запоминающимися.
Так, в фильме «Рыбка Поньо на утесе» именно эмоции Поньо придают истории по-детски искренний настрой: на все открытия в новом для нее мире она отзывается с искренним любопытством. В сценах, происходящих в доме мальчика Сосукэ и его матери Рисы, уютная обстановка усиливает радость и детскую игривость Поньо.
Эмоции персонажа и окружение в этих сценах находятся в гармонии. Кухня Рисы – теплые краски, мягкое освещение, яркие цветовые акценты с преобладанием красного и зеленого. Хозяева дома ведут себя гостеприимно и дружелюбно, интерьер наполнен уютными предметами вроде фарфорового чайного сервиза. Вокруг много мягких по текстуре вещей: полотенце, в которое Риса завернула Поньо, ковер, подушки на диване, скатерть на столе. Все это работает на атмосферу спокойствия и счастья, которая влияет на персонажей.
В том же фильме есть противоположный пример: сцена, где эмоции персонажа и окружающий мир находятся в максимальном противоречии. Пожалуй, это самая запоминающаяся сцена из «Рыбки Поньо на утесе».
Убегая из подводного мира, чтобы встретиться с мальчиком Сосукэ, Поньо невольно устраивает шторм, который вызывает разрушения и хаос на берегу. Риса стремительно ведет машину вдоль бурного моря, чтобы как можно быстрее добраться домой вместе с маленьким сыном. В сцене шторма преобладают темные краски и ощущение ничтожности человека перед лицом неукротимой стихии: по сравнению с огромными волнами лиловая машина Рисы кажется игрушечной.
А посреди этого хаоса по волнам бежит Поньо, уже превратившаяся в девочку. Она пытается догнать автомобиль Рисы, перескакивая с волны на волну. У нее счастливый, торжествующий и сосредоточенный вид, как у ребенка, для которого все происходящее – веселая игра, а в конце ждет чудесный приз: встреча с другом, нужно только добежать до машины, в которой он едет! Контраст детской радости Поньо и мрачных красок шторма, который способен своей мощью разбить все на берегу в щепки, – яркое воплощение художественного приема, когда эмоции персонажа и окружающая его действительность не соответствуют друг другу.
У каждого из нас бывали моменты, когда мы ощущали, как неуместно наше присутствие где-то или как «неправильны» наши эмоции: грусть, когда вроде бы нужно веселиться, или удовольствие от вещей, которые не должны радовать. И напротив: порой ситуация становится идеальным отражением нашего настроения. Каково навсегда расставаться с любимым человеком в грозу, ночью, на пустынной дороге? А в солнечный день на городской площади, когда вокруг играют дети? В художественном произведении одна и та же сцена в разной обстановке может иметь разный настрой. Главное для автора – подмечать в своем произведении моменты, когда есть возможность усилить сцену за счет созвучия или контраста.
Представьте, что вы пишете сцену бала молодой героини. Первый вариант: созвучие настроения героя и окружающей обстановки. Счастье героини совпадает с великолепием бального зала: собравшиеся здесь люди кажутся ей прекрасными, каждая деталь интерьера, костюмов и даже диалоги работают на ощущение счастья. Второй вариант: контраст настроения героя и окружающей обстановки. Костюмы и интерьер все так же прекрасны, бальный зал великолепен, но героиня прямо перед входом в него получает ужасное известие, разбивающее ей сердце. В этом случае ее ощущения и окружающая действительность будут противоречить друг другу. Одна и та же сцена – но насколько разная атмосфера!
Также для создания атмосферы важно показать, как ощущает себя герой, впервые попавший из своей обычной жизни в новый для него мир. В привычной нам западной модели сюжета мы назвали бы это «переход от первого акта ко второму», в кишотенкетсу – это второй этап «шо». «Попадание в особый мир» характерно не только для жанра фэнтези: герой может поступить на новую работу, начать расследование преступления, отправиться на космическую станцию. Тон этого перехода очень важен для истории в целом, также в нем могут сочетаться несколько оттенков эмоций. Сравним сцены попадания в особый мир из двух фильмов Хаяо Миядзаки: «Унесенные призраками» и «Ходячий замок».
«Унесенные призраками»: Тихиро с родителями через таинственную арку входят на заброшенную железнодорожную станцию (мы ощущаем и величественное спокойствие этого места, и тревогу). Потом герои выбираются на солнечный пригорок. Нас наполняет восхищение красотой пейзажа, но наша тревога растет: все дома здесь заброшены, повсюду заросшие мхом статуи ками, духов-покровителей. Семья направляется в городок. Яркие краски и солнечные улицы приглушают ощущение угрозы, которое снова возникает, когда становится ясно, что город пуст, а ресторан почему-то работает. По лицу Тихиро в этих сценах видно, как усиливается ее страх, в то время как родители безмятежны. Беспокойство Тихиро растет и достигает кульминации, когда она обнаруживает, что ее родители превратились в свиней и что повсюду призраки. Переход Тихиро в особый мир – настоящая симфония эмоций, в которой ощущения Тихиро отражают происходящее, а эмоции родителей, напротив, с ним контрастируют (они легкомысленно спокойны, когда вокруг явно творится неладное).
«Ходячий замок»: Софи, превращенная в старуху, добирается до Заклятой Пустоши. Она умиротворенно отдыхает, глядя на пейзаж, и мы вместе с ней чувствуем спокойствие, хотя встречные фермеры и предупреждали старушку, что в этой пустоши «одни ведьмы да колдуны». Софи находит пугало Репку, оно увязывается за ней. Светит солнце, и наступивший вечер дарит ощущение доброго приключения, но чем дальше идет Софи, тем более зловещим выглядит пейзаж. Погода может сильно влиять на атмосферу сцены: так, Софи и Репка поднимаются в гору на фоне мрачного заката, ветер гонит по небу темные тучи, предвещающие опасность. Приближается ночь, начинается снегопад, Софи совсем измучена, мы почти физически ощущаем ее усталость. Тут появляется ходячий замок, который выглядит необычным и пугающим. Внутреннее пространство замка оказывается неожиданно уютным. Софи одного за другим встречает его жителей: огненного демона Кальцифера, мальчика Маркла и самого Хаула. Все эти встречи проходят весьма дружески. Сцены не содержат шоковых ситуаций, и Софи произносит фразу: «У старости есть свои плюсы. Перестаешь удивляться!» Особый мир не выглядит враждебным, потому что героиня сразу принимает все, что с ней происходит. Если в случае с Тихиро мы переживаем целый спектр ощущений от тревоги до глубокого страха, то Софи даже беспокойства не испытывает. То, с какими эмоциями герой попадает в «особый мир приключения», много говорит и о нем самом, и об эмоциональной тональности истории в целом. «Ходячий замок», несмотря на мрачные военные сцены, – гораздо более легкий и веселый фильм, чем «Унесенные призраками».
Переход может происходить на разных этапах сюжета: так, для сестер из «Моего соседа Тоторо» особый мир, где царят свои правила, – их новый дом. Они попадают туда в первые же пять минут фильма. Для Дзиро из «Ветер крепчает» миром приключения становится учеба и работа в авиации, но уже в середине сюжета он попадает в еще один особый мир – загородный отель, где встречает свою будущую жену Наоко. Если в сюжете вашего сценария или книги есть параллельно развивающиеся линии (как профессиональная и романтическая для Дзиро), у каждой может быть свой эпизод «перехода в новый мир», демонстрирующий разные эмоции персонажа, которые более полно раскроют его характер.
УПРАЖНЕНИЕ
Выберите любой фильм Хаяо Миядзаки. Изучите, как меняются эмоции персонажа при попадании в «особый мир». Как это работает на общую атмосферу истории и что говорит нам о характере и взглядах этого персонажа?
Еще один способ усилить настроение сцены, придать ей обаяния – добавить эмоций и личных впечатлений в описания и пейзажи. Понять, как это сделать, нам поможет пример того, кто создает удивительную атмосферу фильмов студии Ghibli, в том числе работ Хаяо Миядзаки, пусть на первый взгляд кажется, что искусство художника-пейзажиста далеко от работы сценариста и писателя.
Кадзуо Ога был художником-постановщиком и автором фонов почти во всех проектах Миядзаки начиная с 1988 года и от руки нарисовал те пейзажи, которые мы так любим. Обычно анимационные фоны просто выбрасывают после выхода фильма, но фоны Оги настолько хороши, что многие из них решено было сохранить. В 2007 году их представили на выставке, которая привлекла более 200 000 посетителей за два месяца. По словам сотрудников студии Ghibli, Кадзуо Ога обладает утонченным восприятием окружающего мира. Он замечает, что происходит вокруг, и умеет художественно обработать увиденное. Подобное качество важно и для писателя.
Интересный взгляд на важность атмосферы в пейзаже выразил художник-постановщик фильма «Унесенные призраками», для которого Ога создавал фоны. Он рассказывает, как давал Оге задания в зависимости от того, какое настроение должно быть у сцены. Соответственно создавался один из основных видов фона (обратите внимание на неожиданный набор вариантов): «умиротворяющий», «освежающий», «волнующий», «трогательный». Подобные эмоции – как и любые другие – в прозе можно передавать через словесные описания. Интерьер, пейзаж, костюмы героев – все может работать на создание общего настроения сцены. Приемы, о которых рассказывает Ога в документальном фильме «Мастер образов студии Ghibli», пригодятся и тем, кто вместо красок использует слова.
1. «Нужно внимательно наблюдать». Этот творческий принцип Ога во многом перенял от Хаяо Миядзаки. Эмоции важны даже в пейзаже, поэтому Ога стремится «все увидеть и прочувствовать самому», чтобы «создавать фоны, которые соответствуют реальному положению вещей». По его мнению, невозможно убедительно воссоздавать мир только по фотографиям, потому что наши истинные впечатления выходят за рамки плоской картинки. Так же и в прозе – описывая место действия, полагайтесь не только на внешние характеристики, но и на ощущения, используйте собственный жизненный опыт. Если действие сцены происходит под тропическим ливнем, постарайтесь как можно точнее вспомнить свои физические ощущения и эмоции, когда вы сами попали под сильный дождь.
2. «Отпечаток ностальгии и умиротворения». Восприятие каждого из нас субъективно, все мы обращаем внимание на разное, поэтому описание в прозе или картина в живописи не столько фиксируют место действия, сколько передают эмоцию и взгляд художника. Когда подобная эмоциональная наполненность сочетается с точными наблюдениями и личными открытиями об окружающем мире, возникают сцены, которые вызывают у аудитории чувство узнавания, напоминают о собственных эмоциях в подобных обстоятельствах. Так, в «Моем соседе Тоторо» мы видим не абстрактный сельский пейзаж: Миядзаки и Ога наполняют его радостью и готовностью к открытиям, которые черпают из собственных детских впечатлений.
3. «Меньше деталей не значит хуже». На первый взгляд фильмы Хаяо Миядзаки поражают количеством деталей и визуальным богатством. И все же умеренность необходима даже в детализации. Кадзуо Ога, с которым Миядзаки работает больше тридцати лет, рассказывает, что за годы работы понял: важно передавать настроение сцены, не перегружая фон.
Что мы можем вынести из этого как авторы? Умение понять, что оставить в сцене фильма или в тексте романа, а что лучше убрать, – целое искусство. Детальное описание места действия или героев не всегда делает историю увлекательнее. Как и художнику, писателю постоянно приходится решать, что описывать, а что оставлять недосказанным. Где-то ради темпа стоит пренебречь описаниями, где-то дать несколько ярких штрихов, где-то остановиться на деталях пространства, костюмов и магии вашего мира подробнее. Показать больше или меньше – сознательный творческий выбор, продиктованный целью конкретной сцены.
УПРАЖНЕНИЕ
Когда вы читаете книги, важны ли для вас описания? Вы предпочитаете минимализм, детальную прорисовку фона или баланс того и другого? Какого писателя вы считаете мастером описаний и что вы могли бы перенять от него?