Андрей въехал во двор дома, в котором жила Вера, порадовался тому, что сегодня опять жара, а потому соседи разъехались с утра на природу, ловить последние летние деньки, и потому есть свободное парковочное место почти напротив входа в подъезд.

Он припарковал автомобиль так, чтобы было удобно грузить чемоданы. Выбрался из автомобиля, чертыхнувшись на свою больную ногу, но больше по привычке. Нога уже так не болела, но все еще вынуждала ходить, опираясь на трость. Набрал номер квартиры Веры, дождался ответа и бросил короткое:

– Серёг, это я, открывай!

Лифт был на первом, порадовав тем, что не надо его долго ждать. Дверь в квартиру тоже открыл Сергей.

– Здравствуйте, Андрей Яковлевич, проходите.

– Здоров! Собрались?

– Да, – парень кивнул на чемоданы, стоящие в прихожей, –  мама сейчас Малыша в переноску уложит, и можем выезжать. Таблетку ему успокаивающую давала, чтоб уснул наш неугомонный.

Васильев кивнул понимающе, а парень, оставаясь таким же серьезным, спросил:

– Андрей Яковлевич, а у Вас, случайно, для людей нет такой же таблетки? Ну так, мало ли завалялась?

– Ты себе, что ли?

– Нет, маме. Впрочем, сейчас сами все поймете.

Вера вышла в прихожую, держа переноску, в которой спал Малыш, который был уже совсем не малыш. Как шутил все тот же Сергей: “Затесались у кота в родственниках мейн-куны”.

– Андрюша, привет! – Вера шагнула к Васильеву, чмокнула того в щеку, пристроила на тумбочку переноску с котом и шагнула в сторону кухни. – Пойдем, кофе выпьем на дорожку? Точнее, я тебе сварю, а сама еще раз по квартире пробегусь, проверю, все ли взяла.

– Мам, в сто первый раз? – вздохнул Сергей и глянул на Васильева, мол, вот, я же говорил!

– Вера, самолет ждать не будет. И потом, помнится мне, что ТАМ, – Андрей выделил слово интонацией, – тоже есть хорошая кофемашина.

– Ах, ну да, – Вера виновато улыбнулась, – это всё моё преддорожное волнение, прости!

– Вера, ты боишься летать?

– Нет, не боюсь, но каждый раз волнуюсь. Ладно, давайте уж, по традиции, присядем “на дорожку” да и будем выезжать.

Они разместились тут же, в прихожей, помолчали.

– Так, мальчики, вы пока выходите, а я еще раз здесь пройду, проверю всё и тоже иду. Обещаю, я быстро!!

Андрей с Сергеем переглянулись, но вышли, прихватив и переноску с потяжелевшим Малышом. Вера, оставшись в квартире одна, пристроила свою сумку на пуфик, открыла её и тихо проговорила, обращаясь в тишину квартиры:

– Козьма Иваныч, поехали с нами! У нас там двухэтажный сруб, баня, сарай – все новое и без домового. Непорядок это! А ты у нас хозяйственный да строгий. Найдешь и там, чем себя занять и чем руководить.

И словно в ответ на ее слова в глубине квартиры что-то звякнуло, потом скрипнуло и стихло. Вера выждала еще несколько секунд, улыбнулась и закрыла сумку. Обула удобные балетки – после самолета у нее всегда отекали ноги, и вышла из квартиры с легким сердцем.

– Вперед! Навстречу новой жизни. Жизни в провинции, – напутствовала сама себя, закрывая квартиру.

Уже сидя в машине, обратилась к сыну:

– Сереж, Лиза точно приедет в аэропорт?

– Да. Эндрю обещал, что лично ее привезет!

Вера кивнула, подумав: “Ну, дай Бог, и у Лизы с Андреем все получится. Хороший мальчик, не избалованный отцовскими деньгами”.

Лиза с Андреем действительно ждали их в зоне регистрации на рейс.

Вера с Сергеем сдали багаж, прошли регистрацию, и вся компания двинулась в зону, куда вход был только для улетающих.

Сергей обменялся рукопожатиями с мужчинами – Андреем и Доком, они коротко обнялись прощаясь, и Сергей, подхватив переноску с котом, ушел проходить контроль.

– Вера Павловна, хорошего Вам полета и мягкой посадки! – парень улыбнулся и легко обнял Веру.

– Спасибо, Андрюш. Береги Лизу! – шепнула Вера парню.

– Обещаю! – ответил коротко.

– Док, теперь ты, – Вера шагнула к Васильеву и обняла его. – Галинке привет и легких родов. Я с ней сегодня, конечно, говорила по телефону, объяснила еще раз, что нечего ей, в ее положении и на ее сроке, в аэропорту делать. Опять же жара эта! Конец августа уже, а печет так, будто середина лета.

– Ну, срок, положим, не критичный, самое начало третьего триместра, но спасибо, что понимаешь. Это на западе рожать в сорок с хвостиком норма, а у нас она старородящая.

– Андрей…, – начала было говорить Вера, но была остановлена Васильевым.

– Вера, даю слово, как только поедем рожать, дам тебе знать! Но месяц у тебя точно есть. Дальше положу ее на сохранение и потянем максимально к положенному сроку. Обещаю. Не переживай! – Васильев помолчал, потом, смутившись, произнес:

– Знаешь, Вер, давно надо было тебе это сказать, но все как-то не получалось. Спасибо, что помогла мне тогда увидеть Галинку с другой стороны. Столько времени рядом проработали, а я, дурак, все никак не мог в ней этого разглядеть.

– Береги своих девочек, Док. Ты заслужил свое счастье так же, как и мы.

Васильев кивнул и тут же, сменив тон, рассмеялся:

– Однако правду говорят, что путь к мужским сердцам лежит через наши желудки, да? Ты вот нашего молчуна майора также, однако, прикормила! Он и не отнекивается даже.

Вера улыбнулась, а Васильев продолжил уже без тени улыбки:

– Теперь-то я за него спокоен буду. Спасибо тебе за него, Вер Пална!

Вера в ответ лишь опять кивнула. Она из последних сил держалась, чтобы не расплакаться.

Лиза шагнула к своей бывшей наставнице самой последней. Обняла, уткнувшись Вере в шею, и вдруг всхлипнула:

– Вер Пална, спасибо Вам за все! За то, что научили всему, за то, что помогли с работой у Козловского, за то, что от тех уродов огородили, но самое главное, спасибо за папу. Я тоже теперь спокойна за него. С Вами он снова стал прежним, таким, каким я его помнила до ранения. Я понимаю, что там у Вас, в открывающемся ресторане Сергея, теперь тоже работы будет непочатый край, но знайте, что я всегда буду вас с папкой ждать в гости. Приезжайте!

– Лиза, за тех уродов – это ты не меня благодари, а вон Васильева да своего отца. Это они тех переростков смогли в армию пристроить. И, однако, это вы с Андреем приезжайте к нам в гости, – хитро улыбнувшись, добавила, – проверим твоего парня на выживаемость в глубинке.

Лиза, услышав слова Веры, смутилась и покраснела:

– Ну, мы пока еще не вместе, если Вы об этом.

– Лиза, хочу, чтобы ты пообещала мне вот что: если тебе будет плохо, не сложится у вас с Андреем или работа у Артемия перестанет радовать – приезжай. Там и твой дом тоже, а уж работу мы тебе с Сергеем предоставим – это я тебе гарантирую.

– Обещаю, Вер Пална.

– Вот и умница!

Они еще постояли так, обнявшись несколько секунд, и Вера ушла проходить контроль на рейс.

Уже сидя в самолете, она набрала Маришке и Танюшке сообщения: “В самолете. Как приземлюсь, позвоню!”

Она сама попросила подруг не приезжать сегодня в аэропорт. Не приезжать, потому что тогда ее проводы вылились бы в реки слез.

С подругами они встречались накануне. Марина обещала прилететь с дочерью Светланкой на осенних каникулах. Татьяна клялась, что тоже сможет вырваться из семьи хоть на пару дней.

Сообщения подругам улетели, были ими тут же прочитаны, и тут же от обеих прилетели ответные пожелания хорошей дороги.

Получив сообщения от подруг, Вера, будучи уверенной, что теперь-то им уже не помешают, набрала, наконец, Потапа и тихонько проговорила лишь три слова:

– Вылетаем. Встречай, любимый.

В ответ она услышала:

– Соскучился по тебе, Верушка. Из рук все валится без тебя. Люблю. Жду!