Любовь

Ахнув, мужик разразился потоком брани, а потом взревел не хуже медведя:

— Ты совсем, дура, сбрендила?! — Спрыгнув с полка, он уставился на меня с яростью.

— Сам дурак! Не будешь по чужим баням лазить! — крикнула я в ответ, держа ведро наготове.

— А ты вообще кто такая, чтобы мне указывать?! — он сделал шаг вперёд, сократив и так ничтожное расстояние между нами.

Карие глаза метали молнии. Капли ледяной воды стекали по его лицу и телу.

И я невольно проследила их путь до самого члена, опасно торчащего в мою сторону.

Сглотнув, подняла взгляд и воинственно задрала подбородок.

— Я хозяйка этого дома, и я не позволю здесь хо… — запнулась, снова скосив глаза на качающееся «хозяйство» мужика, и закончила, дрожа от гнева: — Хозяйничать!

— Ах, хозя-я-йка! — протянул мужик, нехорошо так ухмыляясь. — Ты хоть понимаешь, что ты сделала?!

— Прекрасно понимаю! — И я выплеснула остатки воды прямо ему под ноги. — Пошел вон отсюда, пока я ментов не вызвала!

— А вот это ты зря сделала, коза рогатая, — тихо и угрожающе изрек мужик, а потом схватил меня за руку.

Ведро с грохотом покатилось по полу, а я вдруг оказалась прижата к горячему твердому телу.

Не успела я и пискнуть от страха, как меня скрутили и перекинули животом через колено.

Шубка задралась, шапка упорно лезла в глаза, а очки и вовсе слетели.

— Ты что себе позволяешь?! — завопила я, пытаясь выбраться из захвата.

— Восстанавливаю справедливость, — прозвучало насмешливо.

А потом мою ягодицу обожгло!

— Ай! — Я задохнулась от возмущения и шока.

Он что… он сейчас меня шлепнул по заднице?!

— Т-ты?!. — растеряв весь свой словарный запас, только и смогла выдохнуть.

Больно-то как!

— Я, я… — В подтверждение этого тяжелая ладонь еще трижды прошлась по моей многострадальной ягодице, всякий раз прижигая ударом.

Меня никто и никогда не бил! И уж тем более так унизительно!..

Злые слезы вскипели на глазах, и я, не выдержав, громко шмыгнула носом.

Экзекуция тут же прекратилась, и меня быстро вернули в вертикальное положение.

— Эй, да ладно тебе… не так уж и зверствовал я… — как-то растерянно протянул Дима.

Да что б ты еще понимал в женских слезах!

И пока я приходила в себя, этот наглец успел намотать вокруг бедер полотенце, прикрыв наконец-то срам.

— Давай поговорим спокойно, я же… — начал он и сделал шаг ко мне, когда раздался тихий треск. — Ой…

Мои слезы моментально высохли.

Если вы очкарик со стажем, то хоть раз в жизни вы наверняка слышали этот леденящий душу хруст оправы и линз.

И этот звук навсегда останется в вашей памяти, как и сумма новых очков взамен почивших.

А я скажу вам, что ценники сейчас на линзы конские… а уж оправы!..

И когда под голой пяткой немытого неандертальца сломались мои любимые очки, я, взревев, бросилась на него пантерой.