Правило 22: Образование – это не только диплом, это способность критически мыслить и сопереживать

– Снимался длинный цельный эпизод, в котором Бликсен приезжает к себе на ферму. Мерил все делала абсолютно спокойно. Но в тот момент, когда Сидни сказал «Стоп! Снято!», ее лицо исказила судорога, она стала бить себя кулаком в грудь и кричать: «Уберите ее отсюда!» – рассказывал сценарист «Из Африки» Курт Людтке. Костюмерша разорвала на актрисе платье, и оттуда выпало огромное насекомое! Оно ползало под платьем на протяжении всей сцены, но Мерил заставила себя не обращать на это внимания.

В другой раз Мерил проявила незаурядное мужество. Снималась сцена, где Бликсен отбивается от льва, который напал на ее лагерь. Лев был спущен с поводка, дублерша отказалась сниматься со зверем, он привел ее в ужас.

– Девушка была умная и по-настоящему испугалась, – вспоминала Мерил, – а я нет, не хватило ума.

Мерил схватила хлыст.

Поллак отрицал, что приказывал дрессировщику спустить животное с поводка. Для съемок было подготовлено по меньшей мере шесть дрессированных львов и львиц, а помощники стояли наготове с огнетушителями на случай, если что-то пойдет не так.

Его слегка шокировало то обстоятельство, что Мерил с перепугу сама напала на льва, усмотрев в его поведении угрозу для жизни окружающих. Он утверждал, что угроза была воображаемой и она среагировала столь бурно исключительно от нервного напряжения. Ему было даже жаль животное, но Мерил было не так-то просто сдержать.

– На самом деле это был спокойный дрессированный лев, который не сделал бы мне ничего плохого, – говорила она, – но Сидни не предупредил меня, что лев безопасен, и приказал спустить его с поводка, чтобы я испугалась по-настоящему и получились хорошие кадры. Я была готова убить Сидни за это.

К счастью, ни один лев при съемках фильма не пострадал.

* * *

Фильм «Из Африки» стал одной из главных удач в карьере Мерил Стрип, а ее персонаж, пожалуй, самым интересным в списке реальных людей, сыгранных актрисой на протяжении жизни, в некотором смысле украшением ее карьеры.

Если двадцатые назывались «ревущими» из-за экономического бума и культурного расцвета, а шестидесятые «свингующими» из-за социальных потрясений, политических убийств и контркультуры, то восьмидесятые годы в США называют «десятилетием жадности» (The Decade of Greed). Это наименование отражает расцвет меркантильного индивидуализма и культуры яппи (Yuppie culture), который стал прямым следствием политического и экономического курса страны.

Избрание Рональда Рейгана в 1980 году ознаменовало подъем нового консерватизма. Его политика, известная как «рейганомика» (снижение налогов, дерегулирование, приватизация), способствовала экономическому росту, но также увеличила разрыв между богатыми и бедными. В обществе расцвел материализм и культ успеха.

Это время было отмечено яркой и разнообразной поп-культурой. Появление MTV произвело революцию в музыке и моде, породив таких звезд, как Майкл Джексон и Мадонна. Мода и реклама отличались смелостью, неоновыми цветами и «силовым стилем» (power dressing) с широкими плечами, отражающим растущее присутствие женщин в корпоративном мире.

Десятилетие стало пиком конфронтации с СССР. Рейган занял жесткую антикоммунистическую позицию, назвав Советский Союз «империей зла» и запустив программу СОИ («Звездные войны»). Страх ядерной войны был постоянным фоном общественной жизни.

Несмотря на общий оптимистичный тон официальной политики, десятилетие было омрачено серьезными социальными проблемами. Эпидемия ВИЧ/СПИДа превратилась в крупный кризис общественного здравоохранения, долгое время игнорировавшийся властями. Также обострилась проблема наркомании, что привело к развертыванию «войны с наркотиками». Правило 23: Обстоятельства выше тебя? Посмейся над ними

Американский кинематограф 1980-х годов во многом отражал эти политические и социальные реалии, выступая или как рупор доминирующих настроений, или, наоборот, как их критик.

Первая половина и середина десятилетия были отмечены доминированием развлекательных блокбастеров и франшиз, которые предлагали зрителям убежать от сложных проблем.

Вот список из 20 коммерчески успешных фильмов 1980-х:

Как видим, здесь нет ничего и близко похожего на то, что заинтересовало бы такую актрису, как Мерил Стрип. Разве что «Роковое влечение», в котором Гленн Клоуз блестяще сыграла психопатку. Кассой и умами правили звезды-мужчины: Харрисон Форд, Сильвестр Сталлоне, Эдди Мерфи, Майкл Дуглас, Том Круз и Дастин Хоффман.

Новые обстоятельства стали определять дальнейшее развитие актерской карьеры Мерил Стрип.

После нескольких очень удачных, но не выглядевших развлекательными картин, о которых мы уже говорили, карьера Стрип несколько застопорилась. Тревожная тема фильма «Силквуд», самого социально значимого проекта, вызвала определенный интерес и принесла ей номинацию на «Оскар», но не соответствовала общей тенденции в кино. Другие ее выдающиеся героини были персонажами из прошлого, это касается и Софи, и Карен Бликсен, и Сары Вудраф из «Женщины французского лейтенанта». В публичных выступлениях она связывала торможение с приближающимся сорокалетием, то есть с возрастом. Но справедливо ли?

* * *

На самом деле проблема не относилась к ее возрастным или физическим кондициям. Мерил Стрип не предлагали ролей, потому что их просто не было. Фильмов с женскими персонажами, подходящими по масштабу ее дарованию, не снимали.

Приличные, но не поражавшие воображение камерные драмы, в которых она приняла участие в промежутке с 1981 по 1989 год, не оставили в кинематографе сколько-нибудь заметного следа, несмотря на то, что основными ее партнерами в этот период были такие мощные актеры, как Роберт Де Ниро и Джек Николсон.

Десятилетие ее творческого расцвета, восьмидесятые оказались периодом мелкотемья и творческого удушья.

К сорока годам у Мерил Стрип было всего пять фильмов, в которых уровень ее возможностей совпадал со значимостью картины.

Она понимала, что после сорока будет только хуже.

Ситуацию нужно было менять, и менять срочно.

На помощь пришел йельский опыт.

В 1974 году упомянутый выше преподаватель Том Хаас поставил пьесу, написанную однокурсниками Мерил драматургами Кристофером Дюрангом и Альбертом Иннаурато под названием «Идиоты Карамазовы». Это была фантазия на тему романов Ф. М. Достоевского. В пьесе Мерил играла одновременно Катерину Ивановну и реального человека, главную американскую переводчицу Достоевского Констанс Гарнетт в пору ее восьмидесятилетия.

Это была авангардная мета-пьеса. По задумке режиссера, действие происходило не в России XIX века, а в спутанном сознании весьма пожилой английской переводчицы, которая отчаянно пытается понять русскую душу, столкнувшись с безумием, страстью и хаосом героев Достоевского.

* * *

Грим плотным слоем ложился на молодое лицо Мерил, превращая ее в гротескную, изломанную старуху. Ее звали Констанс Гарнетт. Искаженное артритом тело, память, скользящая между реальностью и страницами Достоевского. Она сидела в инвалидном кресле, завернутая в плед, ее руки дрожали.

Поначалу Мерил, всего двадцати с небольшим лет, чувствовала себя странно в этом чужом теле.

Но когда спектакль начинался, грим переставал быть маской. Он становился инструментом. Сгорбленная фигура в кресле говорила о Мите, Иване и Алеше с такой страстью, с таким надрывом, что казалось, будто переводчица сама пережила все страдания героев.

Мерил изображала гротескную старуху, чья жизнь свелась к постоянной борьбе с собственным телом и текстами Достоевского. Иногда она путала реплики, забывала имена, что было частью пьесы. Она могла начать цитировать «Идиота», а закончить монологом из «Преступления и наказания», оправдывая это тем, что «все русские романы – это один большой роман о страсти!».

В процессе игры, в этой ломкости и преувеличенности реакций, Мерил вдруг обнаружила в себе склонность к фарсу и клоунаде. Экспрессия, которую требовала эта роль: выпученные глаза, дрожащие руки, нелепые восклицания, позволяла ей выйти за рамки привычной драматической игры. Она играла боль и одержимость приемами площадного скомороха. Это показалось ей возможным потому, что даже в самом глубоком горе, в самой страстной одержимости спрятан элемент абсурда и гротеска.

«Это была чистая клоунада, – вспоминала она позже, – которая освободила меня от любых рамок. Я хорошо запомнила это ощущение, оно мне нравилось».

И вот в последний год «десятилетия жадности» на экраны выходит фильм похожей стилистики, который спустя некоторое время полностью поменял вектор карьеры Мерил Стрип.

* * *

«Дьяволица», черная комедия 1989 года, мастерски высмеивает американскую мечту, супружескую неверность и культуру яппи. Фильм основан на романе британской писательницы Фэй Уэлдон и является историей «сладкой мести», рассказанной с гротескным юмором.

Мерил здесь не в главной роли. Первую скрипку в новом фильме играет мегапопулярная американская стендап-комик тех лет Розанна Барр, создавшая образ саркастичной домохозяйки из рабочего класса, которая высмеивала традиционные представления о роскоши, женственности и семейной жизни с позиции низшего слоя американского общества. В фильме она играет главную героиню по имени Рут Пэтчетт, «серую мышку», которую никто не замечает, а собственный муж считает обузой.

У проекта было много плюсов, например не нужно было далеко уезжать от дома, фильм снимали в Нью-Йорке и Нью-Джерси.

Другим плюсом стало сотрудничество со Сьюзан Зайдельман, американским режиссером, которая стала заметной фигурой в независимом кинематографе 1980-х годов и одной из первых женщин, добившихся успеха в мейнстримном Голливуде. Она громко заявила о себе своим дебютным независимым фильмом «Отчаянно ищу Сьюзан» (Desperately Seeking Susan, 1985), в котором главную роль сыграла молодая Мадонна. Это был хит, мастерски сочетающий комедию, головоломку и нью-йоркскую панк-эстетику. Зайдельман исследует женскую идентичность, создает эксцентричные персонажи и стильный визуальный ряд, обожает юмор и иронию. Ее героини пытаются вырваться из обыденности и найти свое место в мире.

Сюжет: неуклюжая и непривлекательная домохозяйка Рут Пэтчетт, которую бросает муж-бухгалтер ради высокомерной и успешной писательницы любовных романов Мэри Фишер, инсценирует свою смерть и начинает тщательно спланированную кампанию мести, чтобы разрушить карьеру, жизнь и репутацию своих обидчиков, в то время как ее соперница Мэри оказывается совершенно не приспособленной к реальным жизненным трудностям.

– То, что сделала в нашем фильме Мерил, разительно отличается от того, что она играла в прошлом, – говорила Зайдельман.

Мэри Фишер – воплощение роскоши и жеманства. Ее гардероб состоит из дизайнерских нарядов, которые подчеркивают статус и утонченный вкус. Она живет в огромном доме у моря с видом на океан, полностью отражающем ее самовлюбленность. Мэри абсолютно зациклена на себе, своей красоте и своем успехе. Она известная писательница любовных романов, но ее творчество поверхностно и клишировано. Она смотрит на людей свысока, особенно на «обычных» женщин, таких как Рут. В бытовом плане Мэри абсолютно беспомощна. Она не умеет готовить, не знает, как вести хозяйство, и полностью зависит от прислуги. Когда Рут начинает мстить, Мэри оказывается беззащитной и быстро теряет контроль.