Экономическая война, представляющая собой особую форму силового воздействия на противника, в условиях охватившего мир в 1914–1918 гг. противостояния вряд ли могла состояться; вряд ли ее цель, методы, средства и даже организационная структура могли сформироваться без определенного предварительного концептуального осмысления. Последнее, полагаем, было в принципе возможно в тех странах, которые имели определенный исторический опыт, располагающее к ведению такого противоборства географическое положение и структуру национального хозяйства. Это совершенно не означает, что страны Антанты и Тройственного союза, каждая в отдельности и на уровне союзного планирования, имели выверенные стратегии ведения экономической войны накануне 1914 г.

Становлению и принятию «на вооружение» единой стройной стратегии экономической войны в Великобритании, например, препятствовало множество факторов, среди которых следует упомянуть действовавшее тогда международное право, позицию нейтральных государств, потенциально высокие риски для национального хозяйства (в том числе для собственной торговли, страховых компаний и банковского сектора), кадровое и межведомственное противостояние, что в совокупности лишь усиливало различия в понимании того, станет ли данная форма противоборства самостоятельным явлением либо же ему будет отведена вспомогательная роль в решении конкретных тактических задач, например в ходе противостояния британского и немецкого флота в Северном море. Впрочем, подготовка к экономической войне и осмысление этого явления в каждой стране имели свою специфику.