Итак, на дворе октябрь 1988 года. Тайсон, похоже, в сентябре того же года покинул СССР, обогатив свою культуру, запомнив такую русскую пословицу, как «И рыбку съесть – и в воду не лезть». Иначе сложно объяснить то, почему в тот момент он начал сразу два тяжких судебных процесса – с супругой Робин Гивенс и со своим менеджером Биллом Кейтоном. И кто бы его на это мог сподвигнуть? Конечно же, наш обаятельный добряк Дон Кинг. Днем 28 октября он вместе с Майком публично сообщил о начале сотрудничества. Если же быть более дотошным, то Железный подписал эксклюзивное соглашение на четыре года с Кингом. Но парни о ком-то забыли, даже не сказав на публике.
Точно, еще занимавшего тогда пост менеджера боксера Билла Кейтона. И тот был действительно шокирован подобным решением, если не со стороны Кинга, то со стороны своего протеже уж точно. Это было настоящее, безрассудное предательство.
«Блестяще, просто блестяще. Чего я не делаю, так это не демонстрирую лихой образ жизни как стимул для подписания незаконных контрактов. Мне очень грустно, что Майк, похоже, перешел от манипулятивной ситуации в отношениях с Гивенс к другой, гораздо более манипулятивной. Я искренне желаю, чтобы Майк на время вернулся в единственное место, где он чувствовал покой и удовлетворение, – домой, в Кэтскилл, штат Нью-Йорк, где он сможет все обдумать…
Мне позвонил Дон Кинг, и я сказал ему, что не одобрю такой контракт, поскольку это абсолютно незаконно. Также сказал ему, что он прекрасно знает о том, что не может подписать с бойцом промоутерский контракт, если у этого бойца есть контракт с менеджером».
Речи Кейтона помогли, ведь не остались без внимания? К сожалению, их не оставила без внимания лишь пресса, но Кинг просто не обратил на них внимания. В результате Билл подал в суд на Дона, а тот выдвинул встречный иск. Но что такого было в этом соглашении, которое стало камнем преткновения между Кингом и Кейтоном?
В нем было, по сути, два пункта, которые стали ключом к карьере Тайсона в «профи», – эксклюзивное продвижение Майка промоутерской компанией Кинга и доверенность, переданная Дону, согласно которой он получал право на распоряжение деньгами Железного! А теперь представьте глаза Дона, который только что получил в свои руки карту дороги к Эльдорадо, поскольку мог в дальнейшем делать с финансами все, что хотел. Просто настоящая жила!
И гонорары за съемки в роликах или ношении брендовой одежды также были ошеломительными, так как в те годы популярность Тайсона можно было сопоставить, наверное, только с популярностью Майкла Джексона. Достаточно просто сказать, что с ним сотрудничали такие глобальные гиганты, как Pepsi, Nintendo и Kodak. А эти контракты были заключены не кем иным, как Кейтоном, который вместе с Джейкобсом создал на базе Майка настолько привлекательный образ «атлетичного боксера, вырубающего с одного удара», что не повестись было нельзя. Вот уж действительно подлый человек, только и мечтавший о том, как бы разорить бедного и несчастного юношу. Да, у него были не самые близкие отношения с Тайсоном, но при этом он искренне, с самого первого дня знакомства с ним хотел помочь тому добиться статуса величайшего в истории этой дисциплины.
«Кас и Джим перевернулись бы в гробах, если бы узнали, что случилось с Майком, но они не стали бы злиться, а взгрустнули».
Помимо невероятных прав не то что на карьеру, а на саму жизнь Майка, Кингу также по контракту полагалось 30 % от всего заработка Тайсона, а новым менеджерам Железного – Джону Хорну и Рори Холлоуэю – по 10 %. Но есть малюсенький нюанс – эти мужчины были протеже самого Кинга. Они работали на Дона, поэтому тот забирал их долю себе. Суммируя их доход с процентом самого Кинга, выходит, что последний нагревал Тайсона на баснословные 50 % от всего заработка!
А помните, как Майк жаловался на жадного Кейтона, который брал 30 %? И давайте все же не будем забывать, что Кинг, помимо почти что официальных 50 %, прикарманивал себе еще некоторую часть денежного пирога, поскольку отношение у Тайсона к собственным финансам было, мягко говоря, безалаберным. Почти все люди, которые когда-то слышали про Тайсона, знают о его просто поразительно бестолковом отношении к деньгам. Даже сам Железный об этом неоднократно рассказывал, а его приятели и бывшие знакомые – просто постоянно. Вот один из наглядных случаев.
«Я брал наличные из офиса Кейтона и делал из стодолларовых купюр тысячедолларовые упаковки. Обычно я носил с собой около двадцати пяти тысяч наличными и раздавал их своим друзьям, когда встречал их. Я просил их купить себе строгий костюм, и в тот вечер мы выходили в свет. Порой я даже не знал тех, кому давал деньги. Я останавливал машину и раздавал стодолларовые купюры бродягам и бездомным. Я собирал на улицах беспризорников и отводил их в магазин «Спортивные товары Лестера», чтобы купить всем новые кроссовки».
Были и многие другие безумные случаи неразумного отношения Майка к собственным финансам, которые мы еще затронем.
А пока что вернемся к рингу и понаблюдаем наконец не за скандалами – ну почти – с участием Майка, а за его поразительными для человека любого возраста выступлениями.
Подходящий к концу 1988 год выдался для Тайсона во всех смыслах тяжелым – смерть близкого человека, постоянные судебные разбирательства, распад команды, проблемы в браке и секс-скандалы. Скорее всего, именно в тот момент Майк стал активно злоупотреблять алкоголем, из-за которых попадал в новые неприятные истории, становясь незаменимым участником статей таблоидов. Стоит просто сказать, что 12 и 15 декабря две девушки обвинили его в домогательствах в ночном клубе. А до этого на Майка подал в суд владелец магазина меховых изделий за то, что тот не заплатил ему $92 тыс. за одну из шуб! Конечно же, сторона Тайсона относительно быстро смогла урегулировать все иски без существенного финансового ущерба, но его репутация сильно пошатнулась. Если раньше Майка представляли в амплуа совершенного боксера с невероятным талантом и умом, то теперь для большинства он превратился в неуравновешенного психопата, для которого бои – это способ выместить свою ярость и агрессию на других в рамках правовых норм.
И что бы вы подумали – на спортивном поприще у Тайсона также возникли проблемы. После образцово-показательного боя со Спинксом следующим соперником Тайсона должен был стать британец Фрэнк Бруно, а их бой планировалось провести еще 3 сентября и не где-нибудь, а на культовом стадионе «Уэмбли» в Лондоне. «Местный парень против самого популярного боксера того времени» – эта вывеска обещала большой ажиотаж по всей Англии, поскольку британские фанаты известны своей яростной любовью и поддержкой земляков. Однако за несколько недель до боя Майк попросил о переносе, чтобы отдохнуть и собраться с силами из-за судебного процесса с Кейтоном. Его просьбу удовлетворили, но вдруг произошла очередная напасть. Ранним утром 23 августа в каком-то районе Гарлема между Тайсоном и его бывшим оппонентом Митчем Грином произошла драка, результатом которой стал перелом правой руки Майка. Та история вообще странная, но главный итог инцидента заключается в том, что Железный травмировался. Очевидно, даже пиковый Майк не стал бы рисковать и выходить со сломанной рукой, поэтому бой с Бруно снова перенесли, но уже на 22 октября. И это был не предел. Из-за последующей аварии, бракоразводного процесса с Гивенс и суда с Кейтоном поединок откладывали. В результате он состоялся спустя полгода после первоначальной даты – 25 февраля 1989 года. Кроме того, изменилось также место проведения боя с Лондона на Лас-Вегас, опять же из-за Майка. Погрязнув в бесконечных судебных разбирательствах, Тайсон все время был вынужден быть рядом со своими адвокатами, чтобы иметь возможность быстро обсуждать с ними разные вопросы, возникавшие по ходу процессов. Другой причиной была непредсказуемость Майка, который мог не долететь до Британии в статусе свободного от тюремного заключения человека. К тому времени характер Тайсона был очень тяжелым, поэтому он мог запросто влипнуть в очередной скандал. Поэтому у его нового промоутера Дона Кинга были опасения, что его средств и возможностей могло не хватить на то, чтобы вытащить подопечного из крутой ситуации.
Может быть, решение о смене локации боя с Бруно для Тайсона и его свободы было правильным, но вот с точки зрения финансов организация поединка в Штатах оказалась неудачной. Фрэнка просто не знали, он был никем для американцев, поэтому на этот матч, даже из-за имени Тайсона на афише, не было толп желающих пойти. Как итог, на арену в тот зимний вечер пришло 9860 человек, что является слабым результатом, поскольку тот же Фрэнк на родной земле смог до этого собрать около 40 тыс. человек на своем поединке! Колоссальная разница, не правда ли? А президент отеля Las Vegas Hilton и вовсе сообщил о провале не то что даже в заработке, а в покрытии расходов организации боя, которые составили $7 млн. Отбить удалось лишь $4,3 млн, что не могло не вызывать удручающего чувства.
«Спрос на билеты был очень низким. Похоже, боксерская публика не готова платить цену, необходимую для покрытия расходов на аренду площадки для проведения боя».
Также не будем забывать о сотнях тысяч долларов, потраченных на рекламу как на ТВ, так и в общественных местах. Гонорары главных звезд вечера тоже не были космическими – Майку перепало $7 млн, а Бруно – $3,6 млн. Я бы рискнул предположить, что в Англии они «подняли» бы в три раза больше как минимум. В общем характер Майка стал краеугольным камнем в организации матча с Фрэнком. Благо в этот раз никаких существенных издержек Тайсон не понес… ну или почти.
Поединок получился очень нервным для Майка, поскольку выходил он на него после восьмимесячного простоя, что на тот момент было наибольшим сроком отсутствия Тайсона в ринге. И первый же раунд взбудоражил публику. На первых же секундах Майк буквально налетел на Фрэнка, стараясь, похоже, превзойти свое же выступление в поединке со Спинксом и нокаутировать оппонента быстрее, чем за полминуты. Удивительно, но ему этого почти удалось достичь. Тайсон стремительно сблизился с Бруно, завязав клинч, на выходе из которого он выбросил левый и правый боковой. Оба удара достигли челюсти Фрэнка, после чего он превратился в танцора диско и присел на одно колено. Рефери стал отсчитывать нокдаун, но представитель Туманного Альбиона смог подняться. Эх, проведи Бруно еще пару секунд на настиле, Тайсон записал бы в свое резюме очередной исторический рекорд по самому быстрому нокауту в истории титульных боев в супертяжелом весе. Тем не менее поединок не утратил темпа, и уже в концовке того же раунда ситуация поменялась – Бруно потряс Тайсона комбинацией правого и левого хука. После такой встряски Железный тоже стал демонстрировать свои навыки в бальных танцах, правда, он вовремя завязал клинч и через несколько секунд вернулся с небес на землю. Но в лондонских пабах еще долго обсуждали тот момент, это точно. Кажется, что Фрэнк в принципе удивил Майка в этом поединке, поскольку выдерживал на протяжении целых четырех раундов очень плотные попадания Железного как в голову, так и в корпус. А зрителей поразил сам Тайсон. Возникло ощущение, что дерется не абсолютный доминатор супертяжелого веса, а какой-то новичок. Тайсон потерял в скорости и динамике, бил хоть и мощно, но с наплевательским отношением на технику, включая «размахайку», потерял равновесие и вообще забыл про использование джебов, которые до этого были одним из его козырей. И будь Фрэнк чуть более мобильным и быстрым боксером, то его класса хватило бы для того, чтобы воспользоваться слабыми сторонами Майка и победить его. Но это все «если». Так-то Бруно временами, конечно, гасил запал Железного, завязывая с ним клинч, но этого определенно не хватало для перелома хода встречи. К тому же постоянная борьба в клинче сильно выматывала и самого Фрэнка, который и без того славился тем, что к середине матчей начинал проседать по выносливости.
Данный бой не стал исключением, и в середине пятого раунда Тайсон довел жесткий правый хук, который окончательно превратил Бруно в ходячую мишень. Он попросту забыл про атаку и полностью ушел в оборону, а также стал завязывать клинчи, чтобы спастись. На Фрэнка было жалко смотреть, поскольку на протяжении оставшейся минуты до конца раунда Тайсон как бешеный пес не отпускал его, идя все время на него и выбрасывая все новые и новые бомбы. В результате Железный смог запереть соперника у канатов и стал беспощадно избивать, попадая с обеих рук в его голову.
Рефери уже просто не мог смотреть на подобный театр жестокости и вмешался, тем самым остановив бой и отдав победу техническим нокаутом Майку. Железный вновь порадовал родную публику, хотя многие не разделяли радости. И было понятно почему. Даже в решающем раунде Майк просто не мог добить Бруно. Да-да, человек, обладавший невероятной нокаутирующей мощью, на протяжении минуты разбивал уже тело Фрэнка, но все никак не мог добить, что просто поражает! Ярче остальных высказался журналист Кен Джонс, выразив сомнение относительно дальнейших перспектив Тайсона в супертяжелом весе.
«Фрэнк очень старался, и все закончилось так, как мы и предполагали, но, думаю, Фрэнк дал надежду многим тяжеловесам сегодня вечером – что Майк Тайсон не тот монстр, каким его многие считают».
Кроме того, вырисовывается интересная параллель – глобальные проблемы у Майка возникли с уходом старой и приходом новой команды. Место главного тренера, которое раньше занимал Кевин Руни, занял Аарон Сноуэлл. Он не был плохим специалистом. Ему так же довелось пройти через обучение у Каса Д'Амато и именно тогда Аарон познакомился с юным Майком. Проблема была в том, что Тайсон не воспринимал его и не видел в нем авторитета. Поэтому стал больше пропускать тренировки и готовиться только тогда, когда ему хотелось. А что же Сноуэлл? Он ничего не мог сказать, что ли? Все до банальности просто – Майк в те годы был суперзвездой США, поэтому работать бок о бок с ним, а тем более на позиции главного тренера, означало иметь как минимум высокие гонорары. И Аарон это прекрасно понимал. В результате Сноуэлл просто молчал и снисходительно относился к расхлябанному поведению Майка. Кроме того, Аарон вряд ли был способен помочь Тайсону при таком отношении работать над совершенствованием или хотя бы поддержанием его стиля. Отсутствие прогресса в этом аспекте позже сильно аукнется Майку. И в бою с Бруно ему, вероятно, вообще повезло, поскольку Фрэнк не заметил бреши в стратегии Железного, которыми мог вполне себе воспользоваться и совершить апсет[8] десятилетия. А Тайсон смог добиться победы благодаря базовым навыкам и природной мощи.
Любопытно и то, что Майк сам признал отсутствие дисциплинированности в кэмпе[9] к бою с Бруно, пускай и косвенно.
«Да, я был в хорошей форме, но мне следовало начать тренироваться раньше. Бруно был очень заряженным – он вышел драться. Бокс – это болезненное занятие. Он причинил мне боль, а я – ему. С третьего раунда я знал, что сломаю его. Чувствовал это. Но его удар в первом раунде был сильнее, чем тот, который нанес мне Такер».
Но когда один из репортеров затронул тему ухода Кевина Руни и Билла Кейтона, то Тайсон лишь усмехнулся, сказав, что нет разницы в том, кто находится в углу, когда тебя бьют по голове. Эти слова Майк, скорее всего, до сих пор вспоминает с сожалением.
Вызывает удивление и то, что до конца года Тайсон не будет в эпицентре каких-то новых скандалов, к которым все привыкли в 1988 году. Да, он пару раз превысит скорость на новеньком спорткаре, но никто даже не пострадает. И до конца года у него будет еще один поединок, но уже с соотечественником Карлом Уильямсом, который не стал в какой-то степени примечательным. 10 мая Майк уже в первом раунде нокаутировал визави левым хуком, даже не вспотев.
Удар пришелся прямо в челюсть Карла. Это были легкие деньги для Тайсона. Наиболее примечательным моментом того вечера был даже не момент нокаута, а вызов, который Майк бросил ни много ни мало Эвандеру Холифилду. Сделка между ними была заключена, и они договорились провести поединок в июне 1990 года, правда, перед этим Тайсону предстояло размяться в бою с неким Бастером Дагласом, которого по большей части никто и не знал. Тот год стал для Майка неким затишьем перед бурей, поскольку впереди его ждало почти 15 лет бесконечных судебных разбирательств, тяжелых поражений и возвращения в тюрьму. Еще древние греки писали о том, что человеку ни в коем случае нельзя слишком сильно подлетать к солнцу, иначе можно погибнуть.
Что-то похожее произошло и с Тайсоном. Он возомнил себя императором небесным и человеком, который может контролировать все, даже солнце. И в результате Майк сам испытал на себе мощь и тяжесть звезды. Он погубил себя своими же руками.
Спасибо за выбор нашего издательства!
Поделитесь мнением о только что прочитанной книге.