Пролетели те два года. Катерина улыбнулась, потянувшись в пустой постели, узкой и холодной. Скоро уже утро и она снимет с себя полномочия капитана, а заодно и погоны. Страшно! Ей чуть за сорок — жизнь прошла…

Церемония прошла красочно. Проводили, как говорят, на заслуженный отдых с почестями.

Корабль сдала, сложила с себя командование. Вслед ей с корабля, по выслуги лет ушло и больше половины экипажа. Новый состав, молодые, дерзкие, неотёсанные, вступили на потёртый и потрёпанный борт проверенного корабля.

Кате показалось, что как от командира, командование избавилось от неё с удовольствием, только вот пытались уговорить её на другой контракт, как опытного врача.

Нет! Как оказалось, устала. Требовалась смена обстановки. Всё! Баста!

Собираясь начать жизнь с чистого листа, Катя начала с себя. Она вернула себе девичью фамилию. Кузнецова Катерина Сергеевна с позывным Амазонка. Оказалась довольно заметной личностью. Женщина-командир космического крейсера, жена погибшего героя. И богатенькая вдова. Да ещё и блондинка с прехорошенькой мордочкой и аккуратненькой фигуркой. На вид ей и тридцать лет не давали. А вот познакомиться так и липли. Но, вне узкого круга особых лиц, она говорила, что просто медсестра на космическом борту и всё. Верили!

Документы справила, даже трудовую книжку ей новую выдали. Тут инициатива шла не от неё. Вызвали в военное управление, сообщили, что так будет лучше. И вопросов меньше. А она женщина: нежная, хрупкая, уязвимая. Мало ли?

Так и быть, написали ей в трудовой, что трудилась она медиком в МЧС, но не медсестрой, а врачом. И выслуга лет, и портфолио о проведённых операциях. И всякие заслуги. И награды.

Собрала Лесковских Катерина Сергеевна — врач-хирург высшей категории общего профиля всё, что связано с её нелёгким трудом и улетела. То-то ещё будет! Жизнь!

Летела она в своего рода эконом классе, народ том был попроще. Даже свой лозунг имелся: в тесноте да не в обиде. Перезнакомились там все. Катя старалась больше времени проводить в своей тесной каморке на шесть человек. Лежать, читать, наблюдать за жизнью людей было интересно. Естественно, подходили к ней незадачливые «герои» намекавшие о вспыхнувшей симпатии, но на такие признания у неё был один ответ — обручальное кольцо на пальце, которое она так и не сняла.

Тьма. Приземлялись на Гордую планету, будто проваливались в чёрную пропасть. Предупреждали же её, что горы там такие… гордые. Несмотря на все уверения Юры, что планета и инфраструктура прекрасно развиты, Катя не ждала ничего фантастического. Ну, что там можно ожидать от двадцати миллионов поселившихся на планете человек?

Скептически оценила она порт, откуда всех пассажиров загрузили в автобусы и отвезли на автостанцию. Ничего заурядного. Ощущение у неё сложилось, будто она попала в древнее прошлое ещё до космической эпохи. Всё было механизировано, грубо.

Осмотрелась она. Не встречают! Ещё бы. Предупредить друзей о своём прибытии ей не представилось возможности. Андрей в командировке. Номер телефона Юры на Гордой планете она не знала. Старый номер сгинул на Земле. Хорошо, что хоть адрес строящегося дома оставили. Название города, района. Вообще сказали, что по приезду она должна обратиться в службу паспортного контроля, где друг оставит особые распоряжения.

— Девушка, вам куда? Может, подвезти? — прозвучала заученная фраза, басистым голосом.

Таксовали у автостанции все местные у кого имелась машина. Такой услугой пользовались многие, оценила Катя поток подъезжающих и быстро отъезжающих машин. Тут чуть замешкаешься, по всей видимости, и можно в лоб схлопотать за образование затора — дорога одна, мало того, односторонняя. Правильно, тут не успеешь и сторговаться, запрыгнешь, и тебя перед фактом поставят, сколько должна? Приезжие всё равно не знают цены. Три шкуры сдерут. Знала!

Катя никогда бы не села в частную машину, уехала бы как некоторые пассажиры, на автобусе. Если бы знала, куда ехать и сколько времени займёт поездка. А на «дворе» — ночь. Позади — тяжёлая дорога — полёт. А в душе — дикая усталость.

— Ну, если только по-божески возьмёте, — чуть не вырвалось у Кати, «сдерёте», — сколько на Прибрежную?

— Три-четыре тысячи, смотря…

— Три с половиной и без, смотря, — протянула блондинка денежку.

Мужчина свистнул и к ним подскочил бравый водитель. Переговорщик переговорил, заплатил, естественно, часть себе взял. И посадил щедрую пассажирку, пожелав доброго пути.

Да, да, переплатила. Катерину, именно сейчас это и не волновало. Уж что-что, она знала, что всё имеет «гадость» возвращаться. «Сочтёмся!» — уверенна.

Спасибо, что водитель молчаливый попался. Не стал спрашивать, кто и откуда? Спросил только, первый раз на Гордой? Сказал, что самый красивый вид города можно рассмотреть с южного парка, это не так далеко от прибрежного района города и там есть специальные площадки с биноклями. Ладно! Может быть…

Весь её багаж вместился в ручную кладь: рюкзак, спортивная сумка среднего размера и маленькая сумочка для документов. Всё что нажила, даже в багажник не потребовалось убирать. «Всё своё ношу с собой»! Смешно⁈ Не очень!

— Дом сто пять? — неуверенно переспросила пассажирка, заглядывая на двухэтажный особняк за каменным забором, больше похожий на сказочный замок.

Над входной калиткой висела табличка с названием улицы и номером. Ошибки быть не могло. Дом⁈ Настоящий…

Визжать ей от радости хотелось. Замок! Маленький, компактный, с большими окнами. Красота! Но…

— Спасибо! — вылезла девушка из машины и остановилась.

Таксист намеренно медленно разворачивался и отъезжал. Чувствовала Катя, как мужчина наблюдает за ней, что она собирается делать? Ведь видно, что хозяев нет дома. Даже если бы люди спали, где-нибудь всё равно горел бы свет. Ни в доме, так во дворе. А так, со стороны дом казался мёртвым камнем.

Настойчиво ждала Катя, когда таксист уедет. Заодно думала, а действительно, как она собирается попасть в дом? Нет, надо было съездить в местную управу. Но не ночью же? А сейчас лучше уехать в гостиницу и там переночевать ночку. Не сообразила от радости!

Таксист вернулся, подъехал к недавней пассажирке.

— Тут недалеко гостиница есть, бесплатно подвезу. А попробуете в дом проникнуть, даже если он ваших знакомых. Приедет через пять минут группа быстрого реагирования и, не разбираясь, увезут вас в полицию. А там всю ночь просидите в обезьяннике, пока не придёт участковый уполномоченный и не выяснит, кто вы.

Загрузилась девушка опять в такси, так и быть. «И на старуху бывает проруха». Так оно.

— Ещё раз спасибо, — выгрузилась блондинка у средненькой гостиницы в три звёздочки. Самой ближайшей от её дома.

Сама выгрузилась, а мужчина так ни разу и не вышел из машины. Ни двери открыть, ни багаж вытащить. Эх, не баловали и нечего начинать! Мало, что симпатичный — хам!

Заметила скользнувший по своей фигуре заинтересованный мужской взгляд. А что там, одета она в молодёжную курточку изнутри подбитую мехом, чёрные эластичный костюм под ним плотно облегает фигуру. Платок на голове и маска на лице. «Сзади пионерка, а на лицо…». Нет ещё не пенсионерка. Одни глаза чего стоили. Такую природную красоту скрыть невозможно. Не видел водитель всего женского лица. В какой-то момент пожалел её, видя, что приезжая девушка в растерянности. Мало ли⁉

А приятно…

Ну вот! Укоряла себя Катя. Размечталась, что прилетит и… Здрасте, вам!

Ведь предупреждали её друзья, чтобы сообщила заранее, когда собирается прибыть. Весточку отправила вперёд. Нет! Сюрприз решила сделать. Приключений ей не хватило.

Устала! Устала! Устала! А спать не хотелось. Лежала она в кровати и ворочалась с боку на бок. И как только начало светать, соскочила, взяв сумочку под мышку, и пошла осматриваться. Куда занесло⁈ И до управы дойдёт.

Сутки на планете длились около тридцати пяти часов. Ночи были холодные, а в полдень от жаркого зноя не знали куда деться. Горная местность, температурные перепады были жуткие. Но терпимые.

Воздушным снежком припорошило тротуары. Шла Катя, наслаждаясь прекрасным зрелищем. Город просыпался — огромный город. Десять лет назад неподалёку друг от друга находилось три небольших города. Но со временем, они росли, росли, пока не стали одним целым, отвоёванным у могучих гор пространством. Дороги в некоторых местах петляли как серпантин. Красота! Зелёная трава, цветы, припорошённые снегом. А воздух… Приятно!

Мимо проходили незнакомые люди, ехали по своим делам машины. И с каждым шагом, казалось, что вот она — новая жизнь, чистая, как выпавший снег.

Наслаждаясь белыми хлопьями чистого снега, Катерина резко повернула за угол и не сразу остановилась, изумившись представшей картине. На тротуаре лежал человек, лицо которого было окровавленным куском мяса. Труп! Вокруг бездыханного тела, весь снег был усеян крупными алыми шариками, такими аккуратными, словно кто-то случайно рассыпал бусы или ягоды.

Катя посмотрела под ноги, на обувь. Она нечаянно наступила на кровавую россыпь…

— Его хоть опознают? — написав объяснение в полиции, по поводу обнаружения трупа и почему она лично не позвонила, подала Катя участковому лист.

— Да что его опознавать. Алкаш это местный! — поморщился молодой мужчина, всем видом выказав свою брезгливость.

— Всё равно жалко, человек всё же. И смерть такая — жуткая. Его же не просто били, а намеренно по лицу прыгали.

«Накаркал» таксист, что девушка полночи в полиции проведёт. Ночь — нет, а вот полутра — да. Объяснительную с неё взяли и сказали, что по позже вызовут. Вляпалась!

Выйти она от участкового не успела, как в коридоре послышалась быстрая поступь, такая знакомая и родная. Катя улыбнулась, обрадовавшись, что всё уже закончено. Зря друг беспокоился. Вот что-что, а с полиции ему её ещё не приходилось забирать.

Дверь открылась и в кабинет влетела фурия — Юра с перепуганными глазами. Увидев подругу, он как-то облегчённо выдохнул. Позвонили ему час назад и спросили, знает ли он Лесковских Катерину, а то недалеко от Прибрежного посёлка труп нашли и ему надо бы приехать в Прибрежный участок кое-что выяснить. А вот что это — кое-что не сказали. У Юры в голове от страшной новости всё вскипело.

— Катя, солнце моё, ну как ты так? — выдохнул друг. Наверное, если бы было более удобное управление протезами, он бы ещё и за сердце взялся.

— Здравствуй, любимый, я тебя тоже рада видеть, ты, как всегда, вовремя, — Катя встала на цыпочки, обняла и поцеловала своего «любимого» мужчину в щёку, обтёрла влажной салфеткой его вспотевшее от быстрого бега лицо. — Я тут уже всё! — невинно улыбнулась блондинка, кивнув на участкового, — поехали, вещи из гостиницы мои заберём. А дом я уже видела. Красотищу такую!

— Да когда успела? — удивился друг.

На этот раз, ехать отдыхать в гости к Юре Катя не захотела. Страсть как хотелось ей свой родной дом «обнять». Порадовали её мужчины, выстроив его, словно маленький замок. С крыльцом спереди, с башенками по бокам. Ух! Моё…

Съездил Юра с Катей в управление, подал её документы, чтобы зарегистрировали хозяйку. И уже потом вручил владелице ключи. Приехала охрана, снял с дома сигнализацию. И только потом удалось ей попасть в свой дом. Вошла она такая вся счастливая. А внутри — девственная пустота.

— Я с Андреем хотел мебель купить, а Вера запротестовала. Не сметь, сказала, в святая святых лезть, — хихикнул друг, уловив на лице подруги некое замешательство.

Правильно, она всю жизнь практически на государственном обеспечении. Не подумала, что новый дом — это её частная территория, и её надо будет обустраивать с нуля. Но это обрадовало. Будет чем заняться.

— Это точно! А Андрей, что? Здесь не живёт? — прошлась Катя по большому зулу, по углам которого отдавалось эхо её шагов.

— Ну, солнышко. Он большой мальчик. Двадцать пять лет мужику — и с мамой. Ты хочешь, чтобы над ним сослуживцы смеялись.

Оказалось, что у его космической компании недалеко от порта целый квартал личных многоэтажных домов, которые были выстроены специально для таких как он — работников космической сферы. Андрей гражданин Гордой планеты, был зачислен в штат местной компании и от его зарплаты шёл вычет за жильё. И налоги от его зарплаты шли в казну. Обдирали работяг, но по-божески. Жить можно!

— А на личном фронте у него что? Живёт с кем? Встречается?

— Молодёжь нынче не такая как мы с тобой, встретили своего человека и на всю жизнь… — запнулся Юра, совсем не хотел он напоминать подруге о муже. — Постоянной подруги, вроде, у него нет.

Катя вышла с большой комнаты прямо на лоджию, пол которой оказался прозрачным стеклом, а под ним — обрыв. Дальше, если смотреть вдаль, открывался прекрасный вид. Между огромных, расположенных вдали гор, расположилось голубое озеро.

— Славе здесь бы понравилось, — прошептала завороженная открытием блондинка, понимая, что не зря она преодолела такое огромное пространство. Вид — чудо!

— И всё это чудо — твоё! — также шепнул друг.

— Я в шоке! — и желудок её тоже подтвердил своё шоковое состояние. Вспомнила она, что не завтракала. Не считая ночного перекуса стаканчиком кофе в вестибюле ночной гостиницы. — Так! Вези меня уже куда-нибудь. Или к себе, или в ресторан. А-то я с голоду сейчас адекватность потеряю.

Про ресторан речи быть не могло. Юра ткнул в телефон, и на экране появилась его жена.

— Вера, смотри, кого я нашёл! — повернул друг экран, показав Катю. И на том конце связи, радостный визг заполнил всё пространство. — Мы будем меньше чем через час. — И не дожидаясь расспросов, отключился. — Пошли!

Они вышли из дома, и Катя осмотрелась более тщательно. Вид с лоджии и вид со двора — два разных мира. Если бы она не видела своими глазами — не поверила бы.

Обширный, в основном, вымощенный каменными дорожками двор, довольно просторный. Участок, на котором расположился чудный дом — почти один гектар, если не больше. Плодородная земля, явно была привезена заранее и уложена в некие скальные углубления. Предусмотрительно позаботились родные мужчины, предполагая, что придёт время и появятся во дворе и деревья, и кусты, и цветы.

А ещё часть посёлка уходила вниз, и можно было прямо со двора смотреть на город, на часть города. Любоваться.

— Юра! Ты лучший мужчина! — похвалила она друга.

Друг загадочно улыбнулся, но на комплимент промолчал. У ворот ждал свой человек, огромный коренастый солидный мужчина, который выполнял как функцию водителя, так и личного охранника. Да и вообще — помощника. Видя, что работодатель возвращается, он заранее открыл обе боковые двери. Блондинка, естественно, сядет на заднее сиденье, а начальника — как обычно — рядом с ним.

— А там что? — заметила Катя в стороне постройку. — Гараж что ли?

— Да. Только это святая святых Андрея, и сразу предупреждаю, он не любит, когда его игрушки трогают.

— Понятно! А больше ты мне ничего не хочешь сказать, чем он занимается? Только правду! Или, действительно, меня «блондинкой» считаешь?

После ранения военное прошлое не оставило Юру. Выполнял он тайные поручения, решал ряд важных задач, был своего рода связным. Это Катя точно знала. И то, что Андрея он также использовал в своих целях, чтобы внедриться в некую структуру. Догадывалась. Хотя ни он. Ни она об этом не говорили.

— Поехали уже, а то так к ужину приедем, а Вера не любит, когда обед остывает, — сменил тему разговора любимый друг.

— Конечно, поехали, — хмыкнула подруга.