Что такое невезение, я почувствовала, как только мой черный «Киа» завернул на парковочную стоянку «Альянса».

Белый автомобиль генерального парковался на стоянке, а все места заняты, особенно самые дальние, и подозреваю почему. Всё, что осталось — в опасной близости от Вяземского. Я максимально снизила скорость, но даже черепашье движение не спасло меня. Парковаться пришлось рядом с внедорожником Вяземского и даже встретиться с ним взглядом.

Любят меня небеса сводить нос к носу с Алексеем. Смотри, любуйся этой мощной фигурой, выкованной в спортзале, дерзкой ухмылкой, от которой сердце провалилось в пятки, и невероятно смазливым фейсом.

— Доброе утро, Кира Владимировна, — деловой тон добрался до затуманенного сознания.

— Добрый, — отвечаю глухо и стараюсь не глядеть в его лицо. Я и так душевно измотана событиями этих трёх коротких дней.

Сердце сразу отреагировало на Вяземского. Оно вообще живёт своей жизнью, как только он появляется на горизонте. А появляется с такой регулярностью, что степени своего везения можно только удивиться.

Стараюсь прибавить шаг, чтобы побыстрее раствориться в толпе сотрудников «Альянса», и влетаю в большой холл компании.

— Вот тебе и растворилась в толпе, — тяжело выдыхаю.

Ледяной и безразличный взгляд Вяземского злит и раздражает. И я тоже сегодня как никогда не «айс». Умеют же люди совладать со своими эмоциями. Если они, конечно, есть! Не то, что я — киплю, горю и взрываюсь. Вообще даже не понимаю, как на автомате дошла до лифта. В серой кабине выдыхаю, краем глаза посматривая на высокую фигуру Вяземского, заплывшую в холл. И сразу становитсья объектом внимания разной степени «подлизонов».

Ну почему он так бессовестно красив… Не поменялся, гад, нисколько. Только скулы стали чуть острее и стрижка короче, и Алексей с короткой бородкой и волосами выглядел даже эффектнее, чем прежде.

В кабинете падаю на кресло и прижимаю холодные ладони к горящим щекам. Всё катится в пропасть, набирая скорость на виражах.

Оглядываю присутствующих в кабинете и осторожно вставляю в ноутбук флешку. Сердце тревожно постукивало, но поймала только заинтересованный взгляд Инны. А она вроде бы из своих… Сдать не должна.

— Кофе? — прилипла глазами ко мне Ольга.

Я отрицательно замотала головой. Эта может сдать. Я облегчённо выдохнула, когда любимая сотрудница Буровой вернулась на своё место. Будем надеяться, что моя флешка осталась незамеченной.

Быстро переношу данные на свой компьютер и убираю съёмный накопитель в сумочку.

Фу-х… Кажется, получилась.

Углубляюсь в работу. Задачи нарисовали глобальные, а сроки… Я уже пожалела, что отказалась от помощи. За весь вчерашний день я пересмотрела только третью часть всех продаж оборудования.

Пятницу и намеченный на пятничный вечер отдых хотелось уже сейчас. Мне не мешало бы успокоить нервы и выдохнуть.

Всего два с половиной денька до выходных… И маленькая передышка, возможно, немного меня успокоит.

— Кира, что с отчетностью? — вытягивает меня из вороха цифр Бурова, заплывшая после совещания у Вяземского.

— Стараюсь выполнить в срок, — поднимаю голову на Марину Константиновну, присевшую в бежевый трон с довольным лицом.

Бурова, как всегда, и даже превзошла себя в своем новом гламурном костюме. Идеальный макияж, как глянец на красивом лице начальницы.

— Алексей Дмитриевич, напомнил, что завтра мы должны показать все исходные данные, которые он хочет видеть, — монотонно добавила Марина Константиновна.

Тяжело выдыхаю. И сегодня придется сидеть вторые сутки допоздна.

— К завтрашнему утру всё будет готово, — отвечаю, чуть повысив тон.

Бурова вскидывает недовольно брови и переводит взгляд на рабочий монитор.

Кружка кофе, которую Инна поставила ещё с утра, практически полная. Едва смогла сделать пару глотков. От стресса начинает кружиться голова, и в таком состоянии мне еще готовить отчет для начальства.

Уже сомневаюсь, что смогу работать в «Альянсе», и даже установки мне вряд ли помогут.

К вечеру голова гудела так, что казалось, взорвётся, но утром мне остается только перепроверить несколько цифр.

— Поразительная работоспособность Смирнова, — бурчу под нос. Иногда я умею собраться и выдать результат, от которого сама в шоке.

Я сбрасываю отчет на флэшку и выключаю монитор. Погода за окном просто превосходная. Тротуар высох полностью, словно вчера не было дождя и Алексея, окатившего меня грязной водой из лужи.

Как-то очень символично получилось.

Парковочное место, которое облюбовал генеральный, пусто — отмечаю с непонятными мне отголосками чувств. Облегчение и небольшая доля досады.

— Кира, это Вяземский… Черствый и самодовольный подонок. И как бы сердце не замирало при виде его, показать это ты не смеешь.

Я достала из сумочки связку ключей и быстро подхожу к кабине лифта.

На сердце даже потеплело, как только я представила, как обнимаю свою крошку.

— Нет, Леша… О самой большой тайне ты никогда не узнаешь, — поворачиваю ключ зажигания в автомобиле.

* * *

«Гора едет к Магомеду»

Прочитала шуточное сообщение от старшей сестры в телефоне. Зная мою беспокойную сестру, ожидала её скорое появление на пороге. Ириша всегда чувствует меня. И я честно еще не знала, стоит ли ей рассказать о последних новостях или все же не стоит.

Отпустив Татьяну Витальевну, собрала дочку и спустилась вниз, чтобы немного прогуляться с Ксенией, пока мы дружно ждем Иришу и ее мужа.

Последние дни лета по-хорошему теплые и солнечные. Задумчиво наблюдаю за дочкой, которая с удовольствием забирается на горку и скатывается вниз по скользкой поверхности. Ксения очень похожа на Вяземского: карие глаза и темные кудри и прямой нос — тоже как у ее отца. Сейчас понимаю, что вот этот прямой и лучистый взгляд тоже его… Как у Леши, когда он не хмурится и не пытается воевать со всем миром…

Отпустить сложно, когда прошлое опять замаячило перед глазами.

Черный седан замечаю сразу, как только Каримовы заезжают во двор.

— Тетя Ириша! — вскрикивает дочка, увидев любимую тетку у черного автомобиля.

— Моя красота! — раскрывает объятия Ирина и подхватывает племянницу на руки.

Из машины неспешно выходит муж сестры и, расплываясь в улыбке, машет рукой в приветствии.

— Как отдохнули? — поглядывая на свою жену и Ксению, спрашивает Артур приглаживая темные волосы, которыми играет разыгравшийся ветер.

— Отлично, — на отдыхе было настолько хорошо, насколько сейчас мне скверно.

— По лицу не сказал бы, — Артур нахмурил брови и скользит по моему лицу внимательным взглядом.

— Привет, родная, — Ирина целует меня в щеку и делая шаг назад хмурит брови вслед за мужем. — Что-то случилось?

— Всё нормально, — стараюсь ответить невозмутимым тоном.

— Меня же не обманешь, Кир, — глаза сестры впиваются в лицо.

— В «Альянсе» поменялся генеральный, — стараюсь говорить ровно, но голос дрожит.

— У вас что, сокращение?

— Хуже. Генеральный «Альянса» теперь Вяземский, — лицо Иры бледнеет, а глаза округляются.