Никто со мной не разговаривал.

Нас с сыном посадили в карету и предупредили меня, что если я попытаюсь сбежать, но

на меня наденут наручники, а в рот засунут кляп. И что пока я сижу тихо и не

рыпаюсь, то сын останется при мне.

Как я поняла, они спешили поскорее попасть в столицу, где планировали держать меня

взаперти, использовать мои силы в своих целях, а вот Империя была им неинтересна, и

они лишь обещали Янису и его людям поддержку, когда те захватят там власть.

Несколько раз я пыталась воззвать к нашей с Арденом связи, но из-за стресса у меня

ничего не получалось, а спустя несколько часов карета вдруг остановилась.

Вокруг царила тишина, и я осторожно приоткрыла шторку, выглядывая в окно, чтобы

понять, что происходило снаружи.

Вскоре дверь отворилась, и передо мной предстал мрачный Окарис, как я поняла,

являвшийся обычным наемником, которого послали привезти меня и сына.

— Выходите, за вами приехали.

Я не стала артачиться и хотела уже выйти из кареты, как вдруг раздался лязг мечей,

крики, рычания. Окариса моментально смело драконьим хвостом, как только он захотел

силой вытащить меня и явно использовать, как защитный щит.

— Драконы, — прошептала я и ощутила знакомую энергию. Сама же взяла сына и опустилась

с ним на пол кареты в целях безопасности в ожидании, когда бойня снаружи закончится.

Не знаю, сколько прошло времени, но вскоре звуки бойни утихли, и со всех раздавались

лишь стоны раненых. Решившись, я выглянула наружу, а когда увидела спину Ардена,

радостно спрыгнула с кареты на землю. От долгого сидения у меня болел копчик, так

что размять ноги сейчас — самое то.

— Не нужно столько агрессии, братец, всё строго по плану, император одобрил.

Этот голос я слишком хорошо знала. Лорд Бейрут собственной персоной стоял перед

Арденом и ухмылялся.

— Если бы с ними что-то случилось, ты бы был уже мертв, — прорычал Арден своему брату

Бейруту, схватив того за грудки, а затем отпустил и направился к нам.

Выглядел он обеспокоенно, а вот я никак не могла понять, как они вдруг оказались тут

вместе.

— Ты не ранена, Дарина? — спросил он у меня и начал вертеть во все стороны, пока я

переваривала тот факт, что вызволять меня из лап Арьялы приехал и Бейрут.

— Всё в порядке, Арден, но что происходит? Почему Бейрут не арестован? Разве он не

заодно с заговорщиками?

Пока мы ехали на обратном пути в столицу, у нас было много времени обсудить то, что

произошло за то время, что мы находились в поместье метов.

Оказалось, что Бейрут никогда не был на стороне тех, кто возжелал свергнуть

императора, и был лишь его соглядатаем в стане врага.

— Преступником оказался мой отец, Дарина, но император согласился не предавать это

огласке, чтобы не бросать тень на мой род и меня, поэтому его ждет негласная ссылка.

— А как же Бейрут? Он ведь чуть не убил нашего сына, — возмущенно произнесла я, пока

мы ехали в карете до столицы.

— Оказалось, что это тоже был план императора, — мрачно ответил Арден, также

недовольный тем, что кто-то вмешивался в наши жизни.

— Но зачем?

В этот момент с нами поравнялся Бейрут верхом на коне и из-за открытого окна в карете

прекрасно услышал наш разговор.

— Это был самый верный способ расшевелить Ардена и заставить его понять, что

истинность — благо свыше, Дарина. А вот тебе грех жаловаться, всё ведь сложилось как

нельзя удачнее. А насчет своей сестрицы не переживай, дочь, которую она родила, моя.

— Что?

Я не думала, что меня способно еще хоть что-то удивить, но сегодняшний день полон

сюрпризов.

Отвечать мне Бейрут не спешил, явно решив, что и без того много сказал мне.

— А как вы узнали, что нас с Миром похитили? — спросила я уже у Ардена.

— Бейрут всё это время знал, где ты находишься, Дарина, и убедил императора

использовать тебя, как наживку, чтобы пленить наследника Арьялы.

В его словах была логика.

— Вы следили за нами? — прищурившись, спросила я у Бейрута, который продолжать ехать

верхом рядом с каретой.

— Следил? Я таким не занимаюсь.

Он посмотрел на меня, сверкнул глазами, усмехнулся, пришпорил коня и понесся вперед

галопом.

Я же прикрыла глаза, пытаясь понять всё происходящее не логикой, а чувствами.

А когда успокоилась, всё поняла.

Бейрут претендовал на главу метов не просто так. В нем текла пусть и малая, но кровь

солнечных метов.

Несмотря на мои опасения, когда мы прибыли в столицу, никто ни меня, ни сына не

трогал. Все, включая Ардена, были заняты чисткой своих рядов и наведением порядков в

стране, и очень многое я узнавала уже от него.

Благодаря тому, что они захватили в плен единственного наследника государства Арьяла,

те вывели войска с территории Империи и подписали пакт о ненападение, также отдав

метаморфам часть земель на границе с Империей.

После многочисленных проверок полетели головы многих родов, в том числе и виверн,

которые предали императора и встали на сторону врага.

Несмотря на то что Бейрут, как оказалось, действовал во благо метаморфов, я всё равно

не могла смотреть на него иначе как на врага.

Пусть я знала, что случай с Миром был придуман для того, чтобы сблизить меня с

Арденом, я осознавала, что всё это — чужая воля, с которой я была не согласна.

— Арден — отец будущего главы метаморфов, Дарина. Неужели ты думаешь, что вам обоим

позволено управлять своей жизнью? — сказал мне как-то Бейрут, когда мы остались

наедине. — Вы истинная пара, так что для тебя это благословение свыше, ведь иначе ты

не смогла бы распоряжаться своей жизнью так, как тебе заблагорассудится.

— Не тебе решать, что мне делать и как, — прищурившись, ответила я ему. — Ты всего

лишь побочная ветвь солнечников.

— Я единственный, кто сможет твоего сына научить быть солнечным метом и главой всей

нашей расы, — усмехнулся Бейрут, ни капли не сожалея о том, что сделал. — А тебе

грех жаловаться. Император не трогает тебя и не вызывает к себе лишь потому, что ты

пара Ардена, а Арден — слишком влиятельная фигура в Империи, с которой он вынужден

считаться.

— Ты ведь соврал, верно?

Я подняла голову и сказала то, что поняла за те дни, что думала о том, что произошло

со мной за последний год.

— Насчет?

— Ритуал разрыва связи с Арденом. Ты соврал, что это для того, чтобы сблизить нас. Не

ври мне сейчас. Я знаю то, что не знает Арден, но ему ты не рискнешь признаться.

— Твои домыслы, Дарина, меня веселят, — покачал головой Бейрут.

— Я знаю истинный смысл ритуала разрыва связи Ардена с Миром. Когда-то мне сказали,

что Мир — сильный дракон, и эта мысль не давала мне покоя все эти дни. Ритуалом ты

убил в нем дракона, и хоть Арден провел ритуал установления своего отцовства, это

уже ровным счетом ничего не меняет, верно?

Бейрут молчал, и я тоже. Наши взгляды схлестнулись в воздухе, и никто из нас не желал

уступать. Я уже знала правду, но хотела услышать признание от него.

— Знаешь, что делает короля королем, а императора — императором? — пространно

произнес он вдруг. — Они прежде всего думают о благе и будущем своего народа,

Дарина, ставят интересы рода превыше личных.

Слова Бейрута мне совершенно не нравились, впрочем, многого я от него и не ожидала.

Он даже собственную дочь от Аиши не признал, когда узнал, что от метов она не взяла

ничего. Отец поспешно отдал ее замуж за своего помощника, чтобы в суматохе скрыть ее

грешки, но с сестрой я и сама не горела желанием общаться.

— Я приеду, Дарина, когда Миру исполнится пять. Его силы как раз начнут пробуждаться,

и я стану его наставником.

Угроза-обещание Бейрута вызвали у меня гнев, но умом я понимала, что рано или поздно

его помощь мне понадобится.

Моя собственная злость, что он не оставил моему сыну никакого выбора, кем стать, не

прошла, но я понимала, что эти эмоции уже бесполезны, ведь изменить я уже ничего не

могу.

Когда волнения в столице утихли, Арден стал чаще появляться в поместье, но меня

избегал. Я же понимала, что рано или поздно нам придется с ним поговорить. И в один

из дней поймала его в спальне, закрывая ему пути к отступлению.