Глава 8. Разные взгляды

Оказалось, что к нам пожаловали огненные магии, если судить по их нашивкам. После того как они радостно поздоровались, то поспешили заверить, что ошиблись дверью. Но судя по лицам моих студентов, дверью огневики ошибались нередко.

— Ага, как же, ошиблись — заносчиво сказал Арий.

Двое пришедших хотели что-то ответить, но я вмешалась.

— Прошу вас не срывать практическое занятие и покинуть зал.

Огневики искренне удивились. Особенно парень с длинными, собранными в небрежный хвост волосами и нагловатым выражением лица. На фоне него второй выглядел безобидно.

— А вы кто? — уточнил длинноволосый.

— Новый куратор смешанного факультета. Мое имя мадемуазель Ламбер. Также я буду преподавать у вас «Искажения и магические аномалии: виды и взаимодействия». Там и познакомимся поближе.

Лица парней сразу скисли.

— Вот оно что…

— Если вы уйдете, пообещав забыть дорогу в этот зал, то я могу пообещать забыть, как вы выглядите на следующей лекции по искажениям. А могу ведь и не забыть, — с намеком протянула я.

Не хватало еще, чтобы они каждый раз врывались сюда, отнимали столько времени и докучали моим студентам.

Они переглянулись.

— Да, хорошо, спасибо, — отозвался тот, который выглядел безобиднее и потянул за предплечье своего приятеля. Тот хотел сказать что-то еще, но сдержался, зато напоследок скривился.

— Все равно поджидать будут, — буркнул блондинчик и расправил плечи, словно уже был готов к бою.

Я бросила на него короткий изучающий взгляд. Дейсвительно, мало, что поменялось со времен моей учебы. Смешанных нередко задирали другие факультеты. Я припомнила, как это было со мной. Почти безболезненно, если сравнивать с другими, но дело было отнюдь не в везении. У меня были все шансы стать одной из главных мишеней для насмешек: известный род, который сиял ярче из-за моей «неправильности», мелкий рост и пол — всё играло против меня. Поэтому пришлось научиться пользоваться и улыбкой, и наследственным высокомерием. Все это было броней, которая снаружи защищала от колкостей. Даже сюда я попала благодаря ей.

Кажется, я начала лучше понимать Ария. Его фривольности были лишь защитной реакцией, а может, даже проверкой. Я ощутила невольное уважение, приправленное сочувствием. И решила обязательно пообщаться с куратором огненного факультета, чтобы тот повлиял на своих студентов. В отличие от меня, он наверняка имел больший престиж, несмотря на то, что тоже был всего лишь куратором, а не деканом.

В иерархии академии были младшие, средние и старшие преподаватели — беря лекции по искажениям, я тем самым дотягивала до статуса младшего преподавателя. А деканами были те, кто возглавлял специализации студентов, которые они выбирали после второго курса. Кураторы же заведовали стихийниками. У всех стихийных студентов после двух лет учебы был выбор, какую специализацию выбрать: магические проявление, зоология, боевой или бытовой факультет, провидение, артефактология, зельеварение. Если смешанным удавалось обуздать стихии, то у них был шанс попасть на желаемый факультет, но если опаздывали, как я, то дорога им была на магпроявления, который занимался изучением «отбросов» — остаточной магией в воздухе или духами. Но хоть куда-то попадали.

Оставшиеся полчаса практики прошли спокойно, но мне было тошно от бессмысленных попыток студентов. Каждый раз им становилось всё тяжелее, и они выглядели все более неуверенными. Особенно Катрина и Арий, которых смутил их стихийный выброс. Я бы могла им объяснить, что такое проявление — хороший знак, но не хотела заранее обнадеживать. Следовало сначала переговаривать с ними наедине. Потому что проявление — это отличный признак, но не в том случае, когда жаждал иметь другую доминирующую стихию. Как, например, Арий. Ему, пожалуй, будет особенно непросто всё объяснить.

А ведь завтра с утра у меня еще занятие со второкурсниками! И там были одни парни. Отчаявшиеся и напуганные перспективой перегореть. В общем, от будущего я не ждала ничего хорошего и заканчивала практику в задумчивом состоянии.

Кивая студентам на прощание, я возвращала парты на положенное место, раздумывая, что сделать: провести завтра теорию или практику. Пожалуй, второкурсникам теории уже достаточно, а вот практика могла помочь…

За приоткрытой дверью послышались громкие голоса. Я прервалась, нахмурившись, и поспешила выглянуть в коридор, чтобы понять, что происходит. Дурное предчувствие кольнуло сердце. И не зря.

Громче всех кричал Арий, но ему в этом лишь слегка уступал один из огневиков, любящих путать двери. Второго видно не было, но и одного было достаточно, чтобы создать проблемы.

— Что у вас тут происходит? — громко и как можно более строго вопросила я, гулко застучав каблуками в их сторону.

Двое парней, стоящие в окружении несколько ребят со смешанного факультета, прервали выяснение отношений, обернувшись на окрик. Но ответить не успели.

— Мне тоже хотелось бы знать. Что вы опять устроили? — прозвучал за моей спиной низкий мужской голос, показавшийся знакомым.

Кажется, второй огневик бегал за кем-то из преподавателей. Я обернулась, чтобы познакомиться с коллегой и попробовать вместе уладить произошедшее.

К нам навстречу спешил мужчина, одетый в строгий шерстяной костюм: темно-коричневые брюки, белая рубашка и коричневый жилет. Ни единой складочки и помятости. Одежда у мужчины, несмотря на молодость, была, на мой вкус, скучновата даже для преподователя. На которого он и вовсе походил мало — осанка и манера двигаться выдавали в нем боевого мага. Благодаря брату я в таких вещах немного разбиралась.

Взгляд мужчины не предвещал ничего хорошего провинившимся, которых он без труда отыскал в толпе по виноватым лицам. Честно говоря, из-за его выражение лица мне самой с трудом удалось сохранить спокойствие. Смогла я это сделать только после напоминания, что я уже не студентка и отчитывать меня никто не собирается.

— Добрый день, месье, — решила я первой проявить вежливость. — А вы?..

Казалось, мужчина только сейчас должным образом меня заметил.

— Я куратор огненных магов, а вы кто такая? — недовольно бросил он, даже толком не взглянув на меня.

Надежда на то, что нам удастся поладить медленно, но верно угасала. И все же я слегка улыбнулась, прежде чем ответить.

— А я новый куратор смешанного факультета.

— Вот оно что, — протянул он очень знакомо. Кажется, теперь я знала, у кого студенты огненного факультета научились дурным манерам. — Что ж, тогда прошу прощения за невежливость… А теперь ты. Подойди.

Он указал пальцем на своего длинноволосого студента. Тот выпрямился и подошел ближе, явно бравируя.

— Все остальные могут расходиться по комнатам, — велел мужчина не терпящим возражения тоном.

Благодаря этой суровой, почти повелительной манере я вспомнила, почему его голос показался мне знакомым. Это был тот самый боевик, любящий ночные тренировки. Надо же, держится и выглядит, как аристократ и боевой маг, но занимает не самую почетную должность. Из-за схожести наших положений и солидарности я сдержала легкое возмущение, возникшее из-за его манер.

Как ни странно, не все спешили покинуть место событий. Осталась рыжеволосая Катрина и еще пара студентов с моего факультета, но куратор огненных уже не обращал на них внимания. Я же бросила на них взгляд, но ничего не сказала, молчаливо позволяя остаться.

— Леопольд, сколько раз тебе говорить, что надо думать головой? Особенно если ты будущий боевик! Моей фантазии уже не хватает придумывать тебе наказание. А если прознает ректор, то ты не отделаешься одним только взысканием.

— А чего они… — вскинулся Леопольд, но под взглядом куратора тут же снова опустил голову.

— Им и так не повезло, а еще ты все никак не успокоишься и других подначиваешь. Скажи спасибо Торну, что он вовремя отыскал меня. Если бы дошло до драки… — не закончил он предложение, но оборвал его очень многозначительно.

Наконец, я заметила того самого второго студента. Торн не решался приблизиться, но выглядел обеспокоенно. А я ведь действительно удивилась его стукачеству, а оказалось, что он таким образом заботился о друге. Хотя лучше бы держал в узде его и себя заодно.

— А ты, — перевел куратор огненных взгляд на Ария. — Лучше бы тратил свою решимость на определение дара. Сколько еще я буду ждать тебя на своих занятиях?

Какое бы чувство солидарности не вызывал у меня мужчина, его высказывания перешли всякие границы. Сделав несколько шагов вперед, я заслонила мрачного Ария собой. Куратор огненных приподнял бровь и поджал губы, демонстрируя "восторг" от моего вмешательства.

— Если вы так отзываетесь о смешанном факультете, то мне абсолютно понятно, отчего ваши студенты ведут себя столь непозволительно, — ровным и прохладным тоном сказала я.

Мужчина непонимающе нахмурился. Мне же даже на каблуках приходилось приподнимать голову, чтобы смотреть ему прямо в глаза, что раздражало. Никогда не любила слишком высоких.

— Вы о чём вообще?

Коллега выглядел искренним в своем недоумении. Я почувствовала от этого не успокоение, а еще большее раздражение.

— По-вашему, нормально так говорить и поддерживать межфакультетскую вражду?

— Вы с ума сошли? — удивительно миролюбиво поинтересовался куратор огненных. — Где я поддерживал межфакультетскую вражду, позвольте спросить?

— «Им и так не повезло», «Прибавь решимости на определение», — передразнила я. — Хотите сказать, что это нормальные фразы?

Морщинка между бровей мужчины разгладилась, его лицо озарилось пониманием.

— Вот в чем дело. Вы из тех, кто считает, что если гладить студента по голове, то определиться станет легче. Так вот что я вам скажу, если позволите, исходя из своего преподавательского опыта — чем больше строгости проявляешь, тем больше помогаешь с этим справиться.

В чем-то он, конечно, был прав, но вот методы и апломб, с которым он говорил, были мне довольно неприятны.

Выпрямившись, я твердо на него взглянула.

— Такое понимание смешанной магии говорит о вашем невежестве даже больше, чем о проявленной невоспитанности ваших студентов вторжение в кабинет во время занятий.

Судя по тому, как он сощурился — я умудрилась в первый рабочий день нажить себе непримиримого врага. Но, как ни странно, меня это волновало мало. С первых слов было ясно, что поладить нам не удастся.