«Human Nature» – Madonna

– Знаешь, что тебе нужно сделать?

– Не говори: найти серьезную работу. Работа официантки отлично опла…

– Заняться сексом.

На глазах у Дилан лежали кусочки огурцов. На лицо она нанесла маску фиолетового цвета. На и так жемчужные зубы прилепила отбеливающие полоски, безопасные для беременных. Дилан лежала рядом со мной на кровати. Я включила звук щебетания птиц и журчания воды. Мы обе были в бикини и притворялись, что она отдыхает на Сейшелах перед рождением ребенка. Я нанесла маску на лицо и волосы, закрепив пряди нейлоновой лентой. Услышав ее слова, я чуть не подавилась чипсами со вкусом соленых огурцов.

– Что навело тебя на эту мысль?

– Хм, дай-ка подумать. – Дилан потянулась за виноградом в вазочке, стоявшей на тумбочке. – Тот факт, что ты взвинчена с тех пор, как вернулась домой?

– Я только что похоронила отца. Мне грустно.

– Секс высвобождает эндорфины.

– И тренировки тоже, – отметила я.

– Да, но я реалистично оцениваю варианты, которые ты на самом деле готова попробовать. – Дилан выплюнула виноградину вместе с отбеливающими полосками, о которых забыла. – Господи, мозг во время беременности – полный отстой. К счастью, оно того стоит, потому что я планирую говорить ребенку трижды в день: «Просто помни, что я тебя родила».

– Очень конструктивно. – Я поправила ленту в волосах. – И, к твоему сведению, я бегаю уже две недели.

Мышцы ныли, а на ступнях появились мозоли. Роу каждый день приходил под мое окно. Мы смеялись, подшучивали друг над другом и делились планами. Роу давал мне дельные советы по поводу моего воображаемого подкаста. С ним моя задумка казалась перспективой, а не просто мечтой.

Роу проявлял несравненную сдержанность для человека, который узнал, что его ресторан закрылся на три недели. Можно не сомневаться, что стекольщик, которого он нанял – зять Мелинды, – тянул с починкой двери, потому что родственнички со стороны жены воспользовались связями, но мой ворчливый начальник почти не рычал и не выражал по этому поводу недовольства.

– Правда? – Дилан изобразила удивление, сняла с глаз огурцы и хмуро на меня посмотрела. – Я думала, ты боишься бегать.

Роу не рассказывал ей?

– Стараюсь побороть страх. Я хочу пробежать десятикилометровый рождественский марафон.

– Вот это да! Надеюсь, ты выживешь. Я вроде как немного привязалась к тебе с тех пор, как ты вернулась.

Я бросила на нее взгляд.

– Спасибо за вотум доверия.

– Упс, я хотела сказать: ура! Ты почти наверняка выживешь! – Дилан взяла термокружку и обхватила губами соломинку. – Бег в любом случае не спасет ситуацию. Тебе все равно нужен банан в твоем фруктовом салатике.

– Даже если бы я хотела, нет бананов… на рынке. – Я засунула в рот еще одну чипсину.

– Конечно есть! – радостно воскликнула она и села, обхватив руками живот. Теперь мы обе полулежали, опираясь спинами на изголовье кровати. – Ой! Она только что пнула меня. Извини, я еще не научила ее не подслушивать. Она обожает бананы. Неудивительно. Не ей приходится мучиться запорами. – Дилан схватила меня за руку и положила ее на обнаженный живот. Под ее натянутой кожей прошлось что-то крошечное и твердое, постучав изнутри. Я одновременно испытала восторг и очень испугалась.

– Это правда, что им сносит крышу, если съесть сладкое? – Я нежно погладила ее живот.

Дилан протянула руку за глазированным печеньем, которое я принесла, откусила и задумчиво прожевала.

– Еще как. Она просыпается от сладкого. Но не меняй тему! Вернемся к бананам. Как насчет Кирана?

Я с негодованием покачала головой:

– Нет!

Она охнула:

– Почему? Он же обалденный!

– Вот именно. Выглядит и напоминает сказочного персонажа. Как принц из Диснея. Ну знаешь, слишком идеальный, чтобы быть привлекательным.

– Говори за себя. Я сейчас в эре принца Навина [27]. – Дилан откусила печенье, а потом закинула в рот виноград.

Я не хотела говорить, что от Кирана исходили флюиды скрытности. Ни один мужчина не мог быть настолько идеальным. Все это притворство.

– Шериф Менчин? – предложила Дилан. – Некоторые называют его… противозаконно сногсшибательным.

– Подруга, ни за что! – Я перекрестилась, чтобы отвести беду. – Солдафон-качок.

– Что это вообще значит?

– Он словно из тех, кто обнаженным по пояс сразится с медведем… а потом украдет его самку. Этот мужчина охотится ради забавы и ходит на оружейные выставки.

– Это не преступление.

– Конечно, но это не в моем вкусе.

– Райленд? – Ее глаза заблестели. – Рай нравится всем женщинам. Сексуальный, как Аид, обаятельный, стильный. Я еще не видела ни одной женщины, которая бы ему отказала. Даже из тех, кто в отношениях.

– Он слишком… очевидно привлекательный.

– Конечно, нам это не надо. Ничто не заводит меня сильнее, чем отсутствие зубов и волосы в носу. Вот это и правда подчеркивает привлекательность и загадку в мужчине. – Глаза моей лучшей подружки чуть не выкатились из орбит. – Эй, а Роу?

Я как раз делала глоток безалкогольного коктейля, поэтому, разумеется, разбрызгала его по всей кровати, когда закашлялась от ужаса.

– Божечки, Дилан, я бы никогда…

– Ой, молчи. Ты бы точно его трахнула, потому что уже делала это. И не говори, что он не в твоем вкусе. У меня есть доказательства.

Мы посмотрели друг на друга, и Дилан вдруг стала серьезной. Нас обеих снова перенесло в ту ночь, когда она застукала меня с ее братом.

– Я больше никогда не подвергну нашу дружбу риску. – Я с трудом сглотнула.

– А ты ничем и не рискуешь. Настоящим я даю тебе разрешение переспать с моим братом. Только, молю, избавь меня от подробностей. У меня и так ужасный рефлюкс.

Я вспомнила слова Роу о том, что Дилан не возражает, если мы переспим. У меня скрутило живот. Доводы не поддаваться влечению заканчивались.

– Он, похоже, бабник. – Я начала снимать с лица прохладную тканевую маску. – А даже если бы я согласилась на ни к чему не обязывающие отношения, меня все же интересует эксклюзивность.

– Если Роу – бабник, то его трудно заполучить, – фыркнула Дилан. – И он правда хорош в этом. Не верь всему, что пишут таблоиды. Не такой уж он и жиголо.

– Значит, ты не рассердишься, если мы?.. – Я не договорила.

Дилан встала, танцующим шагом направилась в ванную и вернулась с мокрой теплой салфеткой, чтобы снять маску. Ее вид в бикини потрясал – она выглядела как беременная супермодель.

– Не-а. Клянусь жизнью Такера: я совсем не буду возражать.

– Почему? – У меня защипало в носу.

– Я люблю вас обоих и хочу видеть счастливыми.

– А твой брат сможет однажды стать счастливым? – спросила я, думая о том, что пережил Роу.

– Не знаю. – Дилан прикусила губу. – Но если кто-то и может его осчастливить, то это ты.

– Ну… от бананов у меня изжога. – Я поджала губы.

Дилан запрокинула голову и рассмеялась.

– Главное не перепутай изжогу с разбитым сердцем.