Я окинула взглядом брата, который вскоре стал крошечным, как волчонок. Он не ошибся: всё вокруг осталось нормальных размеров… а я стала просто гигантской! И, казалось, не собиралась ОСТАНАВЛИВАТЬСЯ: стены комнаты стремительно приближались. Я вспомнила, что мне жали ботинки, а Отис в последнее время казался мне ниже… Может, проклятие только замедлило преображение, но не полностью его остановило?

– Предсказание сбывается! – воскликнул прапрапрадед забавным ПИСКЛЯВЫМ голосом. Он стал таким крошечным, что напоминал одну из моих кукол.

– Миртилла, перестань расти! – крикнул брат. Даже его голос звучал тоньше в моих огромных ушах.

– Я бы с радостью, но я не знаю, как остановиться! – прокричала я в ответ, нагнувшись, чтобы не пробить потолок.

– Ты разрушишь замок! – с отчаянием в голосе крикнул Укус. – БЕЖИМ ОТСЮДА!

Я увидела, как Отис, прапрапрадед и его фамильяр, которого разбудила вся эта шумиха, кинулись наутёк. Потолок над моей головой треснул, и на меня обрушился каменный дождь.

Что-то пронеслось у меня перед носом, и сначала я подумала, что это ЖУК. Но потом я присмотрелась и увидела, что на самом деле это был перевозбуждённый Ренуар.

– СПАСАЙСЯ и ты! – взмолилась я, и подумала о других членах своей семьи. О маме, папе, бабушке Цикуте, кузене Тени… Я надеялась, что все успеют спастись из замка.

Тем временем я стала такой огромной, что дотянулась до потолка второго этажа и продолжала расти. Насколько ещё я стану выше? Неужели я стану настолько тяжёлой, что под моим весом ОБРУШИТСЯ Пик Ужаса? А если я стану размером с целый город?

Я пробила головой крышу замка и увидела, как моя кровать с балдахином размером с мебель для кукольного домика упала вместе со всеми игрушками. Мне удалось схватить только башенку двоюродной бабушки Сибиллы и опустить на землю под вопли обитательницы комнаты.

Почему я не переставала расти? Я пыталась думать, но сделать это было непросто среди обломков разваливающегося замка и криков родственников.

Я закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и вспомнила прошлую ночь… А ведь я росла, когда испытывала СИЛЬНЫЕ ЭМОЦИИ, например когда узнала о проклятии или после полёта на спине дракона. А когда я поняла, что моя собственная семья меня предала, разочарование было настолько сильным, что я полностью утратила контроль над собой и вымахала…

Может, если мне удастся унять свой гнев, я наконец остановлюсь.

Я глубоко вдохнула и подумала о приятных вещах, которые поднимали мне настроение, – мурчании Ренуара, стопке БЛИНЧИКОВ с подгоревшими сливками, пикниках, которые я устраивала с По…

Я открыла глаза и поняла, что перестала расти. Однако к этому времени я стала такой же большой, как замок, который теперь покоился в руинах у моих ног. Предсказание Мрачности сбылось: я стала причиной катастрофы и разрушения. Родные смотрели на меня, задрав головы, из-под обломков ЗАМКА. Я пересчитала: кажется, все на месте. Включая Жгутика. К счастью, всем удалось спастись!

Разглядев маму и папу, я поднесла к ним раскрытую ладонь, приглашая подняться.

– Вы знали, что это случится? – спросила я.

– Укус говорил нам о предсказании, но никто не подозревал, что ты станешь… ВЕЛИКАНОМ! – признался папа.

– Прости, что не сказали сразу, – добавила мама. – Но мы сделали это ради твоего же блага. Мы верили, что заклятие защитит и тебя, и семью.

– Понимаю, – ответила я. – Но, видимо, зря. Предсказание сбылось: я разрушила семью Мурашек.

Я указала пальцем на семейный герб, который до этого возвышался над фасадом усадьбы. Теперь он развалился НА ЧАСТИ, как и всё здание.

– Но, Миртилла, ты разрушила не семью, а только замок, – ободряюще улыбнулась мама. – Семья по-прежнему здесь, вот что важно.

Я взглянула на РОДНЫХ, собравшихся вокруг обломков нашего дома. Они не казались сердитыми, наоборот, кивали и подбадривающе улыбались.

– Значит, вы всё ещё меня любите? – спросила я, утирая нос. – Несмотря на то что я гигантская?

– Конечно! – без колебаний ответил папа.

– Помни: ты всегда будешь моей ПАУЧИНКОЙ, – добавила мама.

Я всхлипнула и закрыла глаза. Как и в первый раз, я сосредоточилась на приятных и спокойных мыслях, и мгновение спустя заметила, что… УМЕНЬШАЮСЬ. Я опустила маму с папой на землю и увидела, как мои руки и ноги снова вернулись к нормальным размерам. Тогда я бросилась к родителям, которые сильно-сильно меня обняли. Впервые папа не побоялся помять простыню и глазом не моргнул, когда я залила его слезами.

– Вы точно в порядке? – спросила я, когда мы наконец перестали обниматься.

– Да, со всеми всё хорошо, – ПОДТВЕРДИЛА мама.

Я поискала глазами Отиса. Шерсть у него была более взъерошенной и пыльной, чем обычно, но он был жив и невредим и ОБОДРЯЮЩЕ мне улыбался. Рядом с ним был и Ренуар с помятыми, но целыми крыльями.

– Укус, – позвала мама. – Думаю, тебе следует извиниться перед Миртиллой.

– Ладно, ладно, – проворчал вампир. – Прости, что наложил на тебя проклятие, внучка. И, в общем, хорошо, что оно не сработало.

– В конце концов, нашу семью связывает не какая-то глупая церемония, древнее зелье или устаревший обряд… А ЛЮБОВЬ, которую мы чувствуем друг к другу. Именно она объединяет нас и делает теми, кто мы есть на самом деле, – вмешалась мама. – Это правда, мы все разные, и порой друг с другом ох как непросто, но, пока мы вместе, никто и ничто не может нас победить. Как прародитель вы должны знать это лучше всех.

– Утрата права, – поддакнул дядя Голень. – Эти негодники изрядно мне насолили, – сказал он, показывая на меня и Отиса. – Но я всё сделаю для них и для семьи.

– И мы тоже, – хором отозвались бабушка Цикута и бабушка Нарцисса.

– Если бы не было семьи, над кем бы я тогда ПОДШУЧИВАЛ? – добавил кузен Тень.

– Неправильно было портить обмонстрение Миртиллы, теперь я это понимаю, – признался прапрапрадедушка Укус.

– Я тебя простила, – ответила я. – Ты сделал это не со зла, а чтобы защитить семью.

– Всё хорошо, что хорошо кончается! – радостно воскликнул папа. И добавил, глядя на окружавшие нас РАЗВАЛИНЫ: – Если не считать замка.

Мы с грустью рассматривали руины. Тётя Уголёк всхлипнула, и даже кузен Виселица, не отличавшийся сентиментальностью, уронил скупую слезу. Скарабей оторвал кусочек от своих бинтов и предложил высморкаться.

– Из-за меня у нас больше нет дома, – пробормотала я.

Мама прижала меня к себе, чтобы утешить, но я поняла, что и ей очень ГРУСТНО из-за того, что замок рухнул.

– Северный полюс, как бы не так! – нарушил тишину знакомый голос.

Мы обернулись. К нам приближался Ассилло Ворчун. Отис закатил глаза:

– Только его не хватало!

– Я точно не мог купить там дом, я ненавижу холод! – завёл свою песню коммунальщик, к которому, видимо, вернулась память. – Уж не знаю, что было в том чае, но я наконец-то пришёл в себя.

Он достал из кармана куртки мятый листок и помахал им в воздухе:

– А вам выписали штраф за НЕСОГЛАСОВАННОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО и кадастровые ошибки. У вас есть неделя, чтобы снести… Но… Что случилось с замком?

Ассилло Ворчун растерянно огляделся.

– Мы его снесли, – спокойно ответил папа.

– Что ж, это к лучшему, – с довольным видом ответил техник. – Значит, это вам больше не понадобится. – С этими словами он ПОРВАЛ штраф. – Хорошего дня! – И коммунальщик удалился.

– Дня? – переспросил кузен Позвонок.

– Смотрите, солнце встаёт! – воскликнул Отис. – Как же я скучаю по своей кровати! – И он зевнул.

В это время мы обычно ложились спать. Но теперь у нас ничего не осталось: ни кроватей, ни кухни, где можно перекусить в полночь, ни башенки, откуда дядя Злюка мог нас разбудить…

– Мы восстановим замок, – решила я. – Если мы объединим усилия, это будет ПРОЩЕ ПРОСТОГО. Правда, мама?

– Правда, моя паучинка.

Я поправила косичку, засучила рукава и подняла первый попавшийся под руку кирпич.

– Э-э-э-э, Миртилла, не думаешь, что дела пошли бы быстрее, будь ты… гигантом? – предложил Отис.

Я НЕУВЕРЕННО взглянула на родителей. Мы остались без жилья именно из-за моего неудавшегося преображения. Теперь я могла использовать свою новую способность, чтобы всё исправить, но вдруг я вызову новые бедствия?

Бледная морщинистая рука прапрапрадеда дотронулась до моего плеча.

– Отису пришла в голову отличная ИДЕЯ, – улыбнулся он мне.

Я улыбнулась ему в ответ и закрыла глаза, чтобы сосредоточиться. Теперь, когда я поняла, как контролировать свою силу, я чувствовала: у меня всё получится.

Услышав крики и смех, я снова открыла глаза и, к своему стыду, поняла, что увеличилась только моя голова, а туловище осталось прежним. Я стала похожа на отражение в Зеркальной галерее. Стараясь не обращать внимания на КОЛКОСТИ Позвонка, я сосредоточилась и снова стала огромной. Но теперь родные смотрели на меня не с ужасом и волнением, а с ВОСХИЩЕНИЕМ.

Мы сразу же принялись восстанавливать замок, и для меня, такой большой, это было так же просто, как собрать кукольный домик! Кузен Позвонок, наоборот, оказался таким неуклюжим, что всякий раз его нога или хвост оказывались у кого-то под ногами. Но он постоянно повторял, чтобы мы не беспокоились – ведь они вырастут снова. Бабушка Цикута и бабушка Нарцисса задействовали в работе КОЛДОВСТВО, а мама с её двумя руками и шестью лапами умудрялась работать за троих монстров. Единственным, кто тормозил работу, был кузен Тень: уж слишком был высок соблазн подшутить над кем-нибудь. Но мы не жаловались, а только смеялись над его шалостями, ведь работать с улыбкой куда ВЕСЕЛЕЕ.

В какой-то момент что-то заслонило солнечный свет, и, взглянув в небо, я разглядела в облаках знакомый силуэт. Это был дракон Мрачности! Я почувствовала, что это прапрапрабабушка послала его к нам: может быть, таким образом она хотела передо мной ИЗВИНИТЬСЯ? Он тоже стал помогать нам восстанавливать замок, и с наступлением ночи мы положили на место последний камень. Я вернулась к нормальным размерам и удовлетворённо вздохнула, любуясь результатом.

Замок был таким же, как прежде, – мы даже сохранили все ловушки прапрадеда Паршивца и восстановили Зеркальную галерею. Единственным новшеством была огромная будка для дракона, которого теперь звали ХОРРИДУС.

Чтобы отпраздновать восстановление нашего дома, мы устроили семейный ужин с самыми вкусными блюдами – жареными крысами, ядовитым плющом и, конечно же, сладостями из перечной мяты! Когда банкет закончился, прапрапрадедушка Укус и его летучая мышь попрощались с нами и вернулись к своему ТЫСЯЧЕЛЕТНЕМУ покою.

– Мы больше тебя не потревожим, обещаем, – заверили его мы с Отисом.

– Ну, мне не помешает время от времени проветривать свой плащ, – прищурившись, заметил он.

Я же, пожелав маме и папе спокойной ночи, побежала вместе с Ренуаром в свою башенку. Всё вернулось на свои места, включая кровать с балдахином и ходики с призраком.

– УЖАСНЫХ ТЕБЕ КОШМАРОВ, Ренуар, – зевнула я и провалилась в сон.

* * *

Несколько полнолуний спустя мы с Ренуаром пошли в портретную галерею, где уже собралась вся семья. Казалось, ночь моего обмонстрения продолжается, и на самом деле это событие было не менее особенным. В галерее наконец-то появился мой ПОРТРЕТ! Его написала тётя Жуть, семейный художник, и теперь она стояла перед картиной, завешенной огромным ПОЛОТНОМ. Когда тётя Жуть отдёрнула ткань, передо мной оказался самый большой портрет, который я когда-либо видела.

– Я не могла изобразить тебя в истинных гигантских размерах, но я старалась изо всех сил.

– Спасибо, тётя Жуть, картина чудесная! – восхитилась я. – Но, минуточку… Откуда у меня УСЫ?

– Усы?! – воскликнула тётя, которая только сейчас заметила две полоски свежей краски на полотне. – Кто это натворил?

Краем глаза я уловила движение в дальнем конце галереи и заметила подозрительную тень с ведром краски в руке. Кузен был в своём репертуаре.

– А что, тебе идёт, – ухмыльнулся Отис, почёсывая ЛОХМАТОЕ ухо.

– У тебя ещё водятся блохи, братишка? Пора маме устроить тебе хорошую стрижку!

Брат встревожился, но, к его счастью, мама была слишком занята, ПЕРЕШЁПТЫВАЯСЬ о чём-то с папой. Уже пару дней они вели себя загадочно, будто что-то скрывали. Поэтому, когда папа сказал, что у них есть объявление для всей семьи, я насторожилась.

– Может, они хотят приручить дракона? – взволнованно предположил Отис.

– Но один у нас уже есть, – напомнила я.

– Да, но этот дышит ледяным воздухом. А можно приручить ОГНЕДЫШАЩЕГО! Тогда будет два дракона, летний и зимний, чтобы в доме всегда было комфортно…

– Огнедышащий дракон в конце концов устроит пожар в замке, – возразила я. Не хотелось рисковать снова лишиться нашего любимого дома. Хотя восстанавливать его всей семьёй было здорово, занятие всё же оказалось утомительным!

Нашу беседу прервала мама.

– С радостью сообщаем – мы с Гримуаром ждём РЕБЁНКА! – объявила она.

Семья ликовала и поздравляла наших родителей, затем все стали поднимать тосты. Взволнованными выглядели все, кроме Отиса, который очень расстроился, как и Ренуар, у которого была АЛЛЕРГИЯ на новорождённых.

– У нас будет младший братик или сестричка… – возбуждённо повторяла я.

– Он будет плакать от рассвета до заката, – раздражённо заметил Отис, – и сломает все наши игрушки, и мама с папой только им и будут заниматься. Это будет кошмар!

– Нет, это будет ещё один член семьи Мурашек, – улыбнулась я.

И я действительно так думала. Мне не терпелось с ним встретиться и поприветствовать его в нашей ЧУДОВИЩНО ФАНТАСТИЧЕСКОЙ семье!