Если бы мне приставили пистолет к виску и нажали на курок, эффект был бы одним и тем же. Я замерла, кровь прилила к лицу, и даже зубы свело от напряжения. Сейчас невыносимо страшно и больно до такой степени, что кровь стынет в венах. Я чувствую его запах, медленно поднимаюсь с колен и оборачиваюсь.

Если бы я встретила его где-то в городе, наверное, даже не узнала бы. Он сильно похудел, так что скулы смотрятся особенно жестко, под глазами залегли тени, и неизменно тяжелый давящий взгляд проникает, кажется, сквозь кожу. Ростик смахивает упавшие пряди волос со своего лица, и я опускаю свой взгляд на отросшую бороду. Он никогда не носил бороды и никогда не выглядел так. А еще он никогда прежде не смотрел на меня таким образом, словно его единственное желание — растерзать меня в клочья.

— Росс...

Я замолкаю, вытираю рукавом слезы, так и не упавшие на землю. Он ничего не говорит, берет меня за локоть и ведет за собой.

— Рос, подожди, я не успеваю за тобой.

Он, казалось, не слышит, а я не могу отдышаться. Рядом стоит припаркованный BMW черного цвета. Открыв пассажирскую дверь, он силой толкает меня внутрь, так что я падаю и захлопывает ее со звуком.

Я боюсь даже дышать, все тело напряжено, словно веревка, которая вот-вот может лопнуть. Ростик садится на водительское кресло и выжимает педаль газа, резко выезжая на дорогу.

Молчание затягивается, я не могу оторвать от него своих глаз. Вижу, как ходит ходуном кадык, как руки окрашиваются багровыми венами. Он слишком зол, и это ощущается даже в воздухе.

Молчание затянулось, напряжение давит на виски.

Я пару раз беру всю свою волю в кулак и пытаюсь с ним заговорить, но упираюсь в неприступную скалу. Мы минуем высотки и проезжаем вывеску с надписью "Шанхай".

Местные жители посматривают на машину с любопытством. В этом районе такая тачка редкость, здесь вообще люди привыкли ходить пешком. Когда он паркует ее около своей квартиры, в голове промелькает отчаянная мысль: "Неужели он не боится, что машину угонят и сожгут, да мало ли что". Росс выходит на улицу, разминает шею, его спина неестественно напряжена. Затем обходит автомобиль и рывком вытягивает меня наружу. Я ощущаю себя зверьком, загнанным в угол и приготовленным на ужин для страшного зверя.

По лестнице мы поднимаемся вместе, он отпускает меня лишь тогда, когда вставляет ключ в замочную скважину. Шальная мысль сбежать мелькает в голове, я даже оборачиваюсь.

— Не стоит, я тебя из-под земли достану, — хрипит он.

В квартире пахнет испорченной едой, но Росс не обращает на это внимания, закрывает дверь на ключ и бросает его на стол. Он подходит к окну и все-таки открывает форточку. Здесь ничего не поменялось, все так же, только в тот раз я не ощущала себя настолько плохо.

— Давай поговорим, — выдыхаю я.

Он разворачивается и опаляет меня своим взглядом, который не предвещает ничего хорошего.

— Ты настолько глупа, что даже не попыталась замести следы. Лживая дрянь, подставившая всю нашу семью. Мы тебе верили, мать с отцом растили, кормили, одевали тебя. А тебе все мало. Кто ты? За что ты так жестоко отомстила нам? А Тимур, мой брат, любил тебя, не думая, какая ты мерзкая тварь. Ты толкнула его под колеса, убила собственноручно.

— Нет, я этого не делала. Это был несчастный случай.

Росс засмеялся громко, а я сжалась и попятилась назад.

— Кам мне все рассказал о вашем плане и о том, как мой брат подслушал ваш разговор и невольно стал свидетелем. И про то, как ты толкнула его на дорогу. Я все знаю о твоих махинациях. Думал отдать тебя в полицию, но это слишком маленькое наказание. Я придумал кое-что гораздо интереснее. Тебе понравится.

Не успела я увеличить расстояние, как он резко подошел ко мне и с силой сжав предплечье, поволок в комнату. Такого Ростика я вижу впервые.

— Если бы у тебя было больше ума, ты бы держалась от меня подальше и не приходила бы на кладбище. Я знал, что ты там появишься и ждал этого момента с нетерпением.

Я зашипела от боли, когда он еще сильнее надавил на плечо и с силой отбросил меня на кровать. Наклонился надо мной, обжигая своим дыханием, и прошептал: — Ненавижу тебя за то, что ты сделала.

Он вплел мне руку в волосы и приподнял голову, заставляя смотреть ему в лицо. И я почувствовала, что никакие мои оправдания не помогут, он не поверит ни единому слову. В ушах шум, а в голове набатом проносится мысль о том, что Давид меня ждет.

Я обещала быть на его выступлении сегодня. Он должен был читать стихи, которые мы вместе с ним разучивали.

Сердце сжалось — он же не подумает, что я его бросила.

— Росс, я сделаю все, что ты захочешь, только пожалуйста отпусти меня. Мне нужно идти. Скажи, куда придти вечером, и я приду.

Росс ухмыльнулся, но в его глазах не было улыбки.

— А ты еще большая дура, чем я предполагал, — хрипит он прямо мне в ухо.

Мне очень больно, к голове прилила кровь, но вырваться или пошевелиться невозможно.

— Это, очевидно, твой новый план, — говорит он. — Ты настолько предсказуема, что меня сейчас стошнит.

Наверное, я совсем ополоумела, но даже сейчас, когда он так близко, я не ощущаю, что он действительно может сделать мне что-то плохое. Скорее всего, я и правда наивная дура, так как следующие его слова повергают меня в шок.

— Снимай свои тряпки и становись на колени.

— Ты не такой, — произношу я, когда он отпускает мои волосы и поднимается с кровати.

— Неужели, — произносит он.

Я смотрю, как он расстегивает пуговицы на своей рубашке, и волосы дыбом встают на моем теле.

Затем он с силой дергает меня за ноги с кровати так, что я попой проезжаю по холодному полу. Секунда и Росс меня как куклу ставит на ноги и с силой давит на поясницу, так что я падаю вниз животом и впервые думаю о ребенке. Я же ношу малыша под сердцем от этого изверга. Я даже не поняла, как этот факт придал мне силы.

— Ненавижу, — прошипела я, когда ощутила, как он задрал мою юбку вверх и с силой сжал ягодицу.

Я подскочила на ноги и помчалась к двери. Все, что я хотела, это убраться отсюда, убежать от этого животного и забыть о его существовании. Так я ещё никого не ненавидела. Он поймал меня у двери, когда я отчаянно дергала за ручку и не понимала, почему не могу открыть. Машинально разворачиваюсь и ощущаю, как его пальцы сжимают мою шею. Я почти задыхаюсь, ещё немного и все. Неужели моя кончина будет именно такая?

— Ты сошел с ума, Ростик. Отпусти мою шею, я сейчас задохнусь.

— Никогда не смей убегать от меня, тебе не спрятаться. Ты только моя, никто не имеет право трогать тебя, понятно?

Медленный выдох… Глаза в глаза..

— Я беременна, Ростик, на этом все. Беременна от твоего брата.