Вечеринка закончена, вставай и возвращайся в номер, — голос Ростика звучал жестко.

— Ну, Росс, она ничего плохого не делает. Мы еще немного посидим, и я сама ее отведу, — говорит Лекс.

Росс бросает на него такой яростный взгляд, что я бью ладонью по столу и громко смеюсь.

— Он кусок мыла, съел. Ты что, не видишь, как его перекосило? То и дело набросится на нас, — говорю я.

Я машу ладонью у него в районе паха, и он машинально наклоняет голову вниз.

«Черт, сидя на диване выше, у меня рука не поднимается».

— Свали с горизонта, — говорю я.

Вижу, как Лиля буквально повисает у него на плече, и он резко убирает ее руку и тянется ко мне. Та обиженно надувает губы, а я, чтобы уйти от его прикосновений, прыгаю на руки к Лексу.

«Ну е мае, лучшего варианта я просто не придумала".

Я снова хихикаю и обнимаю парня руками за шею.

— Какой ты большой, — говорю я.

Лекс расплывается в улыбке и смотрит на меня с таким обожанием.

Я оглянулась, посмотрела на Росса, и меня передернуло. Его глаза сейчас горели странным огнем одержимости.

Там было столько обещаний неминуемой расплаты, что я резко прикусила губу. Его глаза тут же опустились на мои губы, и я резко отвернулась.

— Вот скажи мне, как ты его терпишь? Он же монстр в человеческом обличье, все детство мне испортил, прямо так и закрывал меня в шк...

Договорить я не успела.

— Аааа, — завопила от боли, — убери от меня руки извращенец.

— Росс, ты перегибаешь, — говорит Лекс, но тут же затыкается.

Ростик скрутил мои волосы в кулак и дернул на себя, от боли у меня искры из глаз посыпались. Я слетела с колен Лекса, и он поднял меня на ноги все также за волосы. Черт... От злости, обиды и унижения мне захотелось его убить.

Рефлекторно я развернулась к нему лицом, и его хватка ослабла.

— Я же тебе сказал, что ты возвращаешься в свою комнату.

Он говорил это так приторно, а в глазах полыхало безумие. Так разговаривают маньяки перед расправой со своей жертвой. По крайней мере, именно так мне это казалось. Но злость, которая сейчас распространялась по моим жилам, была куда сильнее.

Я набросилась на него как одичалая. Вцепилась со всей мочи зубами в его шею и почувствовала во рту кровь. Я кусала, как обезумевшая, как дикая кошка, в попытке выжить, раздирала его кожу в клочья.

— Совсем обезумела, — кричит Росс, — черт тебя подери.

Он пытается сдернуть меня с себя, но я не отступаю. Все мои силы направлены на то, чтобы нанести ему боль и уничтожить его. Кровь бежит по его шее, но это не останавливает меня. Я продолжаю кусать, пока челюсть не начинает болеть. Росс стоит неподвижно, как будто позволяет мне это делать и я отпустила его. Взглянув на свои кровавые руки, я осознала, что только что совершила нечто ужасное.

Проклятье. Весь хмель выветрился в один момент.

— Идиотка, — кричит Лиля, схватив салфетку со стола, она бережно прикладывает ее к шее Росса.

— Я отведу ее, — произносит Лекс, вскакивая с дивана.

— Нет, стойте, отдыхайте, я скоро присоединюсь.

Он пытается взять меня за руку, и я делаю шаг назад. Я все еще не могу поверить в то, что сделала. На глазах у всех. Как будто с глаз спала пелена.

— Я сама в состоянии дойти, — произношу я, уворачиваясь от Росса, и на сколько хватает силы, с гордо поднятой головой ускоряю шаг. Обхожу лифт стороной и пулей поднимаюсь по лестнице. А зря, как только я поднимаюсь на свой этаж, двери лифта открываются и злой Росс выходит из него.

— Я же сказала, я сама дойду.

Он молча идет за мной следом.

«Черт бы его побрал»

Телефон завибрировал в сумке, и я, подойдя к номеру, порылась в ней и достала свой новенький iPhone. Имя Кам высветилось на экране, и я скинула звонок.

— Кто тебе звонит так поздно?

— Не твое дело, — огрызаюсь я, доставая ключ, — проводил молодец, как видишь, со мной все в порядке, возвращайся к друзьям.

Дверь номера открылась со щелчком. Я оглянулась на Росса, а он сделал шаг в мою сторону и, схватив меня за локоть, бесцеремонно потащил в номер.

— Отпусти живо, — закричала я на него.

Ноль реакции, закрыв дверь ногой, он протащил меня до кровати и бросил на нее.

Я поднялась и отползла в изголовье.

— Что ты творишь?

— Ты как ненормальная истеричка расцарапала мне шею, думаешь, я спущу тебе твои выходки с рук? И да, держись подальше от Лекса, он хороший парень, и тебе рядом с ним не место.

— Да что ты такое говоришь? Может мне вообще сгинуть?

— Лучше бы ты не приезжала, я тебя предупреждал, но ты как и была дурой, так ей и остаешься.

— Уходи, — сказала я жестко.

— И не подумаю, нужно платить за свои ошибки.

— Что ты делаешь? — произношу на вдохе, так как Росс движется на меня. Я, как завороженная, наблюдаю за приближающимся хищником, а он садится на кровать и перехватывает мои ноги, резко дергая их на себя. Платье задирается от скольжения, но я от шока не могу его поправить. Наши глаза сейчас друг на друга против.

Он наклоняется к моей шее, а я резко задерживаю воздух в груди. Не знаю, как так получается, но меня словно парализует. Я слышу лишь гул своего сердца в груди.

Мне показалось, что его дыхание стало тяжелым. Возможно, я это придумала сама себе, но я, как будто, слышала его мучительный утробный рык.

Я открыла рот, но из него не выдавилось ни одного слова. Мне хотелось его оттолкнуть или наоборот сильнее прижать к пульсирующей точке на шее. Тело обдало жаром, из губ Росса вырвался то ли полустон, то ли полурык, не разобрать.

А затем он резко прижался губами к моей шее и вцепился в нее острыми зубами.

Резкая боль опалила не хуже раскаленного железа.

Я закричала, но он зажал мой рот рукой.

Все происходило какие-то доли секунды, а мне показалось, что меня пытали целый час.

Я вскинула голову так резко, что потемнело в глазах.

Успела почувствовать эмоцию в его глазах перед тем, как он надел на себя очередную маску хладнокровия.

— Я же тебя предупреждал, ущербная, что хочу стейк с кровью, — он зло ухмыляется, а я прижимаю ладонь к ране на своей шее.

— Ты думаешь, что я все та же наивная девчонка, не способная дать тебе отпор? — произношу я, поднимаясь с кровати. Я выросла, Ростик, повзрослела, у меня тоже есть зубы.

Он ухмыльнулся.

— И милый ротик, ущербная, уймись, я тебе не по зубам.

— Это мы еще посмотрим.

— У тебя ничего не выйдет, я не идиот, а вот насчет тебя возможно бы поспорил. Ты все еще живешь своими девчачьими мечтами, думаешь я не замечаю, как ты реагируешь на меня? Как тогда в четырнадцать, ты от одного моего прикосновения млела.

Росс прищурился, и тут же горячее дыхание нещадно обожгло мне ухо:

— Помнишь ущербная, как ты подсматривала за мной пока я был в душе, думаешь я ничего не замечал?