Но вернемся назад, на 165-й километр трассы и свернем с нее направо (там, на перекрестке, есть большой указатель-стрелка в сторону Куркиёки), на старую Сортавальскую трассу, вьющуюся между холмами и скалами. На ней остались грунтовые участки, и я советую соблюдать скоростной режим. Как-то, еще когда не появилась новая А-121, а была лишь эта, старая (тогда она имела название А-129, а сейчас не имеет никакого), проезжая по ней зимой, на участке от Приозерска до Сортавалы я насчитал в кюветах и сугробах вдоль дороги восемь машин. Одну даже помог вытащить. К счастью, серьезных аварий не было. Трудно удержаться на заснеженной дороге, если она взлетает на гору и там поворачивает на все сто тридцать градусов, а ты едешь под сто. Через шесть километров, свернув направо, вы попадете в поселок Ласанен. В советское время здесь располагался Военно-морской научно-исследовательский центр.

А в финские времена поселок носил название Риеккала, от карельского крейкала – греческий. Тогда православную веру часто называли греческой, а поселок мог иметь отношение к монастырю, находящемуся рядом, на острове Каннансаари.

История Риеккалы уходит в глубокую древность. На скале Риуттавуори и на острове Корписаари (пять километров от поселка в сторону Ладоги) сохранились валы древних крепостей. А на склонах Кяряямяки – Судилищной горы – местные жители чуть ли не на поверхности земли находили старинные вещи. Например, копье XI века и бронзовый браслет X века.

Согласно народному преданию, недалеко от поселка, в месте под названием Саккаро, в XVI веке произошла битва между русскими и шведами. Долгое время на этом месте ничего не росло. А сейчас каждую весну холмы вокруг поселка покрываются разноцветным ковром. Здесь произрастает около сорока разновидностей фиалки трехцветной.

Островок Каннансаари, на котором некогда был монастырь, находится в заливе Лайккаланлахти, рядом с островом Корписаари. В переводе с финского Каннансаари – Остров-полуостров, он отделен от материка узким проливом.

Есть одна легенда, связанная с этим островом и с гигантскими глыбами, выступающими неподалеку из воды. Как-то один князь, отправляясь в дальние края, спросил местного арбуя (колдуна, жреца), насколько успешным будет поход. Тот ответил, что в самом конце путешествия, при возвращении, когда князь увидит родные берега, его судно ждет погибель. Князь, несмотря на предсказания, решился на поход. И вот, возвращается он домой, уже видит берега Куркиёкского залива, идет к острову Каннансаари и говорит своим спутникам: «Ошибся, видно, арбуй в своих пророчествах. До дома уже рукой подать». И в этот момент скала Риуттавуори, под которой проходил его корабль, содрогнулась, от нее откололись огромные глыбы и затопили корабль.

Надо сказать, что арбуи играли большую роль в жизни карелов. Вот, например, цитата из «Послания архиепископа Макария великому князю Ивану Васильевичу», написанного в 1534 году: «Суть же скверные молбища их лес, и камение, и реки, и блата, источники, и горы, и холми, солнце, и месяц, и звезды, и езера, и проста рещи всей твари поклоняхуся яко богу, и чтяху и жертву приношаху кровную бесом, волы и овцы, и всяк скот и птицы. Слышахом бо яко […] проста человека у себя держаху и почитаху, яко священника, его же нарикого арбуем; сей вся приношая совершения по своей прелести и детем имена нарицая…» Впрочем, существует легенда, что и сам Иван Васильевич родился не без участия колдовства арбуев. Князь Курбский писал, что «Василий с законопреступною женою, юною сущею, сам стар будучи, искал чаровник презлых отовсюду, да помогут ему к плодотворению… О чаровниках же оных так печашася, посылающий по них тамо и овамо, аж до Корелы… (еже есть Филя: сидит на великих горах, подле Студенаго моря), и оттуда провожаху их к нему»[23]. В результате колдовства Елена Глинская родила двоих – Ивана, а через два года – Георгия. Последний был глухонемым и умер в тридцать один год, а что стало с первым – вы знаете из школьного курса истории.

Арбуи даже попали в поэму «Руслан и Людмила» Александра Пушкина – и колдунья Наина, и добрый старец Финн родом из Финляндии.

Что касается монастыря на острове Каннансаари, то он был уничтожен в период «долгой ненависти», когда шведские войска стирали с земли не только церкви и монастыри, но и жилые дома. Возможно, это случилось во время похода Клауса Флеминга в 1581 году, который похвалялся: «В центральной слободе Кирьяжского погоста мы обнаружили две красивых церкви и монастырь. Сожгли всё… устроили русским кровавое Рождество».

Археолог Теодор Швиндт в 1873 году записал легенду о том, что перед гибелью монастыря монахи успели на шести лошадях вывезти с острова все ценное и утопить в проливе неподалеку. Проведенные впоследствии раскопки это подтвердили. А в начале нынешнего века в память о монастыре на острове установили поклонный крест.

Если от поворота на Ласанен вы продолжите путь в сторону Сортавалы, а затем, через два с половиной километра, повернете налево, на дорогу 86К-92 и проедете по ней еще пару километров, то с правой стороны увидите гору Ламмасвуори с каменным лабиринтом неизвестного происхождения на склоне. О каменных лабиринтах я расскажу подробнее в главе 12 второго маршрута. Судя по следам, его часто посещают духовные искатели. (Надо сказать, что в окрестностях Куркиёки много «мест силы» и «волшебных камней», даже существуют специальные экскурсии к Гром-камню, Камню сердца, Камню плодородия и женского здоровья, Камню спины и так далее…) С горы открывается красивый вид, так что в любом случае стоит на нее подняться. Также справа, еще через километр – пороги и руины мельницы на реке Рахоланйоки.

Здесь некогда была деревня Силланкорва, и здесь же произошла еще одна битва между русскими и шведами. Теодор Швиндт записал о ней предание, в котором сообщается, что в деревне Силланкорва произошла битва столь страшная, что противники, сражаясь, стояли по колено в крови. За рекой находится гора Аромяки, у подножия которой они были похоронены. Кажется, это было давно, но время в этих местах течет по-другому, как это отметила Алла Горбунова: