Поле, на котором мы должны были играть с первой школой, находилось рядом с той же речкой, где я чуть было не утонул в конце мая, только на другом берегу.

Рядом с ним был очень симпатичный сквер с вечным огнём и бюстами в честь героев прошлой войны.

В этом сквере мои одноклассники вместе с ребятами из двух паралельных классов и собрались, мы с Колькой пришли последними.

— Колян, а ты зачем ботаника притащил? — раздался голос одного из парней.

Как я уже узнал — это Боря Борисов, с фантазией у его родителей явно напряги. Борисов был неформальным лидером и заводилой всей параллели. Само собой, что натура у него была самая что ни на есть хулиганистая, и Ярика, то бишь меня он никогда не любил. Что в принципе не удивительно. Какие еще могут быть отношения у чуть ли не главного хулигана школы и главного ботана в его классе?

Память Ярика услужливо подсказала, что все проблемы с Борисом начались из-за парочки отказов дать списать. Прежний Сергеев был парнем принципиальным, и из-за этой своей принципиальности он и не ладил с Борисовым. Настолько не ладил, что в прошлом году он, то есть я, несколько раз дрался с Борисовым, и это несмотря на разницу в весовых категориях. Сергеев, хоть и не маленький и широкоплечий, но Борисов форменный амбал, очень рано заматеревший, и к тому же, еще и оставшийся один раз на второй год.

К чести Ярика после этих драк, совершенно односторонних, он не жаловался родителям, хотя те сто процентов могли на эту ситуацию повлиять. Как никак отец Ярика большой начальник на том же заводе, где Борис Борисов старший — я же говорю, у людей туго с фантазией — работал простым слесарем инструментальщиком. Плюс ко всему прочему отец еще и заводской парторг.

Так что проблем родителям моего недруга можно было устроить ну просто по щелчку пальца. Но Ярик молодец, по легкому пути не шёл.

А вот у Кольки Тимофеева, моего приятеля, никаких проблем с Борисовым не было. Как говорится, сказывалась классовая близость. Коля точно такой же хулиганистый раздолбай, только более приличный.

Вообще Ярик с Колькой ну очень разные, и по идее сын учительницы и большого начальника не должен дружить с таким, как Тимофеев, который отца своего не знает и мать которого работает уборщицей.

Наша с ним дружба — это на сто процентов продукт эпохи. Всё дело в том, что квартира родителям досталась не сразу целиком: изначально в той комнате, что сейчас целиком в моём распоряжении, и жили Колька с сестрой и матерью. А потом отец похлопотал, чтобы им выделили отдельную двушку в соседнем подъезде. Злые языки болтали, что сделал он это не за спасибо и, так как взять с простой уборщицы нечего, мать Кольки расплатилась, так сказать, натурой.

Само собой, это полная глупость, мама у Ярика намного привлекательней, да и вообще… В результате же мы получили квартиру целиком. Так что глупости всё это. Плюс отец по-настоящему хороший человек, он бы не стал заниматься ничем подобным.

В итоге Тимофеевы от нас съехали, а Колька так и остался моим лучшим другом.

И сейчас он, как и полагается другу, не стал молчать.

— Борян, спокойствие. Пусть на замене побудет. Ярик парень здоровый, может пригодиться.

— На замене? Ладно, Тимоха, — такое было у Кольки прозвище, — пусть посидит на замене. Мне не жалко.

Утряся все формальности — спорить с Борисовым никто не стал — мы двинули к полю.

* * *

Вообще это небольшой стадиончик с крохотными деревянными трибунами, гаревыми дорожками и ямой, наполненной песком симпатичного оранжевого цвета. «Стадион юных пионеров» — вот как он именовался официально.

На мой взгляд, название странное. Ну, какие еще могут быть пионеры, кроме как юными? Масло масляное какое-то получается, честное слово.

Впрочем, название не главное.

Главное то, что на этом крохотном стадиончике был свободный вход и полноразмерное футбольное поле с зеленым после ночного дождя газоном.

Впрочем, так его можно именовать весьма условно: выйдя на поле и наклонившись к траве, я понял, что никаким футбольным газоном тут даже и не пахло. Никакого дренажа и травы специальных сортов.

Просто ровная земля, на которой что выросло, то выросло. Скажите спасибо, что сорняков и колючек нет.

От мыслей о газоне меня отвлёк Борисов. Он своим трубным голосом громко наезжал на парня из параллельного класса.

— Так, Бледный, я что-то не понял. Ты говорил, что твой брательник придёт. И где он?

— Борян, у него не получилось.

— Это как не получилось? А как мы без него играть будем? У первой школы Федоров точно придёт. А мы без твоего брата, и вообще нас на одного меньше будет.

— Борян, так Ярик же есть. Он вместо старшего Бледного и сыграет.

Молодец Колька, сразу сообразил! Вот что значит друг.

— Ага, отличная замена. Ботаник вместо полузащитника Торпедо. Нет, нам он не нужен. Правильно, пацаны?

Ответом стал нестройный, но явно одобрительный гул. Борян не зря у нас в школе главный авторитет.

В итоге меня не взяли: этот амбал так крепко вбил себе в голову мысль о моей ненужности, что и слышать ничего не хотел.

Пока мы решали вопросы с составом, появились и наши соперники из первой школы. Последняя с моей четвертой всегда в контрах. Волейбол, футбол, хоккей, даже шахматы — мы постоянно сталкиваемся друг с другом на самых разных городских соревнованиях. Плюс школы еще и относительно рядом. Например, часть ребят из моего двора ходит в четвертую, как мы с Колькой, а часть — в первую. Так что соперничества хватает.

Как и предполагалось, наш соперник с серьезным усилением. У них в нападении будет бегать Олег Федоров, нападающий Торпедо, чей младший брат как раз и учится в первой школе. За нас должен был играть брат Андрюхи Бледного, но тот не смог. Так что сегодня мы явные аутсайдеры. Да еще и играем в меньшинстве.

Нет, если я всё-таки появлюсь на поле, то начнётся совсем другой футбол, но пока что придётся подождать.

Федоров, кстати, пришёл не с пустыми руками. На этом замечательном стадиончике ворота стояли без сетки и от этого смотрелись как-то сиротливо. В принципе, это логично: стоит оставить такую ценную вещь, как сетка, без присмотра, как какая-нибудь ушлая дамочка её тут же срежет и пустит на авоськи. Или приспособит на парник для дачи.

Так что да, сеток на воротах не было — их Федоров и принёс.

Минут десять мы вешали это сокровище на ворота, договорились о правилах, в принципе, ничего необычного. И понеслась…

* * *

Наверное, ребята из первой и без усиления смогли бы победить четвертую. Уровень у обеих школ примерно равный, но у наших соперников нет Боряна, который, пользуясь ростом, весом, силой и наглостью, требовал, чтобы игра у наших шла исключительно через него. Буквально все были обязаны отдавать этому амбалу мяч по первому требованию. Открыт он, закрыт — неважно. Борян требовал мяч всегда.

А учитывая то, что никаких навыков у него не было — не то что хороших или даже средних, вообще никаких — то получалось, что терял мяч наш «лидер» постоянно. Какая уж тут игра в нападении, когда всё всегда заканчивается тем, что этот альтернативно одаренный в любом случае запорет.

А вот у первой школы всё было наоборот в порядке. Федоров и сам играл и другим давал, конечно, речь шла об игроках его команды. У него на фоне обычных школьников класс был виден сразу. Если бы он захотел, то мог бы один наколотить в наши ворота штук пять только за первый тайм. Он мне показался крепким таким любителем, самое то для городских или даже областных соревнований соответствующего уровня.

Конечно, на фоне профи он бы потерялся, но так молодец. В футбол играть умеет.

В общем, первая школа старательно унижала четвертую, Борян практически матерился и обвинял всех вокруг, кроме себя, а я скучал на трибунах.

Не думал, что этот обещавший быть приятным день будет протекать вот так. Но ведь не драться же мне было с Боряном? За время, прошедшее с нашей с ним последней стычки, он раскабанел так, что ничем хорошим это бы не кончилось. Ладно, в конце концов, на этой игре свет клином не сошёлся. Никуда от меня мои шансы не денутся. Хотя подождите…

— Да вашу мать! Как же меня это достало! — дальше Борисов добавил еще более крепкие словечки. — Всё, мне надоело. Что я могу сделать, если вокруг одни кривоногие? С меня хватит! — разорался и свалил.

В том числе и потому, что у кромки поля замаячила парочка его приятелей с очень характерными бидонами. Память Ярика услужливо подсказала мне, что в таких в том числе носят пиво.

Оказывается, в этом времени есть странная для меня услуга. Здесь квас и пиво продают прямо на улицах на розлив. Из больших таких бочек на колесах, которые привозят на прицепе.

Точек, где продают эти напитки, в городе несколько, одна из них неподалёку от нашего дома, и летом я с Колькой частенько бегал через площадь с обязательной статуей Ленина к гастроному, рядом с которым и была стоянка этих бочек.

Так что скорее всего Борисова позвали какие-то его приятели распивать пенное. Что ж, тем лучше. Расходиться никто не собирался, и времени было еще полно.

— Всё, Слав, давай выходи на поле, — сказал подбежавший ко мне Колька, — или ты так и будешь тут штаны просиживать?

Ну, мне второе предложение и не требовалось.

Я быстренько выбежал на поле и занял позицию ближе к нашим воротам. Причём сделал я это специально. Именно в этой зоне играл Федоров, а я решил сыграть персонально против него. Так сказать, показать игроку одной из городских команд, что такое настоящая защита. То, что я всегда вообще-то играл форварда, меня не беспокоило, навыков у меня в любом случае достаточно.

* * *

Без Боряна игра в атаке у моей команды пошла лучше, и Колька, который бегал в полузащите, смог нанести неплохой удар по воротам первой школы. Правда, их вратарь его всё равно поймал, но это уже что-то.

Кипер наших соперников отдал мяч одному из своих защитников, тот сделал пас на свободного игрока в центральной зоне, и я увидел, что самым вероятным адресатом для следующей передачи будет как раз Федоров. И да, пас пошёл ему.

А я его перехватил! Всего-то нужно было занять правильную позицию и в нужный момент ускориться.

В итоге я опередил нападающего на долю секунды, но этого хватило.

Перехватил мяч и тут ускорился. Федоров не стал меня долго преследовать и переложил обязанность отобрать у меня мяч на своих защитников и полузащитников. Очень зря, хотя на самом деле и он бы не смог ничего со мной сделать.

Прокидываю мяч мимо одного игрока соперника, на скорости ухожу от другого, а потом финтами запутываю третьего, так что он в результате запнулся о собственные ноги и упал. А вот уже и угол штрафной.

Вратарь соперника выходит мне на встречу, но мне без разницы, что он делает.

Перекладываю мяч под удобную для себя ногу и бью по обводящей траектории. Вратарь даже не дернулся и только взглядом проводил мяч, который угодил точно в левую девятку. Есть!

— Слав, это что сейчас было? — У подбежавшего ко мне Кольки глаза были, как пять советских копеек.

— Как что? Гол.

— Я вижу, что гол. Как ты это всё сделал? Ты же дерево.

— Дерево? Ну спасибо. А еще лучший друг называется, — ответил я ему, пока мы вместе с остальными ребятами из четвертой возвращались на свою половину поля, — по-моему, неплохо получилось.

Федоров, к слову, тоже оценил то, как я перехватил мяч, а потом сделал сольный проход:

— Это было очень неплохо, молодец, — похвалил он меня.

— Спасибо, — коротко ответил я.

Я вернулся на свою позицию, соперники развели мяч в центре поля, и игра возобновилась.

В этот раз первая пошла в атаку по противоположному флангу. Её нападающий Олег, младший брат Федорова, получил мяч, обыграл одного из наших защитников и сделал передачу вдоль нашей штрафной. Передача предназначалась игроку, который выбегал на ударную позицию из глубины поля, но в итоге я стал её адресатом.

Когда Олег обыграл своего визави, я рванул на дугу штрафной — она едва виднелась в траве.

Рывок — и вот я снова с мячом. Направление движения я резко менять не стал и в итоге пошёл на чужую половину по широкой дуге. Первым, кого я обыграл, стал Олег Федоров, а потом на моём пути встали еще пятеро парней из первой. Никаких особенных финтов типа зидановского или тем более радуги я не делал — это было не нужно. Чтобы пройти до чужих ворот, мне хватило и обычного дриблинга, даже не очень скоростного.

Выхожу один на один с вратарём, бью с левой в противоход, и это уже 2:6.

* * *

2:6 через пять минут превратились в 3:6. Я в подкате отобрал мяч у игрока первой, отдал на Яшку из В класса и тут же получил обратный пас.

— Яша, красавчик, — успел я крикнуть партнеру, когда тот покатил мне. Потом, правда, стало не до криков. Я принял мяч и снова включил дриблинг.

И на этот раз Федоров-старший постарался сам отобрать у меня мяч.

Очень зря: прежде чем отдать пас на Кольку, который принял передачу уже в штрафной, я дважды обыграл этого «легионера», само собой, что, кроме него, от моего дриблинга пострадали и трое других игроков соперника.

Пас на Кольку у меня получился идеальным. Им я оставил не у дел еще одного полевого игрока и вратаря, который вышел мне навстречу.

Моему приятелю оставалось только попасть в пустые ворота.

* * *

В итоге мы выиграли 12:10. Нельзя одному закрыть всех соперников. Да я и не старался. Второй тайм я начал уже в нападении, заняв место центрального атакующего полузащитника. Идеальная позиция для игрока, у которого в арсенале есть не только скорость и удар с дриблингом, но и видение поля с пасом.

Из этих двенадцати на моём счету значилось 7 голов, плюс я сделал пять голевых передач. Вроде как неплохо.

Но это для обычного паренька неплохо. Мне же на самом деле гордиться нечем. Это же подростки и один единственный любитель. Было бы странно, если бы игра закончилась как-то иначе.

— Слава, верно? — спросил меня подошедший после игры Федоров.

— Ярослав, но да, можно и Слава.

— Игорь, — представился он и тут же продолжил, — а ты чего в начале на трибуне сидел?

— Да так, фору решил дать, — улыбаясь, ответил я. Услышав это, Игорь рассмеялся.

— У тебя получилось. Ты здорово играешь. Я такого никогда не видел. Ты где-то занимаешься? Играешь в юношеской команде?

— Да нет, нигде я не занимаюсь. И даже за школу не играю, — честно ответил я.

— Как? — Удивлению Федорова не было пределов.

— Так получилось, — философски ответил я и пожал плечами, — как-то пока не доводилось.

— Офигеть, — только и смог выдавить из себя Игорь.

* * *

После игры мы всей компанией пошли на пляж. Но не на тот, на котором я чуть было не утонул, а на другой, официальный, где администрация расстаралась и насыпала песок с одного из карьеров рядом с городом и поставила дежурить спасателей.

Река Зуша огибала центр города, и «правильный» пляж располагался километрах в двух от стадиона юных пионеров.

В результате добирались мы до него долго. Не потому, что игра отняла у кого-то много сил. Наоборот, этих самых сил у нас было в избытке.

Просто вокруг же лето! Последнее лето детства! В сентябре мы все пойдём в выпускной класс, а дальше уже у всех начнётся взрослая жизнь. С армией, институтами и прочими сомнительными радостями.

Вот мы и оттягивались по полной.

Поливальная машина показалась из-за поворота? Какая удача!

Это же считай бесплатный аттракцион!

У гастронома на улице продают мороженое? Отлично, дайте два! Бочка с квасом? Еще лучше!

Шумно, бестолково и очень-очень весело.

А потом мы-таки дошли до пляжа, где началось настоящее веселье. Ярик, то есть я, на самом деле неплохо умеет плавать. Почему теперь уже я тогда чуть было не утонул — настоящая загадка.

И думаю, это связано с моим вселением в его тело. Других объяснений нет.

На пляже я здорово развлекся, на другом берегу деревья росли вплотную к воде, и какие-то доброхоты привязали к особо прочным и толстым веткам тарзанки, сразу три штуки.

Само собой, довольные победители в полном составе переплыли реку, предупреждающие крики двух мужиков-спасателей мы проигнорировали и принялись сигать с этих тарзанок в воду, благо глубина позволяла.

Шуму мы, конечно, издавали много, но из-за того, что сегодня будний день, пляж не был заполнен народом, так что «стая шимпанзе» не помешала обычным советским гражданам.

Домой я, уставший и ужасно довольный собой, вернулся только под вечер.

И мама, и отец были уже дома. И не одни, помимо родителей на кухне сидел еще кто-то и разговаривал с отцом.

И когда я зашёл, разговор прервался и отец позвал меня:

— Слава, зайди, пожалуйста, нам надо поговорить.