Ты произвел на свет неведомое Нечто

И заложил в него частицу колдовства.

Порой соединял в себе тот человече

И ангела, и ведьму, и прелесть божества.

Ты сам не понимал, что вышло из-под крыльев —

Залатанных, но мощных. И буйных, как весна.

Откуда взялся мир – в котором Ты бессилен.

И как Твои черты копирует Она.

Ты с ужасом следил, как Нечто заблуждалось.

Ругал и обижался, что дури нет конца.

Оно цвело! И этим несло Тебе не радость,

А муки беспокойства и ревности отца.

Оно по свету мчалось, не следуя сценариям.

Ломало установки, меняло города.

Но шли за Нею следом волшебные сияния,

И думал Ты: «Наверно, Ее хранит Звезда…»

Ведь Ты не мог не знать о выборе туманном:

Быть непонятным Нечто – но смелым и живым,

Иль усредненным, сломанным… потерянным… – тем самым,

Кто в шестьдесят считает, что всё былое – дым,

А в тридцать, напиваясь, откинув грустный крест,

Желает лишь добить отравленную личность…

Ты произвел на свет не невесть что, отец,

А копию свою – в девическом обличьи.