Тенденция гуманизации уголовной политики и уголовного права в области назначения и исполнения наказания по своему проявлению многоаспектна. Существенная роль в данном процессе отводится развитию механизма позитивного стимулирования активного правопослушного поведения осужденных, осуществляемого путем поощрения. К числу важных и совершенствуемых поощрительных уголовно-правовых институтов относится замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания (далее – замена наказания). Учитывая современные условия и тенденции, разрешение актуальных проблем ее применения относится к числу важных задач, стоящих перед научным сообществом. Именно данному вопросу и посвящена настоящая статья.

Одной из проблем является возможность неоправданно «льготного» положения осужденных, злостно уклоняющихся от отбывания заменяющего наказания, назначенного в порядке применения ст. 80 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), регламентирующей рассматриваемую замену наказания. Для наглядности приведем пример из судебной практики.

Так, приговором Дзержинского районного суда г. Ярославля от 15 мая 2019 г. А. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к трем годам четырем месяцам лишения свободы. Постановлением Рыбинского городского суда Ярославской области от 9 декабря 2020 г. неотбытая часть наказания в виде лишения свободы сроком один год три месяца 12 дней заменена более мягким видом наказания в виде исправительных работ на срок 1 год 3 месяца 12 дней с удержанием в доход государства из заработной платы осужденного в размере 10 %. Однако постановлением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 20 января 2022 г. А. был признан злостно уклоняющимся от отбывания наказания в виде исправительных работ, в результате чего неотбытые 9 месяцев 4 дня исправительных работ были замены лишением свободы сроком на 3 месяца 1 день из расчета один день лишения свободы за три дня исправительных работ[193].

Как видно из приведенного примера, окончательный срок лишения свободы стал в несколько раз меньше, чем первоначально не отбытый срок. При этом очевидно неоправданны оказанное виновному лицу доверие, предоставление ему возможности социально адаптироваться и вести правомерный образ жизни при существенном сокращении уголовно-правовых ограничений[194]. Полагаем, это не отвечает требованиям справедливости, а также не соответствует публичному интересу (интересы государства, общества, потерпевших от совершения преступления) при реализации положений ст. 80 УК РФ.

Указанная ситуация стала возможной ввиду различных подходов к перерасчетам сроков наказаний. При замене наказания как мере ответственности за злостное уклонение от его отбывания и при замене наказания в порядке ст. 80 УК РФ применяются разные правила определения срока заменяющего наказания: в первом случае предполагается императивность (по сути, данные правила аккумулированы в ст. 71 УК РФ), во втором – широкая сфера судейского усмотрения при наличии некоторых ограничений.

Разрешить продемонстрированную проблему позволит установление условного характера применения замены наказания. Данная модель регулирования подразумевает, что в случае злостного уклонения осужденного от отбывания заменяющего наказания (например, в виде исправительных работ) суд по представлению органа или администрации учреждения, исполняющего наказание, может постановить об отмене указанной замены наказания и исполнении оставшейся неотбытой части наказания по приговору суда, то есть происходит возвращение к исходному положению. Если же лицо отбыло часть заменяющего наказания, это необходимо зачесть по правилам, предусмотренным ч. 1 ст. 71 УК РФ. Согласно такому подходу А. должен был бы в конечном счете отбывать наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год 1 месяц 9 дней.

К числу актуальных относится и проблема исчисления сроков для применения повторной замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания в контексте ч. 3² ст. 79 УК РФ. Исходя из сферы распространения замены наказания (она применяется в отношении лиц, отбывающих содержание в дисциплинарной воинской части, принудительные работы или лишение свободы), допускается ее повторное применение в отношении одного и того же осужденного: замена неотбытой части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания в виде принудительных работ, а после замена неотбытой части наказания в виде принудительных работ иным более мягким видом наказания. В соответствии со ст. 3² ст. 79 УК РФ, появившейся с принятием Федерального закона от 28.06.2022 № 200-ФЗ, для осужденного, в отношении которого была применена замена наказания более мягким видом наказания в виде принудительных работ, срок возможного условно-досрочного освобождения от отбывания наказания (далее – УДО) рассчитывается не от срока отбывания наказания в виде принудительных работ, а от срока наказания, определенного приговором суда.

В данном контексте важно отметить, что в сравнении с заменой наказания УДО является более решительным и значимым видом досрочного освобождения от дальнейшего отбывания наказания. Таким образом, исходя из принципа последовательности и постепенности применения поощрительных институтов, перспектива замены наказания должна быть ближе, нежели перспектива УДО.

В рамках действующего правового регулирования сроки для замены неотбытой части принудительных работ более мягким видом наказания лицу, в отношении которого ранее была применена ст. 80 УК РФ, рассчитываются от срока принудительных работ, назначенных в порядке первой замены наказания. Вследствие появления упомянутой новеллы у такого осужденного возможность УДО наступает раньше, нежели возможность замены неотбытой части принудительных работ более мягким видом наказания. В связи с этим, по нашему мнению, целесообразным является дополнить ст. 80 УК РФ ч. 2² следующего содержания: «2². Осужденному, которому неотбытая часть лишения свободы была заменена более мягким видом наказания в виде принудительных работ, срок наказания, после фактического отбытия которого может быть применена замена неотбытой части принудительных работ более мягким видом наказания, исчисляется с момента начала срока отбывания наказания, назначенного по приговору суда».

Иная проблема также связана с принципом последовательности и постепенности применения поощрительных институтов, но уже касается применения замены наказания в отношении несовершеннолетних. Для несовершеннолетних осужденных предусмотрена ст. 93 УК РФ, устанавливающая привилегированное формальное основание для применения УДО. Однако от аналогичного подхода в отношении замены наказания законодатель отказался. Как итог, для несовершеннолетних, осужденных за совершение тяжкого преступления, возможность УДО возникает раньше, чем возможность замены наказания (по отбытии не менее одной трети и не менее одной второй срока наказания соответственно).

С точки зрения А.Р. Гараевой, приведенное обстоятельство свидетельствует о недостаточно последовательно проведенной в уголовном законе систематизации норм, регламентирующих освобождение от наказания[195]. Считаем, что в целях разрешения сложившейся проблемы и повышения востребованности института замены наказания среди несовершеннолетних осужденных для данной категории лиц в УК РФ необходимо регламентировать специальную норму, в соответствии с которой замена наказания в отношении несовершеннолетних, осужденных за совершение тяжкого преступления, становится возможной по отбытии не менее одной трети срока наказания.

На основании вышеуказанного отметим следующее. Замена неотбытой части наказания является важным средством позитивного стимулирования активного правопослушного поведения осужденных. В целях ее совершенствования предлагается: ввести условный характер применения; дополнить ст. 80 УК РФ положением, аналогичным ч. 3² ст. 79 УК РФ; предусмотреть привилегированное формальное основание замены наказания для несовершеннолетних, осужденных за совершение тяжкого преступления.