В силу сравнительно небольших размеров ММР требуют лишь 7% площадей, занимаемых обычными ядерно-энергетическими установками.
Таким образом, атомной станции с тремя ММР потребуется 35 акров земли, тогда как обычной АЭС – 500 акров, а СЭС такой же мощности – до 4500 акров. Меньше и затраты топлива, поскольку ММР могут работать «без дозаправки» в три-четыре раза дольше, чем обычные реакторы.
В свою очередь, «модульность» позволяет стандартизировать и масштабировать выпуск установок, что в конечном счете снижает и стоимость генерации. А ведь именно величина стартовых капзатрат для многих стран подчас является главным препятствием при развитии атомной энергетики.
Согласно ряду оценок, 1000 МВт, вырабатываемые при использовании ММР, будут обходиться вдвое дешевле, чем у классических атомных генераций, – соответственно $2,5 млрд против $5 млрд для обычных АЭС.
Другое дело, что само налаживание производства ММР – весьма дорогостоящий проект, неподъемный для инвесторов с небольшими капиталами. Особенно в отсутствие или при неочевидности сколько-нибудь приемлемого спроса.
Наиболее вероятный драйвер развития ММР – программы, связанные с ИИ. А точнее, энергообеспечение центров обработки данных (ЦОД), необходимое для успешной и бесперебойной работы нейросетей и облачных сервисов (рис. 25).
Рис. 25
Капитальные затраты ведущих «гипермасштабируемых» или крупных центров обработки данных
Источник: Bank of America Global Research; Newmark Market Report
* Признана экстремистской организацией и запрещена на территории Российской Федерации. – Прим. ред.
Уже в 2022 г. во всем мире ЦОД потребляли примерно 460 000 ГВт·ч. А в ближайшее время этот показатель удвоится. В пользу такого прогноза говорит, в частности, 30%-ный среднегодовой прирост инвестиций в развитие ЦОД на протяжении последних пяти лет.
Большинство цифровых гигантов, солидаризируясь с зеленой повесткой, предпочитают использовать для питания своих дата-центров чистые генерации. Но ВЭС и СЭС не могут гарантировать бесперебойность энергоснабжения, в отличие от АЭС. Как раз ММР могут стать здесь оптимальным решением. А с учетом прогнозов динамики энергопотребления дата-центров им потребуется более 1000 таких установок мощностью 100 МВт.
При этом, согласно оценкам Минэнерго США, уже при наличии заказов на 12 ММР их производство становится рентабельным. А при сохранении спроса на уровне 5–10 установок в год их стоимость будет неуклонно снижаться.
В этой связи нельзя не отметить, что ММР могут применяться не только непосредственно для выработки электроэнергии, но и для следующего:
● теплообеспечения промышленных процессов (производства стали, цемента и химикатов), выступая в качестве альтернативы «грязному» ископаемому топливу;
● производства водорода в результате электролиза с использованием низкоуглеродной электроэнергии, генерируемой ММР;
● опреснения воды;
● замены котельных, работающих на ископаемом топливе, при теплоснабжении жилого сектора;
● использования в морских силовых установках для декарбонизации мирового судоходства;
● интеграции в гибридные энергетические системы, сочетающие атомную энергию с ВИЭ.
В настоящее время в 19 странах на разных стадиях разработки находится более 80 различных проектов, связанных с ММР. Но до стадии эксплуатации доведены только российский и китайский.
Отечественную плавучую станцию «Академик Ломоносов», состоящую из двух ММР мощностью 35 МВт, ввели в эксплуатацию в мае 2020 г. Начата работа над первым в России наземным ММР.
Китайский Shidao Bay (высокотемпературный газоохлаждаемый реактор мощностью 150 МВт) был запущен в 2023 г., а введение в строй ACP 100 Linglong One ожидается к 2026 г. (рис. 26).
Рис. 26
Сравнение длительности строительства ММР и обычных ядерных реакторов, лет
Источник: MacroPolo
Скептики могут заметить, что реализация упомянутых российского и китайского проектов потребовала вдвое больше времени, чем нужно для строительства обычной АЭС. Но, например, США в этом смысле продвигаются еще медленнее. Более того, американская компания NuScale отказалась от многообещающих планов по строительству генерации с использованием ММР вблизи Айдахо-Фолс из-за двукратного превышения первоначальной сметы – до $9,3 млрд, что также примерно вдвое превышает стоимость обычных АЭС.
Одно из системных препятствий, мешающих широкому внедрению ММР и, соответственно, снижению их стоимости, – многообразие предлагаемых конструкций. Сейчас их число достигает семи (рис. 27). Хотя наиболее популярна та, что использует подачу воды под давлением.
Рис. 27
Планируемые ММР по типу дизайна
Источник: MacroPolo
Очевидно, более широкое внедрение ММР невозможно без стандартизации и выработки единых подходов к производству установок. В этом смысле сложно переоценить вклад МАГАТЭ, на чьей базе можно было бы организовать обмен экспертными мнениями по всем аспектам, связанным с ММР.
Непременным следствием такого экспертного мозгового штурма должно стать формирование нормативно-правовой среды, способствующей оперативному лицензированию генераций, использующих ММР, но при этом отвечающих максимально жестким требованиям безопасности.
На этой же площадке было бы целесообразно организовать разработку моделей финансирования производств, связанных с ММР, предусматривающих привлечение как частных, так и государственных капиталов, а равно и их различных комбинаций.
Наконец, едва ли не самый важный момент – формирование позитивного общественного мнения. Спрос на ММР и, следовательно, стоимость этих установок, пожалуй, в наибольшей степени зависят от уровня лояльности населения по отношению к атомной энергетике.