Добравшись до крыши, Андрей активировал беспроводную миниатюрную камеру слежения и, не поднимая голову выше откоса, аккуратно уложил ее на нагретую солнцем поверхность. Пока остальные солдаты, расположившиеся чуть ниже на пожарной лестнице, внимательно следили за обстановкой, он включил связанный с камерой дисплей и шепотом проговорил:

– «Феникс», это Фенрир. Нужно снять пилота вертушки на крыше.

– Всем заткнуться, он мой, – отчеканил Константин. – Я отсюда не уеду, пока не прикончу хотя бы одного мудака.

– Жги, дядь Сатир.

– Ты вроде минировать хотел… – уточнил Морок.

– Птичка стоит слишком близко, мы будем как на ладони. Решил импровизировать.

– Малыш стал совсем большой, – раздался насмешливый голос Сатира.

Через секунду тело пилота вертолета неестественно дернулось и уперлось шлемом в боковое стекло.

– Отвяжите ее от стула, – приказал Зигзаг.

– Ты реально решил отпустить ее?! – Тасман крепче сжал автомат.

– Занимайся своими вопросами! А я займусь своими, – блондин дернул Леру за плечо, заставив подняться на ноги.

– Поаккуратнее! – Она, рискуя быть избитой или вообще застреленной, повернулась и резко ударила его в грудь.

– Дрянь! – закашлялся Зигзаг, и его пистолет с размаху угодил в левую скулу Пики, оставив кровавое рассечение.

Из ее глаз непроизвольно брызнули слезы, но Лера удержалась на ногах и угрожающе прищурилась, сжав челюсти. Ближайший из солдат с некоторой неохотой завел ее руки за спину, снова затянул стяжкой истерзанные в кровь запястья и быстро прошептал:

– Многие были против… Сожалею.

Цокнув языком, Лера уставилась в пустоту. Зигзаг заглянул в ноутбук и удовлетворенно потер ладони:

– Вы просили начать с ракет, госпожа Перовская… Что ж. Любой каприз. За ваши же деньги!

Его лязгающий смех ударил по барабанным перепонкам, а снизу донеслись первые выстрелы и автоматные очереди. Пики вздрогнула, инстинктивно вжав голову в плечи. Под жакетом и блузкой на ней была тонкая экспериментальная броня, но поймать случайную пулю в затылок хотелось меньше всего, особенно – в шаге от спасения.

Ухватив ее за локоть, Зигзаг прикрылся Лерой со стороны окна и что-то судорожно набирал на клавиатуре ноутбука. Пики с надеждой на чудо вглядывалась в небо и рассматривала крыши ближайших строений, беззвучно повторяя: «Он прямо за мной!»

– «Феникс», это Шаман. Вижу Пики в третьем окне с востока, – Илья, проморгавшись, сдвинул винтовку вбок и попытался присмотреться. Если с фокусировкой на тренажере он вполне сносно разделался, то вопрос с работой импланта в качестве прицела на дальние расстояния оставался для него открытым.

– Шаман, это Морок! – голос Дениса Морозова прерывался шумом боя. – Стреляй на поражение, если рядом с ней захватчик!

– Принял. Пытаюсь рассмотреть…

– Шаман, это Пуля, – Полина говорила тихо, но уверенно. – Выдохни до полного расфокуса. Дальше как на тренировке…

Архипов сделал глубокий вдох, максимально расслабил глазные мышцы и на счет три закрыл здоровый глаз. Имплант четко сработал, позволив ему разглядеть лицо Леры, шевелившей губами.

– Захватчик прямо за ней! – выдохнул Илья.

– Касатик, только не промахнись! – прохрипел Сатир.

Шаман плавно приблизил винтовку к лицу, отстегнул оптику и прицелился самостоятельно. За макушкой Леры еле заметной тенью с малой амплитудой из стороны в сторону двигался мужчина. Илья задержал дыхание, коснулся пальцем курка и…

– Какого… – Зигзаг выматерился, заметив, что связь пропала и ноутбук отключился от Сети. – Сука! – он бешено ударил ногой по столу и потащил Леру в глубь здания.

– «Феникс», это Шаман, – процедил Илья. – Цель не поражена.

– Блядство… «Феникс», это Сатир. Захватчик ушел от окон вместе с Пики. Мы ослеплены, придется вам самим.

В эфире в ответ на реплики снайперов раздалась оглушительная тишина.

– «Феникс»? – Костя постучал по крепко сидевшему в ухе наушнику.

– Они включили дополнительные глушилки. Наверное… – предположил Скай.

– Отряд Фенрира на крыше, – отозвалась Полина.

– Тогда смотрим в оба и подстраховываем, – Сатир прижал прицел к глазу. – Кто-нибудь знает, почему мы сами приперлись без дронов?

На втором этаже завода часть стекол с грохотом осыпалась вниз сотнями осколков от ощутимого взрыва.

– Как видишь, и без них справляются, – хмыкнул Скай.

Взрывная волна заставила Андрея и его спутников дрогнуть и припасть к крыше.

– «Феникс», это Фенрир! Мы готовы атаковать! – но Давыдов-младший тоже наткнулся на ответную тишину.

Оглянувшись на парней, он молча ткнул пальцем в ухо. Несколько человек, скрестив ладони, беззвучно подтвердили отсутствие связи.

– Зашибись…

Андрей бегло осмотрел рельеф крыши и знаками распределил отряд по укрытиям, оставив при себе двоих солдат для поддержки. Но стоило всем троим подняться на ноги и метнуться к спуску на технический этаж, как оттуда показались солдаты Чумы, тут же открывшие огонь.

– В бой!!! – проорал Андрей, кубарем прокатившись в сторону до небольшого выступа одного из десятков вентиляционных отверстий.

На крыше завязалась множественная стрельба, и воздух наполнился запахом пороха и гари.

– Поддерживаем малыша! – скомандовал Сатир. – Не тупим! Пулечка, милая, включайся!

Полина тяжело выдохнула, рассматривая сражение на крыше завода через прицел. «Две недели кошмаров… И все наладится…»

– Кто-нибудь мне объяснит, что происходит?! – гневное лицо Олега Ефимова, частично покрытое бордовыми пятнами бешенства, маячило на широком экране экстренного совещания с Министерством обороны. – Сегодня похороны президента или начало третьей мировой?!

– С чего вы взяли? – спокойно переспросил Моцарт.

– Кто дал приказ для пусков ракет?! Каковы последствия?!

– Сбой в системе управления, – еще спокойнее ответил замминистра обороны. – Обе активированные ракеты успешно обезврежены системами ПВО. Ноль жертв. Ноль разрушений.

– Куда упали осколки?!

– Какие осколки? Новейшие перехватчики уничтожают боеголовки в пыль.

– Если я узнаю, что вы что-то скрываете!!! Откуда сбой?! Нас взломали?! Я хочу, чтобы виновные были установлены сегодня же!!! И понесли наказание!

– Господин Ефимов, – снова отозвался Моцарт. – Мы работаем в штатном режиме. Ситуация взята под контроль. Поспешные выводы делать не нужно. Проведем стандартную процедуру проверки и направим вам подробный отчет.

Ефимов ударил кулаком по панели управления средствами закрытой связи и отключился. Восемь каменно-спокойных лиц мгновенно исчезли с экрана, и кабинет погрузился в тяжелую тишину. Нужные люди на звонки не отвечали. Зато снова пришло сообщение с повторяющимся текстом: «Почему до сих пор нет прогресса?» Олег сжал резервный спутниковый телефон в кулаке и еле сдержался, чтобы не швырнуть гаджет в стену.

Оказавшись на третьем этаже завода, Зигзаг потащил Леру в укрытие. Она намеренно спотыкалась и тормозила его, пока блондин не зарычал ей в ухо:

– Еще раз упадешь, и я тебя пристрелю!

– Лучше бы ты сотрудничал со мной, чем с теми, с кем сейчас даже связаться не можешь.

– Заткнись! – Зигзаг с размаху приложил Пики спиной в бетонную стену в небольшой нише, где до закрытия завода располагалось противопожарное оборудование.

– Поверь на слово, нет ничего ужаснее, чем оказаться жертвой чужих амбиций, – Лера понимала, что лучше замолчать, но ее жутко трясло от запредельного адреналина, и сарказм вырвался из-под контроля разума. – Как же я ошиблась в уровне твоего эмоционального интеллекта и в степени критического мышления.

– Хватит! – снова прошипел блондин. – Хватит!!! Еще слово, и я тебя грохну! – ствол уперся в сонную артерию Леры, и она вдруг почувствовала едко-горький запах пота, исходивший от гениального хакера вперемешку с кислым дыханием.

– И чего ты этим добьешься? Ради чего все это? Думаешь, меня некем заменить?

– Ни ты, ни я погоды не сделаем, – Зигзаг, стуча зубами, прижался к ее виску влажным лбом, и Лера подавила рвотный рефлекс. – Но после нас останется жирный цифровой след… «Феникс» – вот кого обвинят во взломе систем безопасности и развязывании войны. Ракеты уже летят, милая Пики. Твою армию… Всех вас ждут кресты, на которых вы будете распяты во имя нового порядка. Век наемников закончен. Ефимов вынесет вашей гнилой системе смертный приговор…

Андрей скрежетнул зубами, почувствовав острую боль в левом плече от меткого выстрела одного из «Жнецов», и перекатился к другому выступу на крыше.

Оглядевшись, он заметил, что стреляли не только непосредственные участники боя, но и… Фенрир выдернул из нагрудного кармана электронный бинокль и довольно ухмыльнулся: на соседних строениях работали их снайперы. Связи до сих пор не было. Снизу все еще раздавалась массированная стрельба, а до входа его отряду все так же оставалось не меньше пятидесяти метров. «Жнецы» в своем бешенстве напоминали ему загнанных в угол кошек, которым уже нечего было терять.

После секундного размышления Андрей поморщился, проглотив красную таблетку, вылил на лицо остатки воды из фляги и похлопал себя по карманам.

– Бинго…

Он выудил из бокового кармана штанов небольшой зеркальный кругляшок и, поймав солнечный луч, попытался привлечь внимание стрелка, замеченного им в бинокле.

– О, малышулик, – хмыкнул Сатир. – Ты чего отсвечиваешь? Жить надоело? Или… – снайпер всмотрелся в мощный оптический прицел. – Чего тебе надо?

Андрей подавал ему знаки пальцами, указывая на спуск с крыши.

– Кажется, он хочет, чтобы мы провели его до финиша, – отозвался Скай. – Они там до сих пор под глушилкой.

– Так, остроглазые мои. Давайте-ка поможем нашему новоявленному Рэмбо и прикроем его на пути к военному пьедесталу. – Сатир откашлялся и сплюнул в сторону, рискованно приподняв руку и показав Фенриру большой палец.

Тот, заметив ответную реакцию, широко улыбнулся, весь подобрался и приготовился к марш-броску, сжимая в обеих руках пистолеты.

– Макс меня точно вздрючит, – хмыкнул Костя. – Погнали!

В прошлый раз Фенрир устраивал бешеный забег еще по «Царь-Башне» в попытках поймать Злату. Сегодня было значительно светлее, и убить его жаждала не отвязная рыжая пигалица, а дюжина профессиональных наемников.

«Надо было на программиста учиться…» – мелькнула в воспаленном мозгу отчаянная мысль.

Андрей выдохнул через рот, снова набрал полные легкие свежего воздуха и, всей душой надеясь на поддержку снайперов, понесся поперек крыши под градом выстрелов.

«Жнецы», защищавшие спуск, вынужденно показывались из укрытий и тут же становились мишенями для команды Сатира и солдат Фенрира. Шум стрельбы теперь дополняли крики и стоны. В какой-то момент Андрей чуть не споткнулся и в ужасе оттолкнулся от поверхности, сделав сальто в воздухе, пока под ним катилась граната с выдернутой чекой. Через секунду раздался жуткий грохот, и в разные стороны полетели куски бетона и металлического покрытия.

Фенрир слепо падал куда-то и очень надеялся, что не несется с трех промышленных этажей вниз, на смертоносный асфальт. Где-то совсем близко раздавались щелчки новых выстрелов, мат и болезненные крики. Перед глазами плыло, в ушах пронзительно звенело, а голова жутко кружилась, и Андрею понадобилось не меньше тридцати секунд, чтобы очухаться. Под пальцами хлюпало что-то теплое и липкое. Фенрир поднял ладонь и попытался сфокусироваться.

«Кровь… Но вроде не моя…» – он повернул голову и уперся взглядом в мертвое лицо «жнеца», убитого кем-то из снайперов выстрелом в лоб.

До входа оставалось еще метров пятнадцать, но Андрей как ни пытался, не мог заставить себя встать из-за тошнотворного головокружения. Внезапно дверь распахнулась, и он с ужасом замер при виде незнакомца, тащившего за собой Леру в качестве живого щита.

– Заменить пилота! – рявкнул мужчина, и один из «жнецов» послушно метнулся к вертолету, выталкивая труп из кабины.

Сатир раздраженно дернул плечом:

– Ну? Чего все зависли?

– После взрыва видимость нулевая… – буркнул Скай.

– Кто-нибудь видит Фенрира?

– Я вижу… Охотника и… Морока, – неуверенно отозвалась Полина.

– О, старшеклассники явились.

– Шаман на связи. Вижу Фенрира. Вроде живой. Возможно, ранен. Лежит метрах в двенадцати к западу от вертушки.

– Там теперь взрослые дяденьки разберутся. Пуля, Скай, остальные – контролируйте периметр. Я и Шаман – ведем крышу.

– Стой! Игра окончена! – Денис, задыхаясь, пытался перекричать шум вертолета и догнать главного злодея.

– Игра только началась! Впереди самое интересное! – огрызнулся Зигзаг, остановившись спиной к сверкающей кабине и прячась за Лерой.

Та дрожащими губами изобразила на лице улыбку, впиваясь взглядом в Морока, который продолжал держать блондина на мушке, но мельком посматривал на Пики.

– Ты получил что хотел. Отпусти ее и проваливай.

– И не подумаю, – оскалился Зигзаг. – Ты уже один раз соврал, притащив сюда армию. Так что я имею полное право забрать свое слово и перейти к плану Б!

Ствол его пистолета на этот раз уперся Лере в затылок. Она распахнула глаза и беззвучно прошептала, глядя на Дениса: «Карина!»

– Не надо! – Морок вскинул руки, ладонями вперед. – Ее убийство ничего не изменит. И тебе ничего не даст!

– Зато вы все поплачете, – усмехнулся Зигзаг, медленно пятясь к вертолету.

– Остановись! Я открою тебе воздушный коридор. Метку одного из наших вертолетов. Тебя не тронут, потому что не распознают.

– Ну и зачем мне лететь в самое пекло? Я не собираюсь возвращаться в Москву.

– Ты не сможешь покинуть территорию области. Регион заблокирован.

Морок еле заметно перенес вес на правую ногу и слегка подался вперед, поглядывая на Леру, по щекам которой уже вовсю текли слезы, оставляя после себя светлые тропинки на покрытой пылью коже.

Макс, стоявший чуть позади, краем глаза заметил движение справа и, чтобы отвлечь внимание захватчика, включился в разговор:

– Принимай наши условия. Лучшего варианта у тебя не будет. Одно слово – и получишь метку вертолета «Феникса» и стопроцентную неприкосновенность.

На лице Зигзага мелькнула тень сомнений, но через секунду он еще крепче ухватился за Леру:

– И вам, конечно, ничего не помешает доложить в столицу о захваченной вертушке, чтобы меня сбили с земли. Нет. Мадам Перовская полетит со мной в качестве гарантии.

– Это бесполезно, – процедил Денис. – Минобороны плевать на ее сохранность. Вертолет собьют вместе с ней.

– Ну тогда я возьму и вашу куколку, и метку «Феникса»! – Блондин резко переместил пистолет с затылка Леры к ее правому виску. – Живо!

Сатир в сотый раз чертыхнулся:

– Шаман, видишь что-нибудь? Вертолет мне всю вечеринку загораживает! Почему он снова запущен?

– Внутри живой пилот. И сбоку стоят люди. Я не на самом удобном углу…

– Пуля! Что видишь на крыше?!

– О… – Полина перевела прицел с земли наверх. – Боже…

– Что там?! Не тупи!

– Ле… Лера в заложницах у… У какого-то мужчины, но я не могу его снять. Он загораживается ею. Я боюсь промахнуться.

– Это Шаман. Фенрир что-то показывает… – Илья заметил, что лежавший на крыше Андрей значительно приблизился к месту действия и теперь аккуратно качал пальцами правой руки, зажимая в левой «Лебедь». – Похоже, у него лучшая позиция!

– А что он, мать вашу, показывает?! – Сатир бесился от слепоты.

– Вертушку. Он крутит кистью, – уверенно ответила Пуля.

– Шаман, снимай пилота, – Костя в очередной раз попытался прицелиться сам, но лучи солнца слишком ярко отражались от кабины вертолета.

– Понял.

Преодолев головокружение, Фенрир незаметно подползал все ближе, надежно заглушаемый шумом лопастей. Он не был уверен, что снайперы продолжали следить за ним, но на всякий случай подавал знаки: «Ну же, дядь Сатир… Мы должны завершить начатое…»

Человек, державший Леру, постоянно что-то выкрикивал в споре с Мороком, которого Андрей не видел из-за разделявшей их вентиляционной установки. Потом к голосу Дениса добавились реплики отца. «Только не останавливайтесь… Я еще слишком далеко… – Фенрир почти не ощущал боли от ранения под действием таблеток и, сдвинувшись еще на пару метров, снова изобразил пальцами вертушку, не сводя взгляда с врага. – Сука, вы все ослепли, что ли? Снимайте пилота…»

– Живо! – проорал Зигзаг. – Метку!!!

Денис боковым зрением заметил кого-то из своих солдат, но не видел, кто именно целился во врага из укрытия. В следующий момент раздался гулкий щелчок, и убитый выстрелом пилот завалился на бок. Блондин от отчаяния свирепо зарычал, готовясь выстрелить в ответ, но Морок, рискуя собственным черепом, оттолкнулся ногой от поверхности, протянув руки к Пики.

Над головой грохнул еще один оглушающий выстрел, и Денис, схватив Леру, вывернулся, чтобы не упасть на нее сверху. Приземлившись лопатками на бетон, Морок замер и никак не мог заставить себя открыть глаза, предчувствуя ужасный исход…