Арчи нарушил утреннюю сонную атмосферу в кабинете Леры и Макса:

– Хорош зевать! Новые гелики готовы! Погнали‑погнали!

Лера, рассказывавшая Святославу о порядке работы с клиентами, зажмурилась и медленно произнесла:

– Ты на коксе, что ли? Какие гелики?

– Новые! Три штуки, три бронированных черных красавчика!

– И это повод так орать?

Макс и Свят еле сдерживали смех, но по их трясущимся плечам было ясно, что они готовы расхохотаться.

Арчи недовольно прищурился:

– Вы трое. Едете со мной. Нам нужно срочно забрать их, чтобы я успел все оформить до отъезда.

– Мы вообще‑то работаем…

– Макс, ты глухой, что ли? Три. Новых. гелика. Вообще новых. Самых новых. Их на всю Москву три. И все наши.

Макс изогнул бровь и покачал головой:

– Это ты нас сейчас типа соблазняешь?

Лера захлопнула ноутбук:

– Погнали.

– А Денис не будет потом выяснять, куда мы все слились?

Арчи хохотнул:

– О, я понял. Ты тот, кто оставался в кабинете, когда весь класс сбегал с уроков в кино.

Свят обиженно нахмурился:

– Неправда. Я всегда легко поддавался дурному влиянию.

* * *

– Почему я за рулем? – Лера плавно выезжала с парковки на улицу на одном из свободных «Гелендвагенов».

– Потому что ты, куколка, младше всех.

Арчи повернулся назад к Святу:

– Ездил когда‑нибудь на таком?

– Нет.

– Ничего не потерял, – хмыкнул Макс.

Лера кивнула:

– Точно.

– Да пошли вы. – Арчи насупился и отвернулся в окно. Но потом его посетила интересная мысль, и он снова посмотрел на Святослава: – Вы же с Пики работали в одной конторе? И потом сотрудничали. Ты что‑нибудь слышал о ней?

Лера от неожиданности дернула руль:

– А это тут при чем?

Свят попеременно смотрел то на Арчи, то на нее.

– Да ладно! Мне интересно. Или тебе есть что скрывать, красотуль?

Лера глянула на Свята через зеркало и спокойно махнула рукой:

– Я была крутым спецом. Рассказывай.

Тот откашлялся и с сомнением произнес:

– Э… Ну, слухи разные ходили. Не уверен, что оно того стоит.

– Слухи?

Арчи приосанился:

– Так‑так‑так! Выкладывай! Мне прямо жутко интересно, какой была Пики до прихода к нам.

Макс молча покачал головой и уткнулся в телефон.

– В канун первого моего новогоднего корпоратива все вспоминали твой карнавальный наряд.

Лера вздохнула и перестроилась в крайний правый ряд, чтобы съехать по развязке.

– И кем она была? Женщиной‑кошкой?

– Да. В… в кожаной БДСМ‑маске.

Глаза Арчи округлились:

– Серьезно?!

– Да, – процедила Лера. – С хлыстом и в платье из секс‑шопа.

Макс поперхнулся и поднял на нее взгляд. Кельт расплылся в пошлой ухмылке:

– А Соколик в курсе?

– А ты думаешь, кожаные платья в моем гардеробе появляются по моему желанию?

– Ха‑ха! Погодите! А еще что говорили?

Святослава стала постепенно забавлять тема разговора.

– О свободных взглядах Леры на построение карьеры.

– В смысле? – Лера нахмурилась еще сильнее.

– Говорили, что ты спала с Багрянцевым, чтобы получить должность руководителя бэк‑офиса.

В машине повисла тишина. Макс снова уткнулся в телефон, не желая перетирать старые сплетни, к которым не имел никакого отношения. Арчи, зная всю подноготную, наморщился и сильно пожалел о своей забавной затее расспросить Свята. Лера медленно моргнула и сжала руль так сильно, что костяшки пальцев побелели.

– А про железную дисциплину и дополнительные четыреста миллионов выручки за счет моих методов работы никто случайно не упоминал?

Ткаченко хмыкнул:

– Нет. Но я анализировал финансовые показатели того года и заметил резкий скачок продаж. Когда попытался уточнить у Стаса, что это было, он ответил, что без понятия. Согласись, странные слова из уст коммерческого директора.

– Мне плевать на его слова.

Поняв, что своими ответами задел Леру за живое, он попытался перевести тему в более приятное русло и спросил:

– А как ты после строительства и архитектуры оказалась в частном агентстве безопасности?

Лера саркастично вскинула бровь и посмотрела на Святослава через зеркало:

– Переспала с соучредителем.

Арчи и Макс, как ни старались, не смогли сдержать смешки. Свят склонил голову набок:

– Сплетни сами собой не возникают. Понимаю, тебе обидно. Но я не ставил своей целью тебя задеть. Продаю, за что купил. Не подрисовывая и не приукрашивая. И не я начал этот разговор. Я вообще, если ты заметила, пытался уйти от ответа и свернуть с этой темы подальше от сплетен. Поэтому, думаю, мы могли бы вернуться к более ровному и дружескому тону, нет?

– Да. Мы могли бы все дружно заткнуться.

Арчи потянулся к кнопке переключения радиостанций, но Лера угрожающе посмотрела на него.

– Ладно тебе, не злись, красотуль. Мы все знаем, что ты профи, а не постельная карьеристка. И все знаем, что Дэн доволен твоей работой.

– Я, кажется, попросила всех заткнуться.

Непрошеные воспоминания о годах работы в «СтандартТехноСтрое» накрыли Леру холодной волной болезненных воспоминаний. И конечно, она даже подумать не могла, что за ней тянулся такой несправедливый шлейф.

– Если все это неправда, почему ты так болезненно реагируешь?

Остановившись на светофоре, Лера медленно выдохнула и запрокинула голову, коснувшись затылком подголовника:

– Если все это неправда, почему ты продолжаешь докапываться?

– М-м-м… Понятно, почему клиенты «Феникса» трепещут перед тобой. Если ты общаешься с ними в такой же манере, то…

– Зайчик, поверь. Трепещут они не из‑за этого. Я могу хоть прямо тут, посреди Тверской, лечь на асфальт. И мне слова против никто не скажет.

Свят мгновенно заглотил наживку:

– С учетом этой пробки – сомневаюсь.

Арчи насторожился. Макс расплылся в улыбке.

– Спорим? – Лера, не отрывая взгляд от дороги, протянула ладонь.

– Не спорь с ней. Не надо, – предупредил Арчи.

Ткаченко смотрел куда‑то в сторону несколько секунд:

– То есть ты прямо сейчас ляжешь на асфальт проезжей части тут, на Тверской? И утверждаешь, что никто тебе ничего не скажет?

Лера покачала головой:

– Не скажут ничего против.

– Не надо, Санта! Она никогда не спорит, если не уверена в победе.

Свят снова посмотрел в ему одному известном направлении и усмехнулся:

– Я тоже. – Он пожал руку Леры, на которой мягко поблескивал тонкий браслет со стилизованным листиком клевера.

Арчи закатил глаза и уронил голову на колени:

– Я тебя предупреждал.

– На что спорим?

– Не знаю, на что ты обычно споришь?

– На сто тысяч.

– Идет.

Лера ехидно глянула на него через зеркало и начала ритмично надавливать на педаль тормоза, сотрясая внедорожник, а потом включила аварийку и поставила машину на ручник:

– Наслаждайся своим поражением, Санта. – Открыв дверь, Лера изобразила на лице растерянный испуг и обошла «Гелендваген». С извиняющейся улыбкой она смотрела на водителей, которым пришлось объехать ее, потом открыла багажник и достала все необходимое для победы. Установив на асфальт знак аварийной остановки, она несколько раз отрицательно покачала головой в ответ на предложения помочь ей и встала перед капотом.

Водители с осуждающим подозрением косились на продолжавшего сидеть в машине Арчи. В итоге он все же вылез и встал рядом с Лерой.

Макс с любопытством наблюдал за происходящим. Святослав задумчиво улыбался. Пики, не теряя времени, послала им обоим воздушный поцелуй и раскрутила перед «Гелендвагеном» пенистый коврик, немного задвинув его под капот. А потом легла и сделала вид, будто пыталась выявить поломку.

– Гениально, – выдохнул Макс. – Кажется, ты проиграл.

Но Свят ухмыльнулся и покачал головой. Проезжавшие мимо водители откровенно пялились на все происходящее, и Арчи с глупой улыбкой кивал и показывал всем большие пальцы вверх.

– Кажется, я не проиграл.

Сзади сверкнули проблесковые маячки и раздались сигнальные звуки полицейского кортежа. Макс удивленно повернулся к Святу и хохотнул:

– Ты знал?!

Тот удовлетворенно кивнул и продолжил наблюдать за разворачивающейся сценой. Справа от них остановился полицейский «Мерседес», из которого вышел сотрудник в форме:

– Добрый день. Капитан полиции Алексей Митрохин. Поясните причину остановки.

– Неужели пиковая королева промахнулась? – Макс не мог поверить, что Лера проиграла спор.

Арчи с улыбкой отошел в сторону и молча указал на лежавшую под машиной Пики. Капитан несколько секунд удивленно переводил взгляд с декольте атласного черного платья на лакированные туфли и их тонкие длинные шпильки, а потом присел на корточки и спросил:

– Что произошло? Вам нужна помощь?

Не сдержавшись, Макс расхохотался и ткнул кулаком в плечо Ткаченко:

– Готовь сотку, друг.

Лера высунула голову и смущенно улыбнулась:

– Алексей, прошу прощения, но мне упорно кажется, что где‑то под капотом мяукает кошка! Но мой… мой упрямый муж мне не верит! – Она указала взглядом на Арчи.

Капитан почесал висок:

– Может быть, стоит открыть капот и посмотреть сверху?

– Буду вам крайне благодарна!

Святослав уныло наблюдал, как Арчи поднял капот и вместе с полицейским нагнулся к моторному отсеку.

Затор становился все объемнее: одну полосу занимал их черный матовый «Гелендваген», вторую – полицейский кортеж. Но никто и не думал недовольно сигналить. Через пару минут Арчи захлопнул капот. Капитан подал руку Лере, помогая ей встать и бросая короткие взгляды на вырез платья, и с дурашливой улыбкой кивнул:

– Возможно, вам действительно показалось. Но лучше лишний раз перепроверить, чем попасть на дорогостоящий ремонт.

– Я всегда об этом твержу! Спасибо, Алексей.

– Будьте аккуратны на дороге. Хорошего дня! – Он снова ей улыбнулся, пожал руку Арчи и сел обратно в служебный автомобиль. Кортеж тронулся с места, а дьявольски усмехнувшаяся Лера скрутила пенку и убрала ее вместе со знаком обратно в багажник.

– Карта привязана к моему номеру. – Она выключила аварийку и нажала на газ.

– Я предупреждал. Нельзя спорить с Пики. Особенно когда она в таком настроении. – Арчи опустил стекло и закурил.

– Конечно, – улыбнулся Макс, – когда сам разок обжегся.

– Это Сокол меня подбил!

– Да‑да…

Святослав молча достал телефон, и через несколько секунд айфон Леры отозвался уведомлением о пополнении счета.

– Я не учел фактор твоей эффектной внешности. Будь на твоем месте парень, они бы так не церемонились.

– Ты согласился на спор, надеясь на полицейский кортеж? – Лера хохотнула.

– Да. Я видел их в зеркале и был уверен, что они потребуют убрать машину и не мешать движению. – Он поморщился и побежденно улыбнулся ей.

Лера примирительно кивнула:

– Не всегда все происходит так, как мы предполагаем. Даже если уверены в своей правоте на сто процентов.

– Все, хватит трепаться! А то ты сейчас поворот проедешь.

Пики показала Арчи язык и припарковалась у нужного автосалона.

* * *

– Привет, именинник!

– Здравствуй, дорогая.

– С днем рождения! Что тебе привезти из Питера?

Волохов, зевая, потянулся и чуть не выронил спросонок телефон:

– Что угодно, только не дождь. Не хочу в субботу заталкивать весь «Феникс» в дом.

Софи рассмеялась в трубку:

– Постараюсь! До скорой встречи.

Даниил сел и посмотрел в окно:

– Сорокет… – Внутри пульсировало какое‑то неприятное ощущение, будто он что‑то упускал. Какую‑то важную часть существования. Усмехнувшись, он покачал головой. Волохов лукавил. Он все прекрасно понимал. Но отказываться от привычного образа жизни, от полной свободы действий, от отсутствия необходимости идти на уступки и компромиссы он тоже не хотел.

Странный коктейль из тяги к постоянству и желания оберегать свою самодостаточность вылился в квазиотношения с Марго. Волохов уже давно перестал понимать, во что они играют. И играют ли? Делают вид, что нужны друг другу? Или, наоборот, делают вид, что ничего такого не происходит? Почему он не прекратил ездить в клуб, узнав, кто она? Почему не прекратил, женившись на Софи? Волохов рисковал успехом всей задумки с наследством. Если до Якова дойдут слухи, что брак всего лишь сделка, он продаст заводы.

В конце концов, можно было бы сесть и откровенно поговорить с Софи. Предложить ей ровно столько, сколько он мог ей дать: приятное общение и качественный секс. Тогда можно будет закрыть вопрос с Марго и спокойно в свое удовольствие ждать, пока старикан сыграет в ящик.

Но при мысли о том, что придется отпустить блондинку и она дважды в месяц будет удовлетворять кого‑то еще, глядя в чьи‑то другие глаза во время оргазма, Волохов чувствовал жар бешенства на затылке.

– Какой‑то бред…

Телефон звякнул коротким сообщением от Леры:

С юбилеем, мой прекрасный Рыцарь Готэма!

Волохов удивленно уставился на экран и через полминуты ответил:

Спасибо! Я думал, твой прекрасный тот, что с крыльями.

Да брось. У меня целый «Феникс» прекрасных… И все уедут через несколько дней…

Месяц быстро пролетит. Не грусти.

Это их выбор, то, чем им больше всего на свете нравится заниматься.

Лишишь их войны – и они задохнутся.

Знаю… Но не задохнуться бы самой.

Ладно, поеду за твоим подарком.

Надеюсь, мы не промахнулись с выбором!

Только не Blue Label![13]

У тебя и так целый шкаф алкоголя! Мы пошли другим путем.

* * *

К обеду журнальный стол в кабинете Волохова был целиком занят доставленными подарками от клиентов и партнеров по бизнесу. Ответив на очередное письмо, он с легким прищуром уставился на кучу коробочек и пакетиков.

Закрыв дверь на ключ, Даниил уселся на диван и начал распаковывать презенты один за одним. В основном это были сертификаты во всякие мужские бутики, элитный алкоголь, пара коллекционных книг об истории юриспруденции, дорогие перьевые ручки… И тут он дошел до небольшого черного бумажного пакета с глянцевым тиснением. Внутри оказалась плоская бархатная коробочка. Волохов аккуратно открыл ее. Под алой атласной лентой лежала серебряная именная карта и матовая визитка с пояснением:

«Господин Волохов! Фитнес‑клуб Serenity поздравляет вас с юбилеем и дарит годовой VIP‑абонемент с безлимитным доступом ко всем спортивным программам и индивидуальным занятиям с любым из тренеров. Подробнее ознакомиться с нашим предложением вы можете, отсканировав QR‑код на вашей карте. С наилучшими пожеланиями, Serenity».

Немного поразмыслив, Даниил вспомнил, что это за клуб.

– Ох, Марго…

Не успев понять, как это произошло, Волохов открыл чат и написал ей:

Сегодня в 23:00, Воронцовская, дом 7, строение 2. Служебная парковка.

Та молчаливо поставила лайк его сообщению.

Оглядев кабинет, он подошел к камину. Пододвинул поленья. Открыв шкаф, убедился, что бокалы на месте. С нижней полки достал плед и кинул его на диван. Еще полгода назад Даниил достаточно часто оставался в офисе на ночь. Но сейчас предпочитал основную массу вопросов делегировать своему помощнику и другим юристам бюро, чтобы больше не работать на износ и всегда быть в здравом уме. Особенно после ситуации с Багрянцевым.

Телефон на столе глухо завибрировал.

– Привет, Денис.

– С днем рождения, Даниил.

– Спасибо. В субботу вас всех ждать? Или кто‑то снова сольется?

Морок хмыкнул:

– В этот раз будем в полном составе. Одиннадцать человек.

Волохов прищурился:

– Я думал, вас десять.

– Ну… Ты же звал всех с подружками. А наш Макс таки очаровал Вету Дюканж. Поэтому одиннадцать.

– Хо‑хо! А он реально парень не промах. Тяжело ему придется, конечно. Если дойдет до знакомства с потенциальной тещей.

– Почему?

– Ольга Дюканж – диктатор в юбке. Ее муж‑француз сбежал от нее в Париж еще лет десять назад и руководит своими московскими ресторанами издалека.

– Может быть, не она диктатор, а он слизняк?

– Я тоже так думал, пока не познакомился с ним лично. Нормальный мужик, опытный бизнесмен, строит персонал одним взглядом. А вот с женой потерпел поражение.

– Думаю, Макс справится. Все‑таки он строит отношения не с Ольгой, а с ее дочерью.

– Буду аплодировать стоя!

Завершив разговор, Даниил растер переносицу. Несмотря на популярные суеверия, он все же решил отпраздновать сорокалетие. И теперь осознал, что за столом будет тринадцать человек…

– Надеюсь, вы мне не черную кошку подарите.

* * *

В шесть вечера в кабинет к Волохову заглянула секретарша. Он забрал у нее документы на подпись и отпустил домой, пообещав самостоятельно закрыть офис и включить сигнализацию.

Даниил снял пиджак, освободился от галстука и закатал рукава черной рубашки. Плеснув себе немного виски и наполнив тарелку закусками, оставшимися после офисного празднования его юбилея, он расслабленно устроился в кресле и неторопливо листал подаренную книгу. Но насладиться качеством коллекционного издания ему не удалось. Раздался тихий стук в дверь.

Волохов посмотрел на часы. Для Марго было еще рано, а для клиентов – уже поздно. Он открыл дверь и замер от смешанного чувства неожиданности, раздражения и иронии.

– С днем рождения, милый. – Вера протягивала ему небольшой темно‑синий пакет и соблазнительно улыбалась.

– О, не стоило так себя утруждать.

– Для меня это в радость.

Волохов забрал подарок и продолжал смотреть на нее сверху вниз. Вера глянула через его плечо и повернула голову набок:

– Не пригласишь?

Даниил затылком услышал предостерегающий голос Стаса:

– Нет. Даже не думай!

– С какой целью?

– Ну… – Вера медленно опустила взгляд с его губ вниз по торсу и остановилась где‑то в районе пряжки ремня, а потом снова посмотрела ему в лицо.

– Я понял, – хмыкнул Стас. – Ты решил отметить сорокалетие сексом втроем? И тройным объемом проблем? Волохов, хоть раз в жизни возобладай над своей чертовой похотью!

– Вера, я все еще придерживаюсь мнения, что это дурная идея.

– Почему? Тут никого нет, кроме нас. Много времени это не займет. Зато останутся приятные воспоминания…

Даниил внимательнее всмотрелся в ее лицо:

– Что с твоими зрачками?

– А что с ними? – Вера непонимающе улыбнулась.

– Тут не настолько темно. Ты под чем‑то?

– Любимый, ты такой наблюдательный… – Она провела ладонями вверх по его груди и обняла за шею, плотно прижавшись к Волохову.

Тот не пошевелился. Только левая бровь приподнялась от неожиданного обращения.

– Вера, езжай домой.

– Не хочу…

– Что ты приняла?

– Ничего особенного…

– Что?

– Волшебный порошок… Как‑то взгрустнулось к вечеру.

Даниил раздраженно вздохнул и прикрыл глаза.

– Чего ты медлишь? Вызови ей такси, пусть валит отсюда, – Багрянцев и не думал униматься. – Мазур, конечно, тебе не ровня, но и с ним можно выхватить лишних проблем! Тем более что он знается с Ярославом. А там и до Якова рукой подать.

Волохов открыл глаза и не успел ничего сказать, как Вера потянула его к себе и жадно поцеловала. От нее пахло ее бессменным «Ж’Адор» и алкоголем. Он попытался отстраниться, но она только крепче ухватилась за ворот его рубашки.

– Черт, Вера! Ты с головой совсем не дружишь?! Кокс и алкоголь?! У тебя что, есть сердце про запас?

– Не будь занудой, а? Я выпила всего пару бокалов шампанского.

Даниил снова попытался убрать ее руки со своей шеи:

– Вера, езжай домой, проспись.

– Даже не пытайся притвориться, будто не хочешь… – Она, не отрываясь, смотрела на его напряженно сжатые губы. – Твой поцелуй несколько дней назад был слишком говорящим. Он выдал тебя с потрохами.

– Хотеть и сделать – разные вещи.

– Ну же, Волохов. Давай закроем гештальт и поставим яркую точку в наших отношениях.

Из глубины кабинета снова раздался насмешливый голос Стаса:

– О чем я и говорил: ностальгический секс. Не соглашайся!

– Вера, мне кажется, ты хочешь не точку поставить, а начать новую главу.

– Тебе кажется. Через неделю мы уезжаем в Варшаву, и теперь уже надолго.

– Скатертью дорожка! Волохов! Хватит думать членом!

Но он уже не слышал Стаса. Судорожно целуя Веру, он захлопнул дверь и на ощупь закрыл замок. Вера, жадно покусывая его за нижнюю губу, расстегивала пуговицы на его рубашке, пока Даниил боролся с молнией платья на ее спине. Добравшись до дивана, Волохов рухнул на него и притянул к себе полуобнаженную Веру. Реальность поблекла, вместо нее перед глазами всплывали шикарные пустынные закаты и широкий капот белого «БМВ».

Вера через силу оторвалась от него и мягко соскользнула на пол, встав на колени и дернув пряжку брючного ремня. Она игриво поглядывала на запрокинувшего голову Даниила, который резко дернулся, почувствовав ее мягкие губы на члене.

Он посмотрел на нее сверху вниз и зарылся ладонями в копну ее гладких каштановых волос. Вера тихо постанывала, постепенно наращивая темп и помогая себе рукой. Волохов чувствовал, что скоро кончит, и ему совсем не хотелось прерывать ее на середине процесса. Через пару минут по его телу пробежала горячая дрожь, мышцы пресса задергались, и он с рыком простонал от наслаждения.

– Да… д… – Вера как‑то странно вздрогнула и осела, хватаясь за ногу Даниила.

Он с подозрением уставился на ее быстро бледнеющее лицо и не сразу понял, что произошло.

– Эй! Вера!

Она ослабила хватку и без сознания рухнула на пол.

– Черт, Вера! Что за шутки?! – Кое‑как одевшись, Даниил схватил ее за плечи и затряс.

– Ого… Вот это финал! – Стас выглянул из‑за его спины.

– Заткнись! – Волохов на мгновение зажмурился, пытаясь отключить голос Багрянцева в своей голове.

Вера не дышала. Он приложил ухо к ее груди. Сердце не билось.

– Да чтоб тебя… – Он сложил ладони на ее грудной клетке и попытался реанимировать. Быстро и ритмично давя ладонями, Волохов старался не сбиться со счета.

На тридцати он прервался и дважды выдохнул ей в рот.

Еще тридцать раз…

Еще два выдоха…

Еще тридцать раз…

Еще два выдоха…

– А ты смотрел «Криминальное чтиво»? Может, кольнуть ей адреналин?

Волохов продолжал, не обращая внимания на издевки Стаса.

– Ну же… Идиотка… Давай! – На лбу Даниила выступили капли пота, мышцы спины ныли, перед глазами уже все плыло.

– Хватит.

– Отвали…

– Хватит, Волохов! Тебя сейчас самого инфаркт накроет. Она мертва.

Тот прекратил терзать бездыханное тело Веры и обессиленно привалился спиной к дивану.

– Время смерти – 18:36.

– Черт. Черт… Черт!

Отдышавшись, Даниил встал на ноги и начал лихорадочно соображать, что делать. Открыв замок, он выглянул в просторное помещение бюро. К счастью, его сотрудники не имели привычки задерживаться после шести. Волохов подошел к входной двери и закрыл ее изнутри.

– Так… А на чем ты приехала? – Он посмотрел в окно. Поковырявшись в памяти, вспомнил, что Вера приезжала к ресторану на серебристой «Ауди А6». Ничего похожего рядом с офисом припарковано не было. – Так ведь ты была под кайфом… – Он вернулся в кабинет и нашарил в сумке Веры телефон. Приподняв ее в вертикальное положение, он разблокировал айфон через Face ID и посмотрел последние открытые приложения.

– Такси… Ну?

Последний заказ был оформлен от Тверской до Котельнической набережной.

– Ну хоть тут ты догадалась. – Даниил присел на край кресла, после пары минут раздумий взял со стола свой телефон и позвонил Денису.

– Уже соскучился?

– Дэн, ты в офисе?

– Да, аттестую очередных новичков, а что?

– Я могу подъехать в течение… м-м-м… через полчаса?

– Э… А что случилось? Что‑то срочное?

– Да. Кое‑какие уточнения от клиента.

– А по телефону не сможешь их пояснить?

– Нет.

– Хорошо, приезжай…

– Отлично. Спасибо.

Волохов посмотрел в окно. Его «Лексус» был припаркован практически у самого служебного выхода, надежно закрытый высокой изгородью от посторонних глаз.

– Камеры не проблема.

– Мне нравится твой план.

– Багрянцев, потеряйся. И без тебя весело.

– Я не могу пропустить такое шоу!

Даниил с трудом натянул платье на Веру, вышел на парковку через служебную дверь и открыл багажник машины. Еще раз оглядевшись, он вернулся в кабинет, подхватил мертвую госпожу Мазур на руки, не забыв про ее сумку и телефон. Быстро уложив тело в багажник, он захлопнул крышку и закрыл служебный вход на ключ, но на сигнализацию офис решил не ставить.

Через двадцать пять минут Волохов въехал на подземную парковку «Феникса» и взбежал по лестнице к офису.

– Привет. А где все?

– Посмели закончить рабочий день и вернуться домой. – Денис был в приподнятом настроении.

– Отлично. – Даниил рухнул в кресло напротив его стола и медленно выдохнул.

– Ты что, бежал сюда?

– Почти. Мне нужно по‑тихому избавиться от тела.

Улыбавшийся Денис осекся и удивленно уставился на своего всегда спокойного адвоката, которого на этот раз била мелкая дрожь.

– Чего?

– Мне нужно. Избавиться. От трупа.

– Слушай, ты вообще перестал фильтровать клиентов? Не боишься за лицензию? И за собственную свободу?

– Это никак не связано с моими клиентами. Мне нужен номер телефона тех ребят, которые решили вопрос с Багрянцевым.

Денис скептически прищурился и откинулся на спинку кресла:

– Ты прекрасно знаешь, что я не могу раздавать их координаты направо и налево.

– Я не право и не лево. Я твой юрист и куратор от Федотова.

– Что произошло?

– В моем кабинете умер человек.

– Так вызвал бы полицию. Или он умер от твоей руки?

– Нет. Сам по себе. Сердце остановилось.

– Волохов, ты меня пугаешь. Если ты непричастен, почему просто не вызвать копов? Такое случается, люди внезапно умирают на улице, в офисе, в маг…

– Никто не должен знать! Дэн, пожалуйста. Просто помоги мне связаться с нужными людьми. – Волохов нервно барабанил пальцами по столу и не моргая смотрел на Морока.

– Сначала расскажи мне, что произошло. От начала и до конца. Я должен понимать, какие есть риски, чтобы не подставить людей и не подставиться самому. Без обид.

Даниил кивнул и, помолчав с минуту, заговорил:

– В моем кабинете умерла Вера Мазур. Приехала обдолбанная. Под коксом и алкоголем. И я, конечно, мог бы придумать какой‑то тупорылый повод для ее визита. Как минимум это мой чертов день рождения. Но судмедэкспертиза сообщит Милошу, что в ее пищеводе и желудке находится сперма. И молчать он не станет. А так как он приятельствует с Ранковичами, до Якова эта информация быстро дойдет. Там вскроется, что мой брак с Софьей фиктивный, и тогда он не отпишет ей в завещании два обещанных завода, а принципиально продаст их за копейки. После этого Ярослав на радостях закажет меня какому‑нибудь киллеру, и забавная история Даниила Волохова завершится пулей в затылок. – Волохов облокотился на край стола и устало потер переносицу.

Шокированный удивительным рассказом Денис молча смотрел на него целую минуту.

– Ну?

– А как ты вообще связался с женой этого польского слизняка?

– Мы с ней встречались. Давно. Больше десяти лет назад.

– Э… До «Фобоса»?

– Мы вместе работали в российском посольстве в Сирии.

– Да… А Сокол был прав.

– Сокол? В чем прав?

– В том, что ты живешь деньгами и похотью.

В этот момент Волохов выпрямился и угрожающе свел брови.

– Пытаешься закинуть камень в мой огород?

Морок ухмыльнулся и ничего не ответил.

– Что это значит, Дэн?

– Ты поддался своим слабостям. И они сыграли с тобой злую шутку.

Даниил на мгновение сжал челюсти. А потом расплылся в саркастичной улыбке, оголив клыки и прикусив нижнюю губу:

– Дэн, почему ты до сих пор на свободе?

– В смысле?

– В прямом. Почему три месяца назад между справедливостью и войной ты снова выбрал войну?

– А это здесь при чем?

Волохов подался вперед. В его стальных глазах медленно тлела злая ирония:

– Ты ведь такой же, как и я. Гребаный наемник.

Денис вскинулся:

– Я не носился по столице и не убивал по заказу.

– Сколько человек ты убил за десять лет в «Фобосе»? Сколько раз с наслаждением нажимал на курок или замахивался ножом?

– К чему ты клонишь? Я не веду такой учет.

– А давай прикинем. И посмотрим, кто из нас кто.

– Я не собираюсь ничего прикидывать.

– Страшно? Вы уезжали на задания примерно дважды в месяц. За десять лет – двести сорок раз. Хорошо, пусть сорок из них ты пропустил, валяясь в больнице после ранений. Двести вылетов. Даже если принять за среднее количество жертв цифру пять… Дэн, на твоих руках смерть тысячи человек. Но я бы все же умножил на два.

– А ты? Сколько убил ты?

Волохов мгновенно выпалил:

– Восемьдесят три человека. Из них семьдесят шесть – за время службы в армии. Понятное дело, вариться мы с тобой будем в одном котле. Но будь добр, избавь меня от своего напускного морализма. Из твоих уст он звучит вдвойне лицемерно.

Денис молчал.

– Когда в мае ты позвонил из участка, я был на судебном заседании с другим клиентом. Черт меня дери, я пообещал судье свою душу, лишь бы слушание перенесли. Клиент вынес мне мозг и вытребовал неустойку почти на миллион. И я не пожалел. Через час ваш вопрос был решен.

– Наш вопрос возник из‑за твоего косяка.

– Ваш вопрос всплыл бы в любом случае! Не в мае, так в другой раз!

– Ладно! Я договорюсь. Тебя встретят. – Денис достал телефон из верхнего ящика стола и набрал заветный номер.

– Какие люди!

– Привет, Леший.

– Ну что, посмотрел тот фильмец?

– Посмотрел. Дичь полнейшая.

– Да ладно! Сколько дашь по десятибалльной шкале?

– Пфф… Один из десяти.

– Ну… На вкус и цвет, как говорится.

– Сегодня очередной матч в… – Денис посмотрел на часы, – в полдевятого. Будешь смотреть?

– Обижаешь! Я ж фанат! А ты? Хочешь сделать ставку?

– Да. Я за черных. Ставлю на пятого и на двенадцатого.

Волохов внимательно слушал зашифрованный диалог. Один из десяти – количество тел. Полдевятого – время, когда ему нужно будет приехать. Черные – цвет его машины. Пятый и двенадцатый – госномер «Лексуса».

– Я все записал!

– Что ставим?

– Двушечку, как всегда.

– Договорились. – Морок швырнул телефон обратно в стол и перевел взгляд на Даниила.

– Сколько?

– Два миллиона.

– Отлично.

Денис продиктовал ему адрес.

– Что‑то еще нужно?

– Да. – Волохов достал из кармана телефон Веры. – Нужно переписать данные GPS‑сигнала, начиная с момента, когда она доехала на такси до Котельнической набережной. И подчистить камеры. Городские и моего бюро. Записи должны остаться. Но Веры на них быть не должно.

Денис кивнул и забрал телефон.

– Желательно сделать это все к утру, пока Милош не поднял шумиху. Сколько с меня?

– Пока не знаю. Готовь миллионов пять. Плюс‑минус. С учетом срочности.

– Хорошо. Наличными?

– Естественно.

Волохов встал и уже готов был выйти из кабинета, но Денис снова заговорил:

– Слушай…

– Что?

– Я не столько упирался в мораль, сколько меня позабавил тот факт, что… Что ты в свой собственный день рождения огреб проблем с трупом женщины…

– Да‑да, которая умерла, отсосав мне. Спасибо. Я уже вдоволь насладился этой шикарной иронией. Нет, Дэн. Я, конечно, не питал иллюзий в плане твоего отношения ко мне. Но поверь. Если случится так, что Мазур или Ранкович устранят меня, ты сильно охренеешь, получив от Федотова другого куратора. Увязнешь в бумажках и будешь вынужден согласовывать каждый свой чих. Каждый контракт.

Денис зажмурил один глаз и примирительно протянул Волохову руку:

– Извини. Я буду рад оказаться в одном котле с тобой. Правда.

– Сокола прихвати. Уж кто‑кто, а он бы молчал. Разрисованный трахарь.

– Согласен. Лицемерия нам не занимать. Но покажи мне хоть одного безгрешного в этом здании?

– В здании? Во всем этом городе такого не найдешь, – процедил Волохов, спускаясь на парковку.

* * *

Вернувшись в офис за полчаса до одиннадцати, Волохов ополоснулся под душем после всех своих приключений, сменил рубашку, снова налил себе виски и зажег камин. Августовские ночи уже дышали осенью. Небо заволокло плотными тучами, из которых то и дело срывались крупные капли дождя. Даниил смотрел на огонь и молча покачивал головой.

– Жаль, тройничка не получилось, – вздохнул вновь материализовавшийся Стас.

– Ой, отвали.

– Неужели после такого бурного вечера у тебя остались силы на Марго?

– Представь себе.

– А еще меня называли психом!

– Мой врач приедет в начале сентября.

– Доживешь?

– Даже не сомневайся.

Телефон Волохова завибрировал. Увидев уведомление, он прошел по коридору до служебного входа и открыл дверь перед своей блондинкой.

– Привет… – Марго улыбнулась, но, заметив странное настроение Даниила, свела брови: – Все хорошо?

– Все шикарно. – Он обжег ее стальным взглядом и голодно поцеловал, одновременно закрывая дверь на ключ. – Что‑нибудь выпьешь?

– М-м-м… Ты знаешь мои предпочтения.

Подойдя к столу, заваленному подарками, он вытащил бутылку «Гравнэ» двадцатилетней выдержки и усмехнулся. Марго выглянула из‑за его спины:

– Хм… Мне, конечно, лестно… Но не думаю, что стоит открывать его прямо сейчас.

– А что такого? Не считаешь себя достойной?

Блондинка недоуменно уставилась на него. Волохов откупорил бутылку и протянул ей узкий бокал на тонкой ножке.

– С тобой точно все в порядке? Или это так сорокалетие сказывается?

– Нет, это так мертвая Вера Мазур на нем сказывается, – прыснул Стас, принюхиваясь к бутылке белого вина.

Сделав пару глотков, Марго поставила бокал и подошла к Даниилу.

– Сложный день выдался.

– Тебе помочь расслабиться?

– Ради этого все и затевалось. – Волохов медленно провел большим пальцем по ее нижней губе и скуле.

Марго закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением.

– Раздевайся.

– Да, мой господин. – Она мелодично рассмеялась и завела руки за спину, расстегивая единственную пуговицу, на которой держалось кружевное платье. Черная ткань легким облаком легла к ее ногам. Марго переступила через платье, сняла туфли и приблизилась к Даниилу абсолютно обнаженная: – Тебе помочь?

– Да, дорогая…

Она положила свои тонкие ладони на его плечи, плавно расстегнула пуговицы и, распахнув рубашку, поцеловала его в шею, а потом проложила губами дорожку по его напряженному торсу.

Волохов мягко потянул Марго вверх за локоть, не давая опуститься на колени. Он молча поцеловал ее, положив одну ладонь ей на затылок и слегка сжав второй изящную шею. А потом развернул спиной к себе, и они оказались прямо напротив зеркальной створки высокого шкафа.

– Секс перед зеркалом. Какое дурновкусие.

Волохов на секунду перевел взгляд с отражения Марго на вальяжно развалившегося в его кресле Стаса и прикрыл глаза, обнимая свою блондинку за талию и покусывая ее за мочку уха.

– Что ты задумал? – Она улыбалась, хоть и была немного напряжена.

– Ничего особенного… – Он поднял ладони к ее груди и сжал пальцами мгновенно затвердевшие соски.

Марго тихо застонала и немного выгнулась, прижавшись ягодицами к брюкам Даниила.

– Ты боишься меня?

Она открыла глаза и посмотрела на его отражение:

– Нет… Мне с тобой… – Блондинка соблазнительно двинула бедром и почувствовала его возбуждение. – Я с тобой… чувствую себя… в безопасности.

Волохов опустил одну ладонь к ее промежности и быстро, но не грубо проник в нее двумя пальцами.

– Правда?

– Да… Да…

– Готова довериться мне? – Вторую ладонь он поднял к ее шее и начал медленно сдавливать.

Взгляд Марго из напряженного стал томным и обволакивающим:

– Только, пожалуйста, давай без синяков на видных местах.

– Так неинтересно…

Она все активнее двигала бедрами, задевая холодную пряжку его ремня:

– У меня съемки послезавтра…

– Ладно… – Он вскрыл презерватив и освободился от брюк.

Марго через зеркало терпеливо наблюдала за его движениями:

– Ты сегодня особенно…

Прижав ее к себе, Волохов резко вошел в Марго, чем заставил ее хрипло вскрикнуть.

– Особенно что?

Она выгнулась под его натиском и пошире расставила ноги, чувствуя, как его пальцы безжалостно впивались в ее ягодицы.

– М-м-м…

– Продолжай.

– По‑моему, не самая удобная поза, но… Смотритесь вы живописно.

Волохов резко посмотрел в сторону Стаса. В глазах призрака отражались языки пламени из камина. Он по привычке облизнул свои крупные клыки и, ехидно улыбаясь, начал медленно растворяться в воздухе.

Марго стонала все громче одновременно от возбуждения и болезненных прикосновений Даниила. Он внезапно высвободился, взял ее за запястье и усадил на себя, опустившись на диван.

– Ты сегодня особенно красив.

– Я всегда красив.

– Но сегодня… Как‑то по‑звериному… – Она соблазнительно выгибалась в его руках, отдаваясь их общему ритму и наслаждаясь его хищным взглядом. – Да…

Волохов, прикусив ее сосок, потянул Марго на себя. Та ахнула от болезненного наслаждения и приподнялась над ним, прижимая его голову к груди.

– Не останавливайся.

Через несколько минут Марго задрожала и хрипло завыла от яркого оргазма. Но Даниил и не думал останавливаться. Стащив ее с себя и уложив грудью на диван, он грубо притянул к себе ее бедра и продолжил двигаться быстро и жестко, не давая ей вдохнуть. Через минуту они почти синхронно простонали, добравшись до финиша.

Марго еще подрагивала от волн наслаждения, а Волохов уже закурил и сел рядом с ней, по‑хозяйски положив ладонь на ее бедро:

– Сколько у тебя есть времени сегодня?

Она лениво пожала плечом:

– Я свободна всю ночь…