Местного священника, которого вытащили из ямы, звали Серафим Радонежский — а по паспорту, Олег Носков. К счастью, местная церковь, где должна была пройти наша с Марьей свадьба, а по-сути — венчание, была цела, так что Олег вполне мог провести процедуру.
Держался, кстати, мужик вполне стойко. По его лицу видно было, что обращались с ним не особо ласково — половина лица налилась сине-зелёным сплошным синяком, а воняло от него… Уж не знаю, сколько он там в яме просидел, но одежда у него местами аж заплесневела, окрасившись зелёными плесневыми пятнами!
В общем, несмотря на то, что товарища избивали, не кормили и держали в нечеловеческих условиях — он вёл себя как кремень. Как только он услышал, что нужно провести венчание, вообще без разговоров согласился на это, хотя на японские войска смотрел волком.
— Цветы будут стоять здесь! — Я указал императору на точку перед церковью. — Только белые и красные розы! Никаких ромашек, тюльпанов и гладиолусов! Только розы! И не менее пятидесяти одной штуки. Число должно быть нечётным!
Иошихиро поиграл желваками, явно закипая:
— Ты меня уже начинаешь доставать своими капризами по свадьбе! Что за цветы, зелёная арка и ковровая дорожка⁉ Может ещё и листьями сакуры вас посыпать во время церемонии⁉ Я начинаю считать, что ты пытаешься саботировать наш договор!
Я тут же возмутился в ответ:
— Какой саботаж⁉ Свадьба — это то, что желательно проводить один, всего лишь один единственный раз в жизни! Неужели, император Японской Империи не способен обеспечить проведение хотя бы МИНИМАЛЬНО достойных условий для этой свадьбы⁉ Я что, требую чего-то непосильного для бюджета Японской Империи⁉ Цветочки, арка и ковёр настолько невыполнимы для тебя в финансовом плане?
Иошихиро медленно вдохнул, выдохнул, и посмотрел на меня из-под бровей:
— Ты ведь понимаешь, что если бы я мог, то я бы тебя уже убил⁈
На это, я оскалился в ответ:
— Если бы «Я» мог — тоже бы тебя уже убил!
Император усмехнулся:
— Не врёшь… Ладно! Будут тебе твои цветочки! Я распоряжусь. Ну, а ты можешь идти к своей невесте. У вас тридцать минут до начала церемонии. Ровно столько мне потребуется для организации. И я клянусь, если ты попытаешься задержать церемонию ещё какими-то своими капризами — то, сделка отменяется!
После яркого света дня, полумрак палатки, где была Марья, был ещё… мрачнее, что ли…
Девушка по-прежнему сидела у центрального столба, укутанная в какие-то непонятные шкуры. Мазнув по мне взглядом, она опустила взгляд:
— Привет, Вов…
— Привет.
Я подошёл к девушке и сел перед ней на стул, на котором ещё недавно мы проводили переговоры с Иошихиро.
Радостной девушка отчего-то не выглядела…
— Чего грустим?
Марья улыбнулась. Правда, сделала это… опять-таки, грустно:
— Да вот, тут без меня — меня женили. Вернее… — Улыбка девушки стала на пару миллиметров шире, но оставалась по-прежнему грустной. — Замуж выдали. Как-то не так я это событие в своих мыслях себе представляла, честно говоря. Нет… — Марья заворочалась в своих шкурах. — Я выйду за тебя замуж! Я же не дура — вижу, что эта свадьба нужна тебе для каких-то своих целей против Иошихиро. Потому, я конечно же скажу тебе «„да“»! Просто… В общем… Это как в том анекдоте…
— В каком?
— Ну… — Марья хмыкнула. — Ты будешь моей женой. Захочешь — по любви. Не захочешь — по принуждению. Ты совершенно свободна в своём выборе.
— Вот, именно! — Я слез со стула, и присел на пол, поближе к Марье. — И вообще… на какие только ухищрения иногда приходится идти, чтобы заполучить любимую девушку…
Марья молча смотрела на меня секунд пять, затем, тихо спросила:
— Любимую?
Я улыбнулся:
— Думал — это очевидно! Я… действительно, этого хочу… Поэтому…- Я неловким движением встал на одно колено и спросил, смотря девушке в её красивые зелёные глаза: — Марья, готова ли ты выйти за меня замуж… по любви, а не по принуждению?
Взгляд княжны сначала стал удивлённым… а затем, она потупила взгляд:
— А, знаешь… Вообще, готова…
— То есть, твой ответ «„да“»?
— Да…- кивнула она.
Я подался вперёд, чтобы обнять её, но она выставила перед собой руку, уперев её в мою грудь:
— Воу-воу, полегче! Я тут, это… — Щёки Марьи немного покраснели, и она отвела взгляд. — Мне неудобно… Ты хоть знаешь в каких условиях меня держали? М-м-м… В конце концов, я даже просто не мылась больше месяца… или сколько там…
На что, я растянул свои губы в улыбке:
— Это ты ещё нашего священника не видела! Вот уж, кто натуральный бомж!
Глаза девушки возмущённо вспыхнули:
— Ну, спасибо! С бомжами меня сравниваешь!
На что я помотал головой из стороны в сторону:
— Не сравниваю! Ты что⁉ Ты гораздо лучше бомжей!
Увидев мою широкую улыбку, девушка цыкнула, и закатила свои глаза:
— Вот такой вот мне жених достался — юморист!
На что, я развёл руки в стороны:
— Каюсь, грешен! — Вид при этом я имел очень довольный, совсем не покаянный. — Ну что, можно тебя обнять-то, невеста моя?
На что, девушка робко ответила:
— Можно… Просто…
— Что?
— Просто ты ведь — не ты. А в виде какого-то китайца…
— Японца. — Я автоматически поправил девушку, и в задумчивости почесал подбородок. — Ну… да… Я не в своём теле, это правда. А ты просто… закрой глаза.
Девушка подумала пару секунд, а затем кивнула и, вылезая немного из своих шкур, зажмурила глаза и развела руки в стороны.
Какой же кислый дух от этих шкур стоит! Но… это последнее, что меня сейчас волнует…
Потянувшись вперёд, я обнял Марью. Та на мгновение вздрогнула, но уже через пару секунд свела руки за моей спиной, а из её хребта будто стержень вынули, она одновременно и расслабилась, и обняла меня крепче.
Серафим глянул на Марью, затем — на меня:
— Что ж, приглашаю вас к аналою.
И указал рукой назад, на церковь.
Мы стояли на ковровой дорожке перед церковью. Слева — в каменном резном вазоне, торчал огромный букет из пятидесяти одной розы. Ну, надеюсь, что из пятидесяти одной, я ведь просил именно об этом числе, а сколько их там всунули в неизвестно откуда найденном резном вазоне — неизвестно.
Впереди же была металлическая арка — кривоватая, явно наспех сваренная и покрашенная в зелёный цвет. А я ведь просил Иошихиро, чтобы она была из зелени! Примерно, как в английских парках кусты подстригают… Вот только, из всего этого он видимо услышал только про зелёный цвет.
Впрочем, мне настолько плевать на этот недочёт… ведь я выставлял все эти требования не просто так. Мне важно было, чтобы церемония проходила в определённом месте, а все мои требования были лишь для отвода глаз…
Я кивнул священнику:
— Момент!
Затем… резко повернулся к своему свидетелю — Иошихиро.
Растянув губы в улыбке, я развёл руки в стороны и прокричал:
— Сюрприз!
И в эту же секунду, со всей дури усандалил пяткой Иошихиро в грудь…
Вообще-то, я хотел крикнуть «Зис ис Спарта!», но я ведь обещал ему сюрприз… Как я мог его ему не предоставить?
Но, Иошихиро — молодец! Учится на своих ошибках.
За мгновение до удара, он сверкнул голубого цвета магической защитой вокруг своего тела. Вот только… я со всей дури дёрнул клубок его души, и его концентрация пропала вместе с его щитом.
Моя пятка точно ударила японского императора в грудь, отправляя того в полёт в открытый за его спиной портал.
Миг, и портал закрыт…
И мы все остались здесь.
А Иошихиро… Он остался запертым в перпендикулярном мире.