— Почему? — прошептала я, сглотнув.

Стоит прислушаться к ее словам. Она тут дольше меня и точно знает, что опасно, а что нет.

Эвелина пожала плечами и поморщилась.

— У него взгляд такой... - она прикусила губу и посмотрела в сторону окна. — Я себя сразу чувствую мышью, которую кот загнал в угол. Как будто насквозь видит, до печенок. И все секреты твои у него как на ладони. Ну, или это я такая впечатлительная. Пойдем ужинать.

Она вскочила на ноги и улыбнулась.

— Не будем о декане, чтобы не портить аппетит, — заявила она, — здесь очень вкусно готовят, если не поторопимся, то все сметут. А тебе силы нужны, это мы уже привычные.

Я кивнула, быстро заплела волосы в косу и пригладила пряди на висках.

На первом этаже уже стало оживленней: девушки сидели парочками на небольших диванчиках и весело переговаривались друг с другом. При моем появлении в их глазах вспыхнуло любопытство.

Я тоже разглядывала их украдкой. Все подтянутые, гибкие, не то что я. Тяжелей мольберта в жизни ничего не поднимала.

— Ты новенькая? — ко мне подошла девушка с короткими кудряшками. — Я Белла Расмус, привет! Рассказывай, каким ветром тебя задуло в эту глушь?

Все дружно засмеялись.

— Мы на ужин! — выпалила Эвелина. — Кто с нами, тот первый и узнает.

Девчонки с визгом бросились по коридору в столовую, обгоняя друг друга.

Кажется, студентки тут намного дружелюбней декана и классной дамы.

Пока я ела в окружении нескольких десятков глаз, мне наперебой рассказывали о местных порядках.

Академия выпускала боевых магов, которые потом служили во дворце. Кто-то уходил в охрану Его Величества, кто-то становился дипломатом, а кто-то занимался разведкой.

— А еще говорят, — с придыханием добавила Белла, — что особо отличившиеся выпускники становятся тайными агентами. Я слышала, что есть одна группа, не помню, как называется... Что-то там про птиц... У них полностью развязаны руки! Могут делать, что угодно, чтобы поймать преступника и засадить за решетку. Даже убить можно, представляете?

— Жуть какая! — меня даже передернуло. — Не хотела бы я сними встретиться.

И вот в один момент было решено, что в академии будет и женский факультет тоже. Раньше сюда принимали только мужчин.

— А чем мы хуже, скажите? — Эвелина фыркнула. — Да я, может, посильнее всего факультета боевых искусств, буду! Вы их там видели? Думают, что мышцы накачали, драться научились — и всем страшно стало! А я в любую щель пролезу, как мышь, взломаю любой замок! И никто даже не заметит!

Со всей страны отобрали лучших студенток с редким даром, который можно назвать боевым, и теперь делают из них будущих защитниц королевства.

— Здорово! — я откинулась на спинку стула и с восхищением посмотрела на девчонок. — Я даже не знала о том, что такое бывает!

Под их рассказы я незаметно для себя съела весь ужин и даже компот выпила.

— А у тебя какой дар? — оживилась Эва. — Я умею формировать сгустки энергии и использовать, как мне захочется. Могу кинуть как снаряд, а могу стену построить. Правда, ненадолго, но на прошлой тренировке она продержалась пять минут.

Я замялась, судорожно соображая, что ответить.

— Я могу-у... - протянула я нерешительно, и щеки предательски вспыхнули. — Мой дар еще нестабильный, часто сбоит... То появляется, то нет! Никогда не угадаешь.

Ага, понятно, так какой он? — не унималась Эва. — Рассказывай, тут все свои!

Вот ведь любопытная.

Проблема была в том, что я и понятия не имела, какие магические способности вообще бывают. Только папин дар и видела.

Мама умела одним прикосновением восстанавливать разрушенное, но она умерла, когда мне было пять лет и я уже мало что помнила.

— Студентка Локвуд владеет телекинезом, — прозвучал за спиной низкий голос. — А теперь, когда ужин закончен, рекомендую разойтись по комнатам и готовиться к отбою.

Волосы на затылке почти встали дыбом, а девчонки потупили глаза и, бормоча: «Да, декан Морис», рванули из столовой так, будто за ними черти гнались.

Бросили меня! А как же «тут все свои»?

Декан стоял в дверях, как мрачное предзнаменование. Весь в темном, только странные светлые глаза смотрят пристально.

«Как будто насквозь видит, до печенок» — прозвучал в ушах голос Эвы, и я немедленно с ней согласилась.

Я вскочила на ноги и уже собиралась прошмыгнуть мимо, как широкая ладонь ухватила за плечо, заставляя остаться.

От нее шло странное тепло, которое разливалось по телу, и это было странно.

— Твои вещи ждут у комнаты, — холодно произнес декан, глядя на меня сверху вниз. — Мне нужны твои документы для личного дела, если ты не взяла с собой табель.

— Взяла, — кивнула я, борясь с желанием вырваться и броситься по коридору как взбесившийся заяц. — Удостоверение личности, табель с промежуточной аттестацией, грамота.

Темная бровь вопросительно изогнулась.

— И за что же эта грамота? — в его голосе послышалась легкая издевка. — Сплела браслетик из бисера для подружки быстрее всех?

— Нет, — прошипела я, чувствуя, как внутри растет гнев. — За лучший пейзаж в параллели! Но вам, наверное, не поняты! Вы же...

Я хотела сказать, что он черствый, как все боевые маги, и вряд ли способен увидеть прекрасное, даже если оно ему по лицу треснем.

Но увидев, как опасно сузились его глаза, прикусила язык.

— Я же — кто? — переспросил он, и пальцы на моем плече сжались. — Договаривай.

В горле пересохло, и я прикусила губу, мучительно соображая, как выпутываться из ситуации, в которую загнала себя сама.

— Я имела в виду, что вы, — пробормотала я неловко, — не интересуетесь такими вещами. Вы же боевой маг, зачем оно вам?

— Когда ты врешь, у тебя глаза бегают, — холодно процедил декан, и убрал руку. — Завтра утром принесешь свои документы в мой кабинет

Я с облегчением закивала и побежала по коридору, не чуя под собой ног.

Хотя бы без отработки обошлось. И самое противное, что сама виновата, не надо было рот открывать.

Сумка с вещами стояла у дверей, и я едва смогла затащить ее внутрь. А в руках Мориса она казалось легкой, будто ничего не весила.

Я быстро достала учебники, повесила платья в шкаф и отнесла в ванную зубную щетку и мыло.

На дне сумки обнаружилась хрустальная пластина для магической связи и полупустой тюбик масляной краски. Я осторожно погладила его пальцами, вздыхая.

Прошлая жизнь казалась далекой, будто она мне приснилась.

От треска хрустальной пластины я вздрогнула, но быстро схватила ее трясущимися руками. Кто это со мной выходит на связь в такое время?

— Да? — прошептала я, принимая вызов.

— Эльза, милая, — продрался сквозь помехи папин голос, — как ты?