Зина – добрейшей души человек, всех кошек и собак в округе кормит и плачет над их перебитыми ножками. Говорю ей:
– Тамара-то наша многострадальная замуж вышла.
– У-у, так бы и придушила…
– За что? – искренне недоумеваю я.
– На нервы мне действует. Своим видом. Слишком блаженная.
Через день говорю:
– Тамаре доски нужны.
– У меня целый сарай. Пусть явится и заберет. Удивляюсь, и кто ее замуж взял? Я б с ней одного дня не прожила!
– Тамара истинно верующий человек.
– Молчи, не зли меня! С какой стороны она верующая? Верующих сейчас нет, одни аферисты типа тебя. Ходите, сплетни собираете, да еще деньги из этого делаете. Тьфу на вас… Вот ты – клещ на теле бедной России. Пишешь свои тупые рассказы и деньги за это получаешь. Откуда будет развитие экономики, когда такие, как ты, присосались? И еще нагло своему сыну велосипед купила. Постыдилась бы!.. У тебя даже походка аферистическая!
Я попросила уточнить, как именно передвигаются аферисты, но внятного ответа не получила.
– Скажи спасибо, что ты при коммунистах школу окончила, хоть знаешь, что такое деепричастный оборот. И на этом плывешь. Сейчас люди ни Пушкина, ни Толстого не открывают, про Достоевского вообще молчу, а если и читают, то какую-то чушь типа тебя, сплетницы и авантюристки из Тбилиси. Измельчал народ, а ты и пользуешься!
Недавно смотрит канал «Спас» и говорит:
– К концу дело идет. Все священники с мобильными, сидят в этом вашем идиотском интернете, лайки какие-то ставят. Разве космос может вынести столько человеческой глупости? Плюнь мне в глаза, если все это не взорвется!
Делюсь с Зиной своими переживаниями об одной нашей прихожанке, которая чересчур замолилась:
– Хоть бы ее кто-нибудь замуж взял. Совсем тенью стала.
Зина:
– А она не может, как ты, нагло замуж выйти. Она приличный человек. Не то что некоторые. Не смей к ней приставать!
– Скоты эти рабочие в парке. Жара такая, а они за все лето ни одного раза поливку не включили. Сколько деревьев высохло! У меня душа плачет над каждым листочком, над каждой веточкой. А вам хоть бы хны. Только и можете в свои мобильники смотреть и фейсбук читать. И того не видите, что кислород уже на исходе! У-у, Сталина на вас нет!
– Столько народу ваш Сталин просто так уничтожил. Вы же верующий человек!
– И правильно сделал. Да, я верующая, а ты нет. И не спорь со мной!
Настроение пофилософствовать часто посещает Зину – с неожиданным результатом.
Слушает она радио на совершенно нейтральную тему, о загрязнении воздуха в Тбилиси из-за растущего количества автомобилей. И все, готово дело:
– Эти грузины – бездельники, аферисты и предатели родины! Самые противные люди в мире! Они…
Следует перечень преступлений с историческими подробностями.
Потом она перескакивает на северного соседа и с той же интонацией начинает честить русских.
– А эти русские ваньки не лучше! О чем думают, я не знаю, прямо зла не хватает. Смотрю, что у них творится, места себе не нахожу. Демография на нуле, падение нравов, и китайцы не дремлют. Такие просторы, богатства, и что? А все потому, что мозгов нет!
– Можно подумать, вы француженка, что так тут всех ругаете.
– А ты вообще молчи! Я не твоя одноклеточная ученица, в твоих комментариях не нуждаюсь! У меня душа горит от всего этого. Я бы первым делом запретила смешанные браки! Вот где зло! Вот где корень проблем! Простить не могу моим родителям их недальновидность. Мой отец должен был жениться на такой же кекелке[11], как он сам, а мать должна была найти себе какого-нибудь Ваню или Васю. А что они со мной сделали? Для русских я грузинка, для грузин русская. Стоит мне правду сказать, все обижаются. А я потом на нервах, успокоительное пью, и не помогает, зараза!
Гуляем с Зиной по парку. Развлекаю ее чем могу, пересказываю новости из фейсбука. А конкретно, про моего любимого православного блогера Илью Ароныча, как он путешествует по Европе с семьей, финансируемый читателями. Зина слушает и не понимает, как это работает. Объясняю ей про призыв к читателям поддержать любимого автора монетой.
Зина изумленно:
– И что, есть такие дураки, которые деньги посылают за рассказы?
– Ну да. Почему дураки? Им нравится, они посылают. Все логично.
– С ума сойти. Пусть он кончает это дело с рассказами, поимеет совесть и идет работать грузчиком, а не клянчит в интернете.
– Я обожаю Ароныча. Он ничего плохого не делает. Классно пишет.
– У вас одинаковый аферистический подход к делу. Потому он тебе и нравится. А что ты ему деньги не послала?
– У меня своих трат хватает.
– Потому что жмотина. Даже собакам моим колбаску не носишь.
– Будет что на выброс, принесу.
– А они ждать тебя будут, как же, – Зина ехидно иронизирует. Потом спрашивает: – А чего ты так деньги не собираешь за рассказы в своем идиотском интернете?
– Как-то не думала об этом.
Зина облегченно вздыхает.
– Ну слава Богу. Осталась хоть капля совести. Не совсем ты конченый человек…
– Да, посмотрела я твои журналы… Так ничего, но всю свою бражку ты туда заперла. О чем редактор думает, я не знаю. Ты там почти в каждом номере со своими бреднями. Где что услышишь, сразу записываешь. И, главное, цитату из Евангелия прилепляешь впереди. И бедные люди думают, что ты духовный человек… Катастрофа. И остальные твои подружки один к одному до кучи. Кудряшкина эта с оравой детей…
– Она не Кудряшкина, она Кучеренко.
– Какая разница, все равно бред пишет. То юмор у нее какой-то, то слезы. Широты Толстого и ума Пушкина вам никто не дал, а вы и рады, строчите только так. Вот зачем она эту кучу детей рожала, а? На двух не могла остановиться? И еще у нее исподволь про Украину проскальзывает. Тоже подозрительно. Бандеровцы – они и есть бандеровцы. Правильно их Сталин расстреливал. При нем вы б так не распелись. Еще бумагу на вас переводят такую хорошую, глянцевую. Вредительство чистой воды. Или хоть эту Есаулову взять. Словечки нелитературные, а еще журналист. Наверное, с тебя пример берет. То ли мода такая пошла по-блатному говорить. Я русские каналы смотрю, так они там еще хуже тебя говорят. Я половину слов не понимаю. Лайки-майки какие-то, голосовой портал… Ужас, короче. Нормальные редакторы, наверное, вымерли. Одна Листова русский язык знает, еще можно воспринять. Но ее я бы тоже не печатала. В каждом тексте завывание. Я понимаю, горе у человека. Но читатель же от нее в петлю полезет. Значит, ее чем-то разбавить надо. Вот редактор и берет вашу пачкотню. Ему, бедному, надо чем-то этот листаж забить. Ну поставит он нашего отца Рафаила, так тот заумный. Я строчку прочту, полчаса думаю, что он хотел сказать. Мозги не те уже у меня. Трагедия… Такие, как мы, уйдем, что будет? Твой сын-дебил точно читать ничего не станет. У этой Кудряшкиной дети хоть на людей похожи, какая-то мысль в глазах, может, еще разовьются немного. Все же в Москве живут. Хотя что я говорю, сейчас и Москву испоганили. Душа разрывается смотреть. Переключу на «Союз», а там этот ваш, в зеленом свитере. Тоже писатель называется, прости, Господи.
– Ахалашвили.
– Ну да. Смотри, куда грузин залез. Конечно, грузины наглые. Хотя армяне еще хитрее. Чего-то не похож он на грузина, кстати.
– У него мама русская.
– Все равно не люблю я его. Свитер на нервы действует. Жена куда смотрит, я не знаю. Ты ей напиши, что нельзя так на публику выходить. И рассказы про бытовуху какую-то. До Чехова, конечно, как до небес. Но он, как и ты, пробивной. Не стесняется. Я сразу переключаю. Лучше Ткачева послушать или просто службу, спасительнее. Один приличный, кстати, Ткачев. По существу говорит. Я со всем согласна. Распустился народ.
– Он сказал, что надо бабам роги обламывать.
– Правильно сказал. Таким, как вы, обязательно. Чтоб не писали ничего. Идите, у станка постойте. За плугом ходите. Так нет, легкий хлеб нашли. Все правильно старцы говорили. Перед антихристом всякая шваль в церковь придет. Это точно про вас подразумевается. Однозначно. И не носи мне больше эти журналы. А то я прочту, и у меня давление поднимается, что за дурь такая…
Такую штуку, как сумка-пояс, сто процентов не одобрит моя соседка. До того она никак не могла пережить рюкзачок, с которым я мотаюсь по району, – легко, руки свободны, и все необходимое всегда со мной.
– Ты немного думай, как выглядишь со стороны! Пора бы остепениться. Ты в паспорт хоть иногда заглядывай. Прошлый раз стою в церкви, смотрю, забегают двое, не пойми кто, не то бомжи, не то беженцы. Куртка, юбка до пола, такие сейчас не носят. Присмотрелась – ты со своим Эйнштейном. А сзади еще рюкзак с какой-то позорной надписью болтается. Ужас. Мне захотелось спрятаться и сделать вид, что я тебя не знаю.
– Там «Барселона» написано.
– Тем более. Храм, святое место, и тут ты с какой-то пакостью подростковой. Купи себе приличную классическую сумку. Хватит жмотиться.
– Мне так удобно.
– Эээ, больное поколение и больные мозги.
– А я тебе говорю – не взойдет! – Зина ткнула пальцем в только что сделанную мной ямку. – Не занимайся глупостями. Сизифов труд.
– Я все-таки попробую.
Вчера у меня возникла гениальная идея – бороться с глобальным потеплением подручными средствами в нашем Ваке-парке. Ранним утром, не привлекая внимания, сажать куда попало косточки персиков и слив. Авось сами взойдут. Ученые сказали, если посадить 300 триллионов деревьев, то климат понемногу сядет в свои давно покинутые санки.
– А я тебе говорю, должно быть 30 сантиметров глубины, потом тщательно утрамбовать почву, а твои ямки какая-то пародия. Придет уборщица и метлой косточки сметет.
– По теории вероятности что-нибудь да останется.
– Ты все делаешь не так: стираешь плохо, готовишь бурду, уроки проводишь непрофессионально, рассказы пишешь бред бредом. Ах да, еще нагло поешь, хотя слуха нет напрочь…
Рассадила я свои косточки, гуляем дальше.
Зина неожиданно говорит:
– У меня икра баклажанная в холодильнике. Забери своему соколику. Видела его вчера в автобусе. В чем только душа держится. На твоих супах долго не протянет. Представила себя на его месте, чуть не заплакала. Забери, короче. Но не говори, что от меня…