Мы сели на скамейку в тёмном баре.

Пустым и странным было заведенье,

Пропахшее ячменным свежим пивом.

В нём не было привычной стойки,

Только стол – грубый, длинный,

Словно на картинах фламандцев старых:

Дружное веселье,

В одном труде натруженные руки.

И я подумал c завистью впервые:

Как мы в наш век разделены друг с другом!

Дом? Каждый в свои думы погружён.