Елена

Бывший муж, ценитель высокой кухни, идеальной чистоты и выглаженных по всем складкам брюк, любил мерять всё в "а вот у мамы.". "А вот у мамы..." — это не просто измерительная величина, это эталон, к которому нужно если не идти, то хотя бы целеустремленно лежать.

Чтобы угодить мужу, я была готова вывернуться наизнанку, заплестись в косичку и свернуться калачиком, чтобы после бодро покатиться сначала в спортзал, потом на курсы по кулинарному мастерству, в офис на работу и домой. Наводить чистоту, готовить и хотя бы отдаленно быть столь же идеальной, как свекровь.

Благодаря измене мужа на мою голову внезапно снизошло озарение. Заключалось оно в следующем — я не бесплатная домработница и уж точно не половая тряпка, ноги об меня вытирать никак нельзя (даже если нежно), а пресловутый домашний очаг прекрасно горит без постоянного контроля.

К чему я это? К тому, что гости, которые загостились в край, вот-вот перейдут черту и превратятся в хорошо устроившихся соседей. Однако мириться с этим я не собираюсь.

На мой зов откликнулись не сразу. Раза с пятого. Кучер, сонный, довольный и внезапно трезвый, ‹царственно сплыл по лестнице... и очень удивился, получив вместо завтрака старый молоток.

— Косяки подбить, полку в гостиной перевесить поровнее, ножки у кроватей в спальне починить и спицу в стульчик, которую ты сам же выломал, вставить.

— Ага, — икнул мужик и отправился трудиться.

Фонна, с ехидством наблюдающая за сценой, возмущенно засопела, получив от меня ведро с водой и кусок ветоши.

— Окна в гостиной, спальнях и кухне помыть, подоконники от грязи оттереть. Когда наш приятель закончит со стульчиком, вытащите ковер из зала и выбейте его хорошенько.

На весь дом прогремел удар молотка, а за ним истошный вопль и несколько отборных ругательств.

Переглянувшись с госпожой Чепчиком, протянула преспокойно:

— Ковер, пожалуй, оставим на завтра.

С чувством выполненного долга я сварганила завтрак и поспешила в спальню, чтобы…

Чтобы испытать острое желание сварить суп из одного крайне деятельного растения!