Впервые Химена прочитала про систему пещер в тех же самых военных историях, из которых она узнала все про гранаты. Но, следуя за Сианом и Эрросом по направлению к скальным обрывам, в которых природа-затейница вырезала гигантские пещеры, она невольно замедлила шаг. Размер этих пещер превосходил все, что могло позволить ей представить ее воображение. Каждая из них выглядела как зияющая пасть мрака с торчащими по краям клыками скал – гораздо большая по размерам, чем самое большое здание.
Кто-то, идущий сзади, уперся в спину Химены.
– Прости, – сказал Айзек. – Ты в порядке?
– Я ничего не потеряла? – спросила девушка, проведя тыльной стороной ладони по поверхности своего рюкзака. – Там, внутри, кое-что очень важное.
И теперь ее волновало даже не средство для Исцеления, которое она похитила на Вилле, а оружие, которое нашла на берге и перетащила в свой рюкзак, пока никто не видел. А еще она позаимствовала на берге сигнальную шашку, которая лежала теперь в ее заднем кармане. Если Сиан и Эррос настолько тупы, что решились сунуться в незнакомое место без оружия, то она, Химена, поступит поумнее.
– Мне кажется, это здесь, – саркастически изрек Айзек. Глядя на огромное отверстие в камне, на ум ему, вероятно, приходила одна из тех историй, что рассказывал ему Фрайпан – про Лабиринт, устроенный в гигантской подземной каверне. – Немного страшновато!
– Нам тоже нужно туда идти? – спросила Миоко. – Может быть, мы с Джеки останемся здесь, будем охранять берг?
Но Фрайпан отрицательно покачал головой.
– Лучше держаться вместе, – сказал он. – Единственный способ всем выжить.
Он протянул руку, и они шаг за шагом стали продвигаться внутрь пещеры. Эррос зажег очередную травяную сигару.
Правда не может оставаться в могиле! – слышала Химена голос своего внутреннего видения.
– Ну и запах! – произнесла Джеки, обращаясь к Эрросу, который дымил своей сигарой.
Химена согласно кивнула, уже второй раз за все время поддерживая Джеки.
– Qué es eso? Что это? – спросила она.
– Мать-и-мачеха. А еще – лаванда. Это для укрепления легких. Здесь, внизу, совсем другой воздух, я вам говорил.
Легкий ветерок относил запах его сигары в сторону, но, несмотря на прохладу, на лбу у Эрроса выступили капельки пота. Заметив, что Химена наблюдает за ним, он вытер лоб.
– Семьи, с которыми мы должны встретиться, на протяжении нескольких поколений жили весьма замкнутой жизнью, полагая, что они – единственные выжившие, избежавшие воздействия солнечных вспышек и вируса, который вслед за ними появился на Земле. Но около двадцати лет назад кое-кому пришла в голову блестящая идея сообщить им, что все это не так.
Он остановился, опустил на землю баллон со сжатым воздухом, после чего перехватил его поудобнее и закончил:
– В общем, возникли проблемы.
– Мягко сказано, – вступил Сиан, оглянувшись. – По сути, Секвенсоры оказались на грани междоусобной войны. Обычная, впрочем, история.
Айзек поудобнее взялся за тяжелую коробку, в которой звякнули стеклянные контейнеры.
– А почему начинать нужно было со лжи? Почему не с правды?
– Да. Почему? – поддержала его Джеки.
Как же наивны эти островитяне!
Сиан, поправив намотанный на шею шарф, посмотрел на Айзека и Джеки так, словно они задали самый глупый вопрос из тех, что люди когда-либо задавали друг другу, после чего ответил вопросом на их вопрос:
– А как вы думаете, что случилось бы, если бы все, кто работал на ПОРОК, узнали, что есть некий рай, некое безопасное место, где можно спастись, но их туда не пригласили?
Айзек и остальные только молча слушали.
– Никто не хочет остаться за бортом корабля. Вот что дает власть и силу в любом обществе.
Он протянул Эрросу коробку, которую нес сам, и забрал у него второй баллон со сжатым воздухом.
– Давай, я понесу, – сказал он.
Напрасно Сиан взял этот баллон в свои руки! Он же курил сигару, а все, что они забрали с Виллы, могло легко воспламеняться. Химена внимательно следила за Сианом.
Тот, заметив ее взгляд, спросил:
– Ты ведь помнишь, что нам обещала? Средство для Исцеления!
Химена покрепче ухватилась за лямку своего рюкзака. Она слишком хорошо помнила, что обещала им, когда они были на Вилле.
– Такое забыть невозможно, – сказала она.
Вся ее жизнь – задолго до момента рождения – была теснейшим образом связана с маленькой ампулой, которую она утащила с Виллы. Она украла ее назло профессору Морган, но еще для того, чтобы использовать в качестве аргумента. Где и как она им воспользуется, Химена пока не знала, но была убеждена, что он ей пригодится. А потом она уничтожит ампулу.
– У меня есть план, – сказал Сиан брату, улыбнувшись.
– Какой еще план? Я думала, ваш план состоял в том, чтобы принести им средство для Исцеления, так?
Химена терпеть не могла, когда взрослые ей лгали. Может быть, и не стоит отдавать им средство?
– Не все так просто, – сказал Сиан, двигаясь в глубь пещеры, где дневной свет быстро гас.
– Было средство, а теперь его нет! – произнес вдруг Эррос и, стащив рюкзак со спины Химены, водрузил его на свою, не дав ей опомниться. После этого подхватил свою коробку и последовал за Сианом.
– Так вот как у вас это называется! – вспылила она и остановилась. Тело ее напряглось. Больше она и шагу не сделает, пока братья не объяснят, что к чему.
Узнать это было интересно и Фрайпану, который, упершись палкой в мягкую землю пещеры, спросил:
– Что вы от нас скрываете? Куда мы идем?
Сиан остановился и, посмотрев на Химену, сказал:
– Послушай, мне не хотелось об этом распространяться, но Секвенсоры…
Он взглянул на брата, но тот больше не хотел ничего объяснять.
– …Секвенсоры, – продолжил Сиан, – не очень любят гостей.
Все разом остановились, вытянувшись недлинной цепочкой под гигантскими сводами пещеры.
Даже Айзек, которому было давно наплевать на собственную жизнь и который едва не разбил берг, подвергнув огромному риску и всех, и себя самого, остановился и поставил свою коробку на землю.
– Именно поэтому вы сказали, что вам нужен план? – спросил он.
– У вас в берге куча оружия, – заговорила Джеки, – а вы вручили нам эти коробки со всякой дрянью! Зачем, если все так опасно?
И она бросила свою коробку на землю.
– Осторожно! – крикнул Сиан, услышав, как в ее коробке зазвенело стекло. – Не глупите. Оружием здесь ничего не сделать. Секвенсорам действительно нужно то, что мы им несем. Пошли!
И Сиан, сопровождаемый братом, двинулся в темноту пещеры. Но островитяне даже не пошевелились. Химена же достала из заднего кармана сигнальную шашку и, чиркнув о стену, зажгла.
– Вам нужна правда? – спросила она, держа брызжущий искрами огонь чуть в стороне от своего тела, чтобы не поджечь одежду. Это был символ, демонстрация силы, власти и инициативы.
– Здесь, в темноте, мы правды не найдем.
И она двинулась вперед, ведя за своим огнем островитян.
– Пошли! Вперед, и только вперед!
Солдаты направили на нее стволы своих винтовок и пинками вернули к остальным. Как же быстро они спустили Богиню с небес на землю!
– Хорошо, хорошо! – примирительно пробормотала она, возвращаясь к Рокси, Садине и Доминику, вокруг которых стояли солдаты, держащие ее на мушке. Если бы не нацеленное на нее оружие, в окружении солдат она чувствовала бы себя вполне защищенной. Михаил никогда не хотел, чтобы его охраняли стражи Эволюции, и теперь Александра поняла, почему. Зачем ему какая-то горстка бойцов, если в его распоряжении была целая армия? Правда, солдаты этой армии не знали, что стали жертвой манипуляции, и что командует ими полушиз.
Боль пронзала спину электрическими импульсами. Но она вытерпит! Богиню им не победить!
– Нужно что-то делать! – сказала она.
– И что? – прошептала Садина.
– Минхо велел ничего не предпринимать, – сказала Рокси сквозь зубы.
Александре был нужен план.
Чтобы спастись, необходимо отвлечь внимание солдат и заручиться помощью Пилигримов. Как только Пилигримы узнают ее, то всеми силами примутся защищать, и она непременно выберется отсюда. В голову ей пришла идея.
– Среди нас Божество! – проговорила она громко, но стоящие вокруг солдаты ее не услышали. Тогда она прокашлялась и, подняв голову, сказала громко и отчетливо, обращаясь к тройке стоящих перед нею солдат:
– Здесь, среди нас, присутствует одно и единственное Божество.
Сердце Александры билось в одном ритме с той последовательностью чисел, которую она декламировала: 2, 3, 5, 8… Теперь все солдаты ее услышали. Услышали слово, которое с детства вбивали в их сознание.
– Что?
– Божество! Божество – среди нас!
Она посмотрела на Садину, у которой от удивления расширились глаза.
Доминик горячо зашептал:
– Что вы делаете?
Александра встала во весь рост и показала на Рокси.
– Божество скрывается под именем Рокси! – провозгласила Богиня. Рокси застыла в полном недоумении.
– Я больше не собираюсь лгать и покрывать ложь! – крикнула Александра и ударила Рокси по лицу. – Она здесь! Это – Богиня! Вот она!
Солдаты бросились к Рокси, а Александра, отступив в сторону, продолжала кричать:
– Это она! И я могу это доказать. Убейте же ее! Убейте Божество!
Солдаты быстро подняли Рокси с земли и потащили ее прочь. Она не сопротивлялась, ничего не говорила, но глаза ее горели ненавистью к предательнице.
– Зачем вы это сделали? – спросила Садина голосом, полным мольбы.
Садина! Милая Садина! Когда-нибудь ты простишь меня!
– О, дитя мое! – сказала Александра. – Один из нас должен умереть, чтобы спасти других. Это – самый большой подвиг в мире. И я не хотела, чтобы умерла ты.
Садина замерла, опустив глаза.
Как Александра и планировала, новость о пойманной Богине распространилась быстро, подобно кругам по воде. Вымысел смешался с домыслами, одни слухи породили другие, и воцарился всеобщий хаос. Ложь росла и множилась, расцветая словно ядовитый цветок.
И все работало. Конечно, как могло быть иначе? Она же Богиня!
Выскользнув из группы, Александра крадучись направилась к странному, болезненного вида лесу, который все эти десятилетия рос в Глэйде.
Из темноты до ноздрей Айзека донесся знакомый запах. Так пахло в пещерах дома, на острове, где внутри, в темноте, струились и журчали небольшие водопады. Запах земной, суровый и неумолимый. Он шел следом за Джеки, Миоко и Хименой, у которой в руке все еще шипел искрящийся огонь, отбрасывавший тени на стены туннеля, тянущегося в глубине горы. Айзек провел ладонью по стене темного камня, которая поднималась вверх и аркой замыкалась у них над головами. Доносящееся до Айзека эхо шагов идущих впереди братьев заставляло его аккуратнее выбирать слова.
– Фрайпан! – прошептал он. – Два поворота налево и один – направо.
На стенах туннеля не было никаких отметок, и нужно было каким-то образом запоминать маршрут, чтобы выбраться отсюда на обратном пути.
– Внимательнее! – сказал Фрайпан, стукнув своей палкой по стене, после чего показал Айзеку на землю под их ногами. Оказывается, весь проделанный по пещере путь он отмечал глубокой бороздой, которую провел на дне туннеля кончиком своей палки. По ней они и выйдут из пещеры.
А возможно, кто-нибудь и войдет!
Айзек поежился при этой мысли, не зная, к добру это будет или к худу.
Скрываясь в лесу, Александра услышала позади крики. Кричала Садина:
– Это не она. Она – не Богиня! Это ошибка, отпустите ее!
Садина закричала еще громче, но это лишь усилило царящий позади хаос и позволило Александре скрыться незаметно. 1, 2, 3, 5, 8, 13., – декламировала она.
Мантия Пилигрима замедляла движение, но сбросить эту тяжелую одежду было нельзя – все увидели бы ее в наряде Божества! Она бежала прочь так быстро, как только могла, ожидая, что сзади вот-вот закричат или начнут стрелять, но все было тихо.
Сквозь заросли Александра видела на бегу группки Пилигримов, окруженные солдатами, различая тех и других и по их одеянию, и по внешнему виду. Побежденные в войне Пилигримы, избитые и униженные, стояли и сидели в окружении победителей, которые гордо поглядывали по сторонам, наслаждаясь властью, которой Михаил, увы, не заслуживал.
Во время бега капюшон соскользнул с головы Александры, и она быстро вернула его на место.
Но это заметили те, кто, как и она, прятался в лесу.
– Богиня!
Выскочивший из зарослей Пилигрим схватил ее за рукав и остановил. На его лице были вытатуированы имена первых Глэйдеров: Томас, Ньют, Олби, Чак…
– Вы… – начал он, глядя на Александру глазами фанатика.
Зарт, Минхо, Уинстон…
Имена Старых Глэйдеров смотрели на Александру с физиономии выжившего из ума Пилигрима.
Богиня принялась отчаянно освобождаться от его цепкой хватки.
– Ты ошибся! – крикнула она, натянув капюшон пониже. – Пусти!
И вонзила ногти в руку напавшего.
Но тот не отпускал, и глаза его светились истинным безумием.
– Вы… вы хотели казнить меня перед всем городом за вашу собственную ложь! Это вы убили Николаса, а не я! Божество убивает самое себя! – закричал Пилигрим, обращаясь к соплеменникам, прячущимся за ближайшими деревьями. – Богиня жива!
Подбежал еще один Пилигрим и ухватился за одежду Александры.
– Это вы! – прошептал он. – Действительно вы! Лабиринт спасет нас!
– С нами Богиня!
– С нами Богиня!
Пилигримы стали толпиться вокруг, громко выкрикивая ее титул.
– Успокойтесь! – приказала Александра, но без подиума, без охраны, без своих песен и танцев, без обычных украшений и ужимок она была ничем! И Пилигримы ей не подчинялись.
Она начала паниковать.
– Пустите меня! – кричала Александра. О, как она жалела о том, что с легкостью возбуждала в черни любовь и благоговение! Солдаты обратили внимание на шум и крики, издаваемые Пилигримами, и теперь приближались. Эти жалкие Пилигримы погубят ее!
– Эти люди сошли с ума! – крикнула она солдатам. – Совершенно невменяемые!
– Божество с нами! – кричал, между тем, Пилигрим с татуировками на лице, не отпуская руку Богини.
Солдат освободил Александру от хватки татуированного.
– Благодарю! – сказала Александра. – Они сошли с ума. Безумцы!
– Идем со мной! – сказал солдат, потянув Александру за капюшон. Он тянул так сильно, что Александра едва не задохнулась. К солдату подтянулось еще с дюжину конвоиров.
– Нет! Верьте мне! Они сошли с ума! – кричала Александра.
Солдаты тащили ее в самый центр Глэйда. Это конец всему, крах! Эволюция гибла на глазах! Александра закричала так громко, что содрогнулись древние стены Лабиринта. Сердце ее таяло в груди.
Сзади бежал и пританцовывал татуированный Пилигрим.
– Справедливости! Справедливости! – скандировал он.