Пока присяжные ожидали, когда их опять вызовут в зал, с ними оставались два сотрудника службы безопасности суда. Никто из присутствующих не проронил ни слова. Налив себе кофе, Кейн наблюдал за своими коллегами. Задержка их явно раздражала, и чем дальше, тем больше.

Когда присяжных наконец проводили обратно на трибуну, там их уже ждал новый член жюри – Вэлери Берлингтон, дама лет сорока с небольшим, одетая в дорогие черные джинсы и черный топ. И с ног до головы увешанная украшениями – все из золота и все настоящие. Одна только массивная цепь у нее на запястье тянула, наверное, штук на двадцать. Несмотря на дороговизну всех этих побрякушек, смотрелась она дешевкой. Оказалась Вэлери далеко от Кейна, на противоположном конце ряда кресел.

Судья проинформировал присяжных, что Спенсер из их числа исключен и что пришлось привлечь на его место одного из запасных. Велел присяжным оставить найденную записку без внимания и строго напомнил о запрете обсуждать любые подробности рассматриваемого дела до тех пор, пока они не заслушают все показания свидетелей. При этом он ясно дал понять, какими будут последствия, если кто-то это правило вдруг нарушит.

После ухода Спенсера единственным присяжным, вызывавшим у Кейна определенное беспокойство, оставался Мануэль.

Но с этим приходилось пока обождать.

Сосредоточенность Кейна нарушил голос адвоката. Он явно недооценил этого человека – Эдди Флинна. Больше он такого не допустит.