Я думал, все умерли.

Офис адвокатской конторы «Харланд и Синтон» напоминал зону боевых действий. Во рту чувствовался привкус крови, вероятно, от опрокинувшегося на меня стола. Металлический привкус смешивался с запахом жженой кислоты, исходившим от грохочущих по полу стреляных гильз. Полная луна освещала призрачные струйки дыма, которые, казалось, поднимались с пола и испарялись, едва я их замечал. Мое левое ухо казалось наполненным водой, но я понимал, что меня просто оглушили выстрелы. В правой руке я держал табельный «Глок-19». Я обошел стол и в свете тлеющего ковра увидел, как Синтон ползет по полу, хватаясь за пистолет. Не раздумывая, я направил «Глок» на него и выстрелил. Пуля попала ему в бедро, и он перевернулся. Его хриплое, кровавое дыхание вырвалось наружу. В его груди уже было множество пулевых ранений. Это меня успокоило. Я его не убивал — он уже был мертв.

«Глок» был пуст. Ноги Синтона упали на живот лежавшего рядом с ним трупа, и в какой-то момент я заметил, что тела на полу конференц-зала словно тянулись друг к другу. Я не смотрел на каждого из них; я не мог сосредоточиться на их мёртвых лицах. Я видел агентов казначейства, Паттона и человека в солнцезащитных очках. Жертвы Делла. Я огляделся в поисках Кеннеди, но не увидел его.

Моё дыхание вырывалось короткими рывками, которым приходилось бороться с адреналином, грозившим раздавить мою грудь. Холодный ветер из разбитого…Окно позади меня начало сушить пот на затылке. Стеклянная перегородка, ещё мгновение назад отделявшая приёмную от конференц-зала, лежала на полу толстыми, похожими на капли, осколками.

Цифровые часы на стене показали 20:00, когда я увидел своего убийцу.

Я не видел ни лица, ни даже тела; мой убийца укрылся в темном углу конференц-зала. Зелёные, белые и золотые вспышки фейерверка над Таймс-сквер отбрасывали в комнату световые узоры под странными углами, которые на мгновение осветили небольшой пистолет, который держала, казалось бы, бестелесная рука в перчатке. В этой руке был «Ругер» LCP. Хотя я не видел своего убийцу, пистолет многое мне рассказал. «Ругер» был вмещал шесть девятимиллиметровых патронов. Он был достаточно мал, чтобы уместиться на ладони, и весил меньше хорошего стейка. В голову пришли три варианта.

Три возможных стрелка.

Это была работа Делла. Может быть, он её нашёл.

Я не видел тела Эль Грито. Он мог подобрать пистолет или прихватить его с собой.

Третья возможность: любовница Делла.

Никакой возможности убедить кого-либо из них бросить оружие не существует.

Учитывая последние два дня, что я провёл в суде, у всех была веская причина убить меня. У меня была догадка, какая именно, но сейчас это почему-то не имело значения.

Ствол «Ругера» был направлен мне в грудь.

Я закрыл глаза, ощущая странное спокойствие. Всё должно было произойти не так. Почему-то этот последний глоток воздуха был каким-то неправильным. Словно меня обманули. И всё же я наполнил лёгкие дымом с металлическим привкусом, который ещё долго оставался после перестрелки.

Я не слышал выстрела, только глухой удар, который не мог быть выстрелом. Мои глаза были плотно закрыты, поэтому я не видел дульной вспышки — я лишь почувствовал, как пуля вонзилась в мою плоть. Этот роковой выстрел стал неизбежным с того самого момента, как я заключил сделку, чтобы убедить Дэвида признать себя виновным в обмен на неприкосновенность Кристины.

Мои штаны были мокрыми и тёплыми. Я догадался, что это моя кровь.

Только тогда я услышал выстрел; он прозвучал как щелчок кнута.

Я сразу понял, что звук другой — это не оглушительный грохот выстрела пули и вырывающихся из ствола пороховых газов. Это был звук, издаваемый пулей, преодолевающей звуковой барьер. Я знал, что не услышу выстрела, потому что стрелок был слишком далеко. Он находился в здании напротив.За табличкой «Сдаётся» стояла снайперская винтовка М2, одна из его любимых игрушек. Он наблюдал за Кристиной из здания Корбина, и если бы кто-то попытался её убить, он бы снёс ему голову одним нажатием на курок.

Я открыл глаза. «Ругера» больше не было, как и руки в перчатке. Окровавленный обрубок кости и плоти, рука, начисто оторванная выстрелом Ящера. И тут я услышал крик. Женский голос, глубокий и полный боли. Она шагнула вперёд, в лунный свет, и Софи Бланк другой рукой подняла «Глок».

Я думал, все мертвы.

Я был неправ.

Четыре быстрых удара. Её тело рухнуло на пол.

Я обернулся и увидел Кеннеди, высунувшегося из-за дивана.

Боль в груди нарастала от чего-то похожего на жгучую рану от ледоруба, вонзённого в грудную клетку. Я заставил себя посмотреть вниз. Пулевого ранения не было. Вместо этого из моей груди торчал затвор «Ругера». Пистолет был разорван экспансивным снарядом из снайперской винтовки «Ящерицы». Я прикинул, что часть пистолета была длиной около шести дюймов, и большая её часть застряла у меня в груди.

Я не помню, как падал, но помню, как Кеннеди выкрикивал моё имя. А потом в комнате рядом с Кеннеди появился Вайнштейн. Его голова была видна в реве фейерверка.

«Эдди, оставайся с нами. Мы их поймали. Мы их всех поймали. Мы всё слышали по твоему звонку», — сказал Кеннеди.

Я не отключил звонок Кеннеди. Вместо этого я положил телефон на стол для переговоров и дал Деллу возможность говорить.

«Ваша жена в безопасности. Дэвид тоже. Всё в порядке. Парамедики уже в пути…»

Моя голова не держалась прямо. Она всё время падала влево. Каждый раз я видел тело Делла, без макушки. Ящер, должно быть, первым делом убил бы Делла. Рядом с ним я видел труп Эль Грито, его мёртвые глаза смотрели на меня.

Я слышал, как Кеннеди кричал, призывая парамедиков.

И я проиграл битву за свет.

ВЫДЕРЖКА ИЗ NEW YORK TIMES, СРЕДА, 18 МАРТА.

Полиция Нью-Йорка опубликовала имена некоторых людей, погибших в кровавой перестрелке, произошедшей вчера. Вечер в самом сердце корпоративного Манхэттена. Лестер Уильям Делл, 54 года, и Софи Бланк, 31 год, были сотрудниками правоохранительных органов, работавшими с Министерством финансов. Эли Паттон, 28 лет, Джоэл Френд, 29 лет, и Сонни Феррар были агентами Федерального бюро расследований. Джеральд Синтон, 49 лет, был названным партнером в Harland and Sinton, одной из самых уважаемых юридических фирм Америки. Его партнер, Бенджамин Харланд, погиб в результате крушения лодки всего за два дня до этого. Источники в полиции считают, что эти два инцидента не связаны между собой. Имя одного погибшего, предположительно связанного с картелем Роза, пока не названо. И, наконец, адвокат по уголовным делам Эдди Флинн, 37 лет, также погиб. Окружная прокуратура еще не назначила дату слушания большого жюри по делу об убийстве Клары Риз. Официального заявления о причинах этого насильственного эпизода не было сделано.