25 июня 1796

Объявляю козлу отпущения¹, что сегодня, в три часа утра, мамаша родила большущего мальчика, которого назвали Николаем. Голос у него бас, и кричит он удивительно; длиною он аршин без двух вершков, а руки немного поменьше моих. В жизнь мою в первый раз вижу такого великана[1]. Прощайте, будьте здоровы. Если он будет так продолжать, братья выдут перед ним карлики.

2 июля 1796

В воскресенье крестины великана Николая; он совершенно здоров. <..>

5 июля

Великан Николай поминутно просит есть, так что вот уже три дня, как его стали кормить кашкой; это неслыханное дело для ребенка, которому всего неделя. У нянек просто руки опускаются от удивления; если так будет продолжаться, придется к шести неделям отнять его от груди. Он смотрит на всех во все глаза, а голову держит прямо и поворачивает не хуже моего.