Нам Tristia – давно родное слово.

Начну ж, как тот: я родился в Москве.

Чуть брезжил день последнего, Второго,

В апрельской предрассветной синеве.

Я помнить не могу, но помню, помню

Коронационные колокола.

Вся в белом, шелестящем, – как сегодня! —

Мать, улыбаясь, в детскую вошла.

Куда, куда? – мы недоумеваем.

Какой-то звон, сиянье, пустота…

Есть меж младенчеством и раем

Почти неизгладимая черта.

Но не о том рассказ…