* * *
Деревня, 2550-07-30
Кевин, Полина и присоединившийся к ним Перси три дня обходили каждую семью в Деревне. Расспрашивали о самочувствии, о быте и традициях. Первый день с ними ходил Ямакава. Он ни о чем не спрашивал, только слушал.
* * *
Деревня, 2550-07-30 10:25 по местному времени
Кювету с новорожденной перенесли в дом Степана, врачи колонистов объяснили, как пользоваться генератором молока. Вика, Мартин, а потом и другие выздоравливавшие часто заглядывали к молодому отцу, чтобы помочь с Агатой. В Деревне было не принято использовать имя доктора Беринг, но Франческа хотела эту традицию нарушить. Самому Степану, казалось, становилось всё хуже, пока в один прекрасный день он не заметил мальчонку, с огромным усердием подметавшего ступени крылечка небольшой избенки, стоявшей наособицу. Метла была в два раза длинней самого пацана, но он упрямо и сосредоточенно делал свое дело. Когда Степан подошел выяснить, что стряслось, мальчик сказал, что это мама его научила: как бы ни было тяжело и грустно, надо стараться делать, что по силам. Смышленого паренька звали Вит. Отец назвал его в честь себя. Ни он, ни Инара, ни ее маленькая дочь не выжили. Других родных Вит почему-то побаивался, и идти в их избу отказался. Со Степаном он тоже говорил неохотно, и скоро спрятался в избе, заперев дверь.
Но у Степана в тот день появилась цель.
* * *
Деревня, 2550-07-31 11:50 по местному времени
― А я говорю, ни единого синяка на Ямакаве не было! И совсем без защиты!
― Как это без защиты?! ― возмутилась Рёна. ― Они же все всё время в специальной одежде ходят, в защитной!
― Так она тоньше, чем ящериный выползок! ― Тим выпучил глаза.
― Откуда тебе знать? ― Рёна скрестила руки на груди и демонстративно вздернула брови.
― А вот откуда! ― мальчик задрал рубаху и вытащил из штанов тонкую оранжевую перчатку.
Кружок стоявших вокруг ребятишек резко сжался: все бросились трогать тонкую оранжевую ткань.
― Где взял? ― скептицизм Рёны моментально испарился, осталось только деловитое любопытство.
― В подполе, в Круглом Доме, ну, там, в белой комнате.
Белой комнатой называли небольшой бункер в двух метрах под землей. Его, с автономной энергосистемой и регенератором воды и воздуха, строили на случай, если с Ковчегом всё пойдет совсем плохо. Энергоустановка давно уже была перенесена в общую электростанцию, регенератор ― разобран, и даже фильтры в вентиляции выломаны для большей эффективности, но там, в самом защищенном месте Деревни, хранились ценности: лекарства, сложные приборы с Ковчега и их сломанные останки, и некоторое количество семян. Там же оказалось всё снаряжение Ямакавы. Ни планшет, ни компьютер скафандра не могли пробиться через многоуровневую защиту бункера, и оба ушли в спящий режим.
Мальчик вытер сопли левым рукавом, ни на секунду не выпуская свой трофей из правой.
― И правда, какая тонкая! ― восхищенно протянул кто-то из ребят.
― Ага, вот бы платье из такой ткани! ― подхватила одна из девочек.
― Только вот от удара Ящера такая ткань не защитит, ― торжественно провозгласил Тим.
― Очень даже защитит! ― раздался за их спинами приятный незнакомый голос.
Дети притихли и обернулись. За их спинами стояли Вика и одна из колонистов, в костюме как раз из такой ткани.
― Красивая! ― невольно вырвалось у Рёны.
Вика решительно протянула руку. Тим робко отдал ей свою добычу.
― И как же? ― в голосе лекарки звучало сомнение.
― Очень просто.
Алия взяла предмет спора, натянула на свою правую ладонь. Её скафандр, обнаружив новый элемент, автоматически пристегнул его, адаптировал по размеру: огромная перчатка, снятая несколько недель назад с руки Вернона, ужалась, идеально обтягивая изящную кисть вейверки. Малышня, да и Вика, следили за этим процессом, как завороженные. Алия тем временем огляделась вокруг, заметила лежавший неподалёку валун и направилась к нему. Камень, сотни лет назад скатившийся с соседнего холма выглядел сурово и монолитно: три метра высотой и метров пять в диаметре, с одного боку покрытый толстым слоем изумрудного мха, и разукрашенный по всей поверхности разноцветными лишайниками. «Мелкозернистый гранит», ― на глаз определила магистр геологии Барабур. Сжала кулак, замахнулась и со всей силы врезала.
По камню пошла трещина. Алия, сама не ожидавшая такого эффекта, сделала шаг назад. Несколько кусков выпало к ее ногам, открывая полость, устланную внутри мелкими кристаллами аметиста.
Удивленно моргнув, вейверка вернулась к демонстрации: сняла перчатку и показала пораженным зрителям свою ухоженную ладошку без какого-либо намека на свежий синяк.
― Во! Скафандр отлично гасит энергию удара.
* * *
Деревня, 2550-07-33 13:02 по местному времени
Джамиль решил, что с него хватит этой медицинской кутерьмы, и несколько дней самозабвенно исследовал гору и окрестности базы, создавая детальную геологическую модель, чтобы не приходилось по несколько раз за неделю менять инженерные планы будущих помещений из-за внезапно обнаруженных полостей и трещин. Особенно всех поразила коллекция собранных минералов, от разноцветных кварцев и кубиков пирита до красивущего куска малахита килограмма на два, притащенного откуда-то с другой стороны горы.
Когда строители наконец вышли на плановые работы, Джамиль вновь отправился в Деревню.
Он легко отыскал Мартина. Тот разговаривал с другим парнем, повыше и постарше. На руках собеседник держал пацаненка среднего размера. Джамиль не умел определять возраст детей, если они не стоят на земле. Мальчишка был очень тихий, и крепко обнимал мужчину, уткнувшись носом ему в плечо.
Мартин заметил Ал-Каласади, приветственно поднял руку, пытаясь выглядеть взросло и серьезно, но было видно, что он рад встрече.
Мальчишка тоже Джамиля узнал. Вывернулся из объятий отца и бросился к вейверу. «Он ему не отец».
Джамиль встал на колени, чтобы пацану было удобней его обнять. Тот бросился ему на шею, разревелся. Джамиль лишь крепче прижал его к себе. Он знал, что семьи у этого мальчика больше нет.
* * *
Деревня, 2550-07-33 13:16 по местному времени
― Вот, это Отто Спаррман. Он учит дронов охотиться на лепостричей. А это, ― Джамиль указал на своего подопечного, ― Мартин. Март, помогай Отто. Ну, или найди, кто поможет.
Мартин робко кивнул невысокому плотному мужчине с аккуратной бородой. Джамиль тоже кивнул, надвинул на глаза ДР-очки и отправился по своим делам. За него продолжил стоявший рядом Перси:
― Так, вам понадобятся скутеры. Давай покажу, как пользоваться. Ах, да, вот планшет.
У Мартина перехватило дыхание. Его берут в команду!
* * *
Наземная база, 2550-07-33 09:30
Вернон бережно взял маленькую ручку. Погладил пальчики. В сравнении с его ладонью они казались игрушечными. «Самые смелые и сильные ручки на этой планете! Вот, кто действительно всё делал правильно».
В Деревне ещё оставалось несколько тяжелых пациентов, требующих аппаратной поддержки. В этом госпитале со вчерашнего дня осталась только девочка, и с того момента Вернон не отходил от нее дольше, чем на несколько минут.
Лечение антителами помогло почти всем, в том числе и этой малышке. Вирусная нагрузка спала, образовался собственный специфический иммунитет. Только вот было поздно: детские почки и печень не выдержали, и теперь к венам на левой руке девочки подходили трубки аппарата диализа, а ее кожа приобрела неестественный желтый оттенок.
Маккой, серьезная и сосредоточенная, что-то настраивала на терминале за прозрачной стеной. Спустя пару минут она вошла в бокс.
И почти одновременно с этим маленькие пальчики шевельнулись.
Вернон встрепенулся. Приподнялся со своего места, заглянул в реаниматор.
* * *
Наземная база, 2550-07-33 09:31
Инн спала. Ей не снилось ничего конкретного, просто было тепло и уютно. Кажется, до этого был кошмар, тяжелый, вязкий и черный, как деготь. Так бывает, когда сильно болеешь. Но сейчас всё прошло.
«А здорово мы с Дедом сбежали с базы с чужаков! И потом замечательно позавтракали в красивой белой пещере!» Блики от озера, как бабочки, или даже как феи из сказок, плясали на гладком, словно перламутровом потолке. Дед что-то спрашивал про базу, видела ли она, как интересно база расположена на скале, и какой дом был на площадке, где они приземлились, здоровский, стеклянный. И что пещера эта раньше имела второй выход… Инн только кивала. Ей очень хотелось рассмотреть поселение чужаков получше, но было темно и туман. А ещё она плохо спала ночью, наверное, от волнения, и очень жалела, что не смогла в полной мере насладиться приключением. «А ещё… Там была Агата Беринг! Только не старая, как на большинстве записей, а молодая и сияющая! Или это мне приснилось?» Она помнила, как они с Дедом вынырнули из озера. В пещере катера чужаков не было, что Инн, если честно, расстроило. А потом они снова полетели лесом. Летать на Птичке по густой тайге не очень интересно: слишком быстро, всё мелькает. Хотя, спешить вроде больше некуда: её чужак наконец спасен. Бессонная ночь взяла свое, плавные покачивания катера убаюкивали, было тепло, даже жарковато, и Инн не заметила как уснула. Но, пожалуй, пора просыпаться. «Поди прилетели уже!»
Девочка с трудом разлепила веки. На лицо набежала тень. Наверное, Дед как раз собрался ее будить. Инн нахмурилась: зрение фокусировалось как-то медленно. А потом…
― Чужак? ― удивленно попыталась сказать она. Получился, правда, лишь едва слышимый шепот.
Широкое лицо, густющие черные волосы и невероятное облегчение в живых желтых глазах.
― Как… ты так быстро поправился?..
Инн огляделась вокруг. Она точно находилась не в Птичке. Да и в Деревне не было такого места.
― Г-где мы?
― Это база моей экспедиции, ― чужак улыбнулся. У него был приятный, хоть и тоже хрипловатый голос. ― Спасибо, что спасла мне жизнь. Меня зовут Вернон. А тебя?
― Катерина, ― серьезно ответила девочка. ― Можно просто Инн.
― А меня ― просто Вер.
― Что случилось? Вы нас поймали? Где Дед?
* * *
Наземная база, 2550-07-33 09:35
Ямакава принялся рассказывать девочке о случившемся, а Лидия, удовлетворенно кивнув, вернулась за терминал. Ей предстояло спланировать серию операций для этой девочки.
* * *
Наземная база, 2550-07-33 17:40
― Эй, ребят!
Серж и Перси обернулись на оклик Санни.
― Мы тут собираемся вечером на озеро. Там роскошный водопад, и пробы воды ― просто мечта. Айда с нами!
― О, я в деле! ― тут же загорелся Серж.
Перси отвел глаза:
― Я пас. Рене… Ну, в общем, потом как-нибудь.
Санни с Сержем многозначительно переглянулись, и поспешили к флаеру, возле которого уже собралось человек десять. Перси махнул им вслед, и, едва заметно улыбнувшись, пошел к лифту на третью террасу. К водопаду Рене он свозит отдельно.
* * *
Наземная база, 2550-07-33 17:44
― На водопад полетят.
― Ага, ― Кевин нежно провел по спине Зухры. Они с ней на водопаде уже были, а сейчас они уютно устроились в обнимку на их секретном уступе над третьей террасой, и наслаждались тёплым ясным вечером.
― Знаешь, ― тихонько прошептала девушка, плотнее прижимаясь к нему, ― я думаю восстановить цикл.
Кевин почувствовал, как его тело каменеет, а внутри нарастает восхитительное, незнакомое ему раньше томление. Было в этом что-то древнее и сакральное.
― Ты… не против? ― обеспокоено спросила она.
― Да, ― с трудом выдохнул он. ― Да, конечно.
«У нас будут дети».
* * *
Деревня, 2550-07-34
Экипаж злополучной лодки получил самую высокую вирусную нагрузку, а потому среди выживших осложнения у них оказались самыми тяжелыми, так что когда большинство выздоровевших уже спокойно занимались своими делами, участники того похода всё ещё с трудом могли ходить. У Финеаса, капитана лодки, болезнь привела к воспалению сердечной мышцы, а у Рэнда ― к тяжелой пневмонии. Потребовалась даже пересадка левого легкого, но пока орган на замену рос в медицинском инкубаторе, установили искусственное, чем деревенский врач немного гордился. При таком раскладе было чудом, что умер из них только один Алекс. Его тело отказалось принимать чужие антитела, ополчившись на них, а не на вирус.
Но сильней всего досталось Инн. Пришлось срочно пересаживать долю печени от матери, и в ближайшие несколько недель ей предстояли ещё три операции.
* * *
Наземная база, 2550-08-01 11:50
Эту женщину звали Яна. Высокая, темно-русая, кареглазая. Она бы выглядела совсем обычно, если б не уверенная осанка и тяжелый взгляд чуть прищуренных умных глаз. Болезнь Яна перенесла на ногах, её иммунитет начал вырабатывать защиту самостоятельно, ещё до первой дозы чужих антител, как и у двух ее младших сыновей-близнецов.
Старшая дочь была вся в нее: до последнего защищала того, кто оказался в беде, а потом и сама стойко боролась с болезнью. Сейчас же и желтуха вон сошла.
После операции прошло всего два дня, минимальный срок, который требовался для восстановления донора, но ей нужно было вернуться домой поскорей: Томаш страшно переживал за любимых жену и дочь. Другие жители деревни считали его паникером, но Яна полагала, что его беспокойство только добавляет ей и Инн храбрости. Она с улыбкой кивнула дочери, затем Ямакаве, и вышла.
* * *
Наземная база, 2550-08-01 11:51
Ямакава уважительно кивнул в ответ, дождался, когда за Яной закроется дверь, а когда обернулся назад к девочке, в его глазах сверкнули озорные огоньки.
* * *
Наземная база, 2550-08-01 11:51
― Хочешь прогуляться по базе? ― деловито спросил Вер.
«Было б здорово!» Не то, чтобы Инн не нравилась ее комната: просторная, светлая. Стены вроде бы из камня, но на ощупь ― гладкие и теплые, а окно ― просто огромное, и такое прозрачное! И вид из него ― захватывающий дух, с такой-то высоты! Но видно было только лес и соседние холмы, красиво, конечно, но ничего необычного.
― Как? Врачи сказали, как минимум ещё три дня нельзя ходить, а потом ― в Деревню. На кровати, что ли, гулять поедем?
― На кресле.
Дверь снова открылась и в нее въехало…
― Гравикресло! ― с восторгом прошептала Инн.
― Ага, ― подтвердил Роб. ― Оснащено всем необходимым.
Врач сноровисто переключил все провода и трубки на летающее сиденье, после чего Вер бережно поднял Инн и пересадил в ее новый транспорт. Потом друзья застегнули на ней странную одежду, которую она поначалу приняла за необычный плед. Серый с оранжевыми вставками комбинезон оказался очень мягким и приятным на ощупь, и был идеально ей по размеру.
― Это чтобы не замерзнуть и не перегреться, ― пояснил Роб. ― А теперь для безопасности… ― застегнул ярко-оранжевые ремни.
Инн тем временем рассматривала экран и джойстик под своей правой рукой.
― Давай объясню, как управлять.
― Не надо, и так понятно.
Мужчины отступили на шаг, а Инн ловко вырулила в коридор и развернулась.
― Куда пойдем?
― Не угонишься, ― заключил врач. ― Возьми скутер.
― Угу, ― кивнул Вер.
* * *
Деревня, 2550-08-05, 12:00 по местному времени
День был пасмурный, но не мрачный. Сквозь облака и кроны деревьев то тут то там прорывались столпы солнечного света. Почти все из двухсот восьмидесяти выживших жителей Деревни и около пятидесяти членов экспедиции Б-32 собрались у подножия холма, на котором когда-то стояла вышка связи.
На большой, поросшей мелким клевером поляне возвышались остовы двух больших деревьев. Левый был прямым и ровным, и почти в два раза выше раскидистого и коренастого правого. Когда-то давно оба гиганта погибли в одном из пожаров, но не сгнили, а мумифицировались и побелели от времени. Лишь в некоторых трещинах на их голых стволах сохранились черные полосы не выкрошевшегося ещё угля.
Между деревьями ― широкая арка, вход в мемориал. Вырезанный в скале проход вел в просторный грот. Пещера была естественного происхождения, но строители расширили и укрепили ее, а также добавили систему вентиляционных отверстий, световых тоннелей и зеркал, приносивших в зал свежий воздух и естественный свет. Из-за этого создавалось впечатление, что всё ещё находишься в лесу.
Пол и стены грота не были ровными. Своими изгибами и ступенями они создавали плавные и естественные границы между несколькими зонами. В каждой из них ― несколько вырезанных из камня композиций, объединенных друг с другом так естественно, словно они возникли тут сами, а не вырезаны высокотехнологичным оборудованием. Вот лужок, на который как раз приходилось одно из пятен света, вот поросший грибами старый пень, вот несколько шишек под кряжистой сосенкой, большая рыба, крылечко с разбросанными детскими игрушками, угол избы, небольшое озерцо, рядом с ним ― лодка, и множество других образов, собранных Кевином из разговоров с жителями Деревни.
В каждой композиции ― ниши для праха. Умерших за время эпидемии на совете Деревни решено было кремировать. Ступки, все разной формы и цвета, отражали индивидуальность умершего, как ее запомнили родные. Возле ниш ― маленькие выгравированные в камне и покрытые черным пластиком портреты, и имена.
Люди Вудвейла по очереди заносили в грот ступки с прахом своих родителей, сестер, братьев, супругов, детей и друзей. Говорили теплые слова, иногда грустно шутили, иногда ― просто молчали. Плакали.
Эпидемия с жестокостью безразличного хаоса прошлась по маленькому племени, не делая разницы ни по вине, ни по заслугам, разве что по возрасту: больше половины заболевших подростков всё-таки умерло.
Когда все разошлись, Джамиль подошел к одной из ниш, спрятанной в корнях вырезанного на стене каменного дерева. Вынул из кармана залитый в пластик круглый зеленый листок, и вставил его в углубление под именем «Карен» и портретом лопоухого мальчика.
* * *
Деревня, 2550-08-05, 12:03 по местному времени
Вернон почувствовал неладное почти сразу после начала церемонии. Он остался снаружи, встал с краю, чтобы не заслонять никому обзор, так что быстро нашел каменный уступ сантиметров пятьдесят высотой, влез на него, чтобы видеть всю площадь перед гротом, и зашарил глазами по толпе. «Кто? Кто же, черт возьми?»
Вот родители Инн и ее двое братьев, отец счастливо держит девочку за руку. Вот совсем юные ещё парень и девушка, Мартин и Марина, оба очень бледные, но решительные. Ямакава знал, что они помогали уговаривать людей вернуться. Вот тот здоровяк, напавший на Малинику на пляже, черен от горя, но женщина, что стоит рядом с ним, словно защищает его от безумия. Вот Степан. В слинге ― новорожденная малышка, рядом ― маленький мальчик. В этой семье ― светлое спокойствие, хотя у обоих мужчин в руках по две ступки. Вот высокий темноволосый человек с окладистой бородой, его клан весь выжил и не заразился, но он тоже держит кубик с чьим-то прахом.
Взгляд Вернона перескакивал с одного на другого. Мрачная, заплаканная Вика. «Нет». Суровый, закусивший губу Рэндалл. «Нет».
Ощущение, похожее на замерзшие пальцы в осенний день, было едва заметно на фоне тяжелой, но объединяющей скорби. Это был поиск даже не иголки в стоге сена или Ковчега в звездной системе, Ямакава искал каплю яда в горькой микстуре, каплю вины, безнадеги и решимости, вкус которой он сам знал слишком хорошо! «Кто?!» «Прививка от суицида» волной прокатилась по жилам. Кто-то в толпе больше не хотел жить.
Ямакава выдохнул. Закрыл глаза, сосредотачиваясь на этой лишней в его голове эмоции и пытаясь определить направление. «Кажется, там». На другом конце площади.
Одна из фигур отделилась от толпы и направилась в сторону Деревни. Сердце пропустило удар: Вернон его узнал.
В следующий миг Ямакава спрыгнул с уступа, и обойдя площадь по краю, поспешил за ним.
* * *
Деревня, 2550-08-05, 12:07 по местному времени
Вернон догнал худого лохматого парня за первым же поворотом тропы. Не окликнул, сразу схватил за левую руку, заставляя остановиться. От прикосновения неприятно-горькое, как испорченное пиво, желание умереть, газировкой ударило в ноздри.
― А ну пусти! ― прорычал парень, не оборачиваясь, лишь резко тряхнул рукой. Дернулся ещё раз, безуспешно, и только тогда посмотрел на Вернона. И опешил. ― Ты?!
― Я. И я тебя не пущу.
Парень несколько раз глубоко, взахлеб вздохнул.
― Ты нихрена не понимаешь. Они все мертвы. Почти вся моя семья. Многие друзья. И другие люди. Их больше нет. Тебе, из твоего прекрасного мира сияющих машин, не понять! Все, все они, это я их убил!
Вернон стоял и молчал.
Парень снова рванулся, отчаянно и безуспешно.
― Ты! Это я тебя избил. Я пытался оторвать тот кусок синей кожи. Это я решил травить тебя мхом! Если бы… ― из глаз парня брызнули слезы, ― если бы я не вел себя, как последняя сволочь, ничего бы этого не случилось!
Он на мгновенье замолчал, переводя дух, а потом вдруг резко придвинулся к Вернону, глядя прямо в глаза.
― Ты же видишь, сколько зла я натворил. Я заслужил смерть, ― прошипел он.
― Ничего бы этого не случилось, если б там, в Долине Ковчега, я бы поднял забрало, а не снял шлем. Вы бы обнаружили меня в сознании, оказывающим старику первую помощь. Все эти жертвы, как и твой срыв в Долине, ― результат моего глупого поступка.
Вернон сделал короткую паузу. Парень пораженно замер с вытаращенными глазами.
― И поэтому ты будешь жить, ― продолжил вейвер. ― Моя беспечность убила восемьдесят восемь человек. И ты не станешь восемьдесят девятым.
* * *
Деревня, 2550-08-05, 12:08 по местному времени
Янис почувствовал, как слабеют его колени. Он медленно опустился на траву возле тропы. Огромный чужак секунду постоял, потом тяжело сел рядом. В тревожно бежавших по небу облаках открылось окошко, и Янису показалось, что на мгновенье специально для них двоих засияли солнца, по одному на каждого.