Иронизирует Вечный Принц, хотя в этой иронии все-таки есть элемент горечи. Встречаемся мы сейчас крайне редко. Вид у него цветущий. Он явно помолодел, при встречах на лице улыбка. Строен, подтянут, хорошо одет. Последним своим достижением он считает тот факт, что ему начали писать из мест лишения свободы заключенные, которые благодарили его за книги. Я читал эти письма, где заключенные говорили, как с помощью книг им удалось изменить свое отношение к миру и людям и неплохо устроиться в тюрьме. Некоторым даже удалось организовать там группы психологического роста. По-моему, он уже и там стал проводить семинары. Со мной ему контактировать некогда, что свидетельствует, что жизнью своей он доволен.

Но мир тесен, так что я знаю, что число регионов, где он работает и работают его ученики, у него растет. Побывал он в Ижевске, Омске, Братске. Сейчас он, по-моему, где-то за рубежом. Там хотят создать специальный институт или центр по работе по его методам. Знаю, что он еще как-то был то ли в США, то ли в Германии по приглашению местных психотерапевтов и проводил с ними недельный тренинг Дети его самостоятельны. Видится он с ними тоже редко. Начинает поправляться здоровье Золушки. Он надеется, что скоро сможет разъезжать по семинарам вместе с ней. Она участвует во всех его делах. Ведет документацию, почту, отвечает на телефонные звонки и всей душой поддерживает все его начинания. В его записках за последние годы сексу уделяется мало внимания, что свидетельствует, что и в этом плане у него все наладилось.

Я думаю, что сценарное перепрограммирование у него завершилось, и это не слова, а факты. О себе он мнения хорошего (Я+), он положительно отзывается о своих близких и даже о своих врагах (ВЫ+). То, что «ОНИ», показывают все расширяющиеся контакты. А «Труд» у него в плюсах безо всякого сомнения.

Отдельные невротические знаки не портят общей благополучной картины. Но, может быть, и они нужны, как перец в пище. В общем, мне он напоминает дерево, за которым, когда оно было молодым, не очень хорошо следили. Но затем нашелся садовник, который методически повыпиливал ненужные, довольно толстые ветви, зацементировал дупла. Кое-что заплыло новой корой, но следы прежнего кое-где видны, как шрамы от старых ран.