Когда я решил распрощаться уже и проститься

с моею печалью, с моими минувшими днями,

какая-то с облаком схожая черная птица

как бы ненароком в окошко мое заглянула.

Когда я решил и решился уже распрощаться

с моими прошедшими днями, с печалью моею,

та странная птица,

как бы на правах домочадца,

негромко, но твердо в окошко мое постучала.

Как бы на правах прорицателя и ясновидца,

которому тайны разгадывать – плевое дело,

та странная, с облаком схожая черная птица

насмешливым глазом своим на меня поглядела.

Как бы на правах ясновидца, провидца, пророка,

которому ведомо все, что случится со мною,

она посмотрела насмешливо – дескать, не выйдет,

она головой покачала – и нечего думать.

Но я уже принял решенье, решил и решился,

и ваша усмешка, она здесь едва ли уместна.

Я знаю давно вас,

и мне ваше имя известно —

вы просто нахальная глупая птица, и только.

А я уже принял решенье, и я уплываю —

решил и решился, и я уплываю, прощайте —

по черной воде уплываю,

прощаясь безмолвно

с прошедшими днями, с минувшей печалью моею.

Я принял решенье, решился,

и как отрешенье

от той миновавшей печали и дней миновавших

внизу подо мною темнеет мое отраженье,

по черному руслу, по черной воде уплывая.

По черному руслу – прощайте —

все дальше и дальше,

все глуше и глуше, все тише вокруг и безлюдней.

И только одна эта странная черная птица

все смотрит мне в душу насмешливым глазом

печальным.