– Глеб, ты как? – Арслан склонился над парнем, когда тот немного продышался. Пульс скакал на отметке в девяносто ударов в минуту, что многовато, давление тоже выше нормы – сто сорок на девяносто, но жить будет, а это главное. Жизненные циклы парня приходят в норму, поэтому совершенно нормально, что сейчас организм будет вести повышенную активность.

– Слабость и голова раскалывается. Немного мутит, но это ерунда. Что со мной произошло?

– Понимаешь… – Тимирязев бросил на меня взгляд и задумался. Ладно, если он не знает с чего начать, возьму это на себя. Уж я-то знаю что произошло с парнем.

– В районе Видного открылась новая воронка, такая же, как возле Шереметьево. Это произошло в тот самый момент, когда ты был там. Мгла попыталась подчинить твою волю и разум, но ты оказался сильнее. Вторые сутки ты продолжал с ней бороться, хоть и угасал, пока мне не удалось раздобыть старшую эссенцию и вернуть тебя к жизни.

Чувствовал на себе удивленный взгляд Тимирязева, но сейчас это не имело значения. Я должен объяснить Глебу что происходит. Он – часть нашей семьи и есть шанс, что удастся привлечь его на свою сторону.

– Тебе? Кирюха, ты что, совался в ту дрянь? Как отец тебе позволил?

– Скажем так, он не знал об этом, а мне удалось выскользнуть из-под носа Жёлудя. Все это неважно. Пока ты находился в бессознательном состоянии, произошло много всего, но сегодня тебе лучше побыть в кровати.

– А, если с тобой был Жёлудь, тогда я ничему не удивляюсь, – хмыкнул Глеб. Надо же, он даже шутить уже способен. Если повезет, завтра будет на ногах, а через пару дней так вообще в полной форме.

– Скажу матери, что ты пришел в себя. Хоть одно хорошее событие за сегодня. Да, Глеб, постарайся сегодня не вставать с кровати, а я пока загляну в «Аркан».

– Кирилл, я с тобой! – тут же отреагировал Тимирязев. – Не знаю что ты задумал, но будет лучше, если я и парочка крепких ребят будем рядом.

– А кто будет следить за безопасностью здесь?

– Минин, мой зам. Не волнуйся, Стас свое дело знает и работу делает на пятёрку с плюсом.

– Идет! – на самом деле, мне не очень хотелось, чтобы Тимирязев совал нос в мои дела. Слишком много этого человека стало в моей жизни в последнее время. Но я прекрасно понимал, что отделаться от внимания Арслана просто так не выйдет. Да и с ним куда безопаснее. Соваться в охраняемое здание, в котором многие сейчас будут рады увидеть мой скорый конец, без поддержки не очень-то и хочется. Понимаю, что Тимирязев не совладает с кучей убийц, но так будет спокойнее.

Мы с Арсланом вышли из комнаты Глеба, но Тимирязев не спешил начинать разговор. Только когда мы сообщили Марии, что ее старший сын пришел в себя, а потом вышли из дома и направились к гаражу, начальник безопасности решил начать разговор.

– Говоришь, мне показалось? Может, объяснишь тогда как тебе удалось попасть в комнату, минуя охрану и даже не открывая дверь?

– А я должен отчитываться перед человеком, который работает на меня? – остановился и посмотрел в глаза Тимирязеву, но тот лишь улыбнулся.

– Не знаю что произошло с тобой на Закрытой территории, но такой Кирилл мне нравится даже больше. Кстати, что ты хочешь в «Аркане»?

Ага, он решил, что изменения, которые произошли с Кириллом, так или иначе связаны с Мглой. Это может вызвать не самые лучшие ассоциации, но пока не буду вскрывать карты.

– Погоди с «Арканом», есть более важные задачи. Пожалуйста, разберись с медиками. Как хочешь, хоть на себя контракт оформляй, но сегодня вечером они должны быть у Глеба. Его жизни уже ничего не угрожает, но поддержать организм все-таки понадобится.

– Сделаю! Как ты догадался, что эта штука поможет? Признаться, я до последнего не верил, грешным делом даже подумал, что ты решил убить брата…

– Вот уж спасибо за доверие!

– А что ты хотел? Мальчишка, который никогда ничем не интересовался кроме творчества и саморазвития вдруг проявляет интерес к Закрытой территории, отправляется туда и даже возвращается живым. И ко всему прочему притаскивает эссенцию, которую не смог отыскать отряд специального назначения «Аркана». Знаешь, у меня два варианта: либо все это время ты вел двойную жизнь и умело скрывался, либо после похода на Закрытую территорию ты кардинально изменился. И твое умение попадать в запертые комнаты, не пользуясь дверями, наводит меня на странные мысли.

– Не буду мешать твоему мысленному штурму.

– Кирилл, зачем ты спас Глеба?

– Как это зачем? Он мой брат, я его люблю и сделаю все, чтобы спасти ему жизнь. И потом, должен же в семье Аркановых быть запасной мужчина, если какому-нибудь очередному начальнику безопасности захочется пристрелить главу рода.

– Это не смешно, – гневно зашептал Тимирязев. – И я бы хотел, чтобы эта информация осталась между нами.

– Без проблем. Тогда и ты не одолевай меня нелепыми вопросами. Я ведь не интересуюсь как ты умудрился навешать лапши на уши дознавателям и уладить с ними проблемы.

– Идёт! – бросил Тимирязев, но потом заулыбался и покачал головой.

Арслан взял с собой еще двоих ребят из числа телохранителей, когда мы отправились в «Аркан». Здание это находилось в пятнадцати минутах езды, а окна из кабинета отца выходили аккурат на это здание, которое возвышалось вдалеке.

Девятнадцать этажей, а само здание имеет зеркальную поверхность и при попадании солнечных лучей светится, как новогодняя игрушка на ёлке. Машину оставили на подземной парковке, а в здание поднялись на лифте. Тут же нас встречала симпатичная девушка в деловом костюме и с планшетом в нежных ручках.

– Кирилл Викторович, мы очень рады вашему визиту. Моя имя – Елена, разрешите я буду сопровождать вас в ходе вашего визита?

– Зачем?

– Насколько мне известно, раньше вы не бывали в «Аркане», поэтому плохо ориентируетесь в здании.

Мысленно надавал пинков Кириллу, который в последнее время и так вел себя тихо. Заслужил. Это надо же! Ни разу не побывать в здании, которое является сердцем бизнеса отца. Придется смириться с ролью слепого и обходиться услугами симпатичного поводыря. Ладно, тут я не особо проиграл.

– Хорошо, если вас не затруднит.

Ребят пришлось отправить в машину, чтобы они не смущали окружающих, а рядом со мной остался только Тимирязев.

– Кирилл Викторович, нас ждут в зале заседаний. Все члены совета директоров прибыли сюда, как только узнали о кончине вашего отца, не хватает только вас.

– Погодите, а как же Глеб?

– Насколько нам известно, Глеб Викторович на данный момент недееспособен и не сможет участвовать в заседании.

– У вас потрясающая осведомленность, – не удержался, чтобы не съязвить. Ты посмотри, о смерти отца уже знают, о болезни Глеба тоже наслышаны. Ничего не утаишь от этих акул бизнеса. Заходя в зал заседаний, я уже понимал, что легко не будет.

– Кирилл! – обернулся на голос и увидел мужчину лет сорока, который спешил ко мне. – Позвольте представиться, Филипп Леруа, компаньон вашего отца, один из членов совета директоров и просто человек, который глубоко сопереживает вашему горю и рад видеть вас в стенах «Аркана».

– Благодарю, господин Леруа. Увы, не имел честь быть знакомым с вами ранее и рад, что удалось исправить эту досадную оплошность.

Мужчина явно удивился моему красноречию, но все же продолжил гнуть свою линию:

– Вы поступили очень правильно, что приехали сюда, как только появилась возможность. Внеочередное собрание совета директоров созвали, как только стало известно о трагедии, случившейся с вашим отцом. Посмотрите на этих людей – они взволнованы, им нужна поддержка и спокойствие, ведь все мы знаем, что деньги любят тишину, а в «Аркане» очень много денег.

– Я вас услышал, Филипп. Благодарю.

Занял место, которое мне предложила Елена, а вот Тимирязева пришлось отослать – здесь он был явно лишним, и начальник безопасности сам это прекрасно понимал.

– Я буду рядом, вон за той дверью! – пообещал мужчина. – Как раз сделаю пару звонков.

– О врачах не забыл?

– Да-да, именно врачам и позвоню, – ответил Тимирязев, и по его реакции я понял, что о моей просьбе он уже успел позабыть.

В зале собралось всего семь человек, включая и меня. Елена услужливо положила передо мной папку с информацией о компании. Я с деловым видом открыл ее и пролистывал документы, стараясь делать это небрежно. На самом же деле старался в сжатые сроки узнать как можно больше о компании.

Как понял из документов, в составе совета директоров «Аркана» состоят семь человек, все они, кроме отца, сейчас находятся в этом помещении. Компания имеет большой спектр услуг – производит и продает оружие, ведет исследовательскую работу и разработку новых вооружений, предлагает услуги охранного предприятия для высокопоставленных лиц. В общем, мечта для того, кто собрался бороться с порождениями Мглы.

В первом голосовании совета я не принимал участия, потому как директора голосовали за то, чтобы сделать меня одним из его членов. Проблема была в том, что по факту я еще не вступил в наследство и не владею долей отца, но это был лишь вопрос времени, ведь в его завещании все было прописано детально. Правда, они еще не знают, что Глеб пришел в себя, но богатенькие джентльмены решили не рисковать. Очень зря, ведь сами говорили, что деньги не любят поспешных решений.

По итогу, моя кандидатура была принята единогласно. Ну а следующее голосование потребовало от меня вмешаться в полную силу, потому как Леруа самым наглым образом попытался оставить меня не у дел.

– Дамы и господа, все мы понимаем, что нужно выбрать главу совета директоров. Это важная и сложная миссия, которая требует от человека глубокого знания ситуации и таланта управленца. Я считаю, что смогу взять на себя этот груз ответственности…

– Вынужден с вами не согласиться! – тут же вмешался один из директоров. На его табличке была аккуратно выгравирована фамилия Троицкий. – У меня давно созрел план управления компанией, который позволит ей расширить спектр возможностей и укрепить позиции на рынке, поэтому выдвигаю свою кандидатуру.

Так, кажется, у меня под шумок пытаются отжать предприятие отца. Понимаю, что он всего лишь один из учредителей, но недаром оно называется «Аркан». Виктор Арканов имел здесь большую долю. Неужели они рассчитывают, что я полный болван и проголосую за кого-то, вместо того, чтобы выдвинуть свою кандидатуру?

– Простите, господа, но мне кажется, что выбор очевиден. Наша семья владеет значительной долей акций «Аркана», и не потерпит в кресле главы компании человека со стороны. Насколько я помню, отцу принадлежало сорок процентов акций. Понимаю, что вы беспокоитесь об успешности «Аркана» и сохранности своих денег, но я могу верить вас, что курс компании сохранится и вашим активам ничего не угрожает.

Ни Леруа, ни Троицкий явно не ожидали от меня такого ответа. Но что самое любопытное, Филипп отозвал свою кандидатуру. Видимо, пауки в банке решили объединиться? Печально, если все поступят так, ведь для победы мне нужно хотя бы два человека, которые поддержали бы мою кандидатуру из шести. В текущих реалиях и это слишком много.

Голосование было формальным. Я устроился в кресле и с интересом следил за цифрами на мониторе. Ну-ка, посмотрим кто поддерживает меня и кто решился открыто идти против. К своему удивлению отметил, что Леруа поддержал мою кандидатуру. Возможно, понял, что лучше не рисковать и не показывать свою позицию открыто. Его десять процентов выросли возле моей фамилии. Еще один человек, который оказал мне поддержку – Валерий Меньшиков. Миллиардер, состояние которого не уступало богатству отца. Его доля в «Аркане» составляла также десять процентов. Третьим человеком на моей стороне оказалась женщина лет сорока – Ксения Бориславская. На том все.

– Семьдесят процентов за Кирилла Арканова, тридцать процентов за Николая Троицкого, – подвел итоги голосования Леруа. – Поздравляем вас, господин Арканов.

– Вы серьезно? – Троицкий не смог сдержать гнева и подскочил с кресла, когда объявили результаты голосования. – Вы всерьез решили выбрать этого щенка, который ничего не смыслит в бизнеса? Да он развалит компанию через неделю!

– Господин Троицкий, мне казалось, в совете директоров все построено на взаимном доверии и уважении, или я ошибаюсь?

Сейчас я выглядел более сдержанным и спокойным, чем опытный бизнесмен. Интересно, он правда не может сдержать себя в руках? Как тогда смог заработать такое состояние, ведь в таком случае бизнес – явно не для него. Или это попытка сыграть на публику и привлечь на свою сторону тех, кто еще сомневается?

– Вы вообще во многом ошибаетесь, господин Арканов! – последние слова были произнесены яс явной издевкой.

– Надеюсь, вам хватит смелости извиниться за собственные слова. И впредь, как глава совета директоров, прошу сдержаннее относиться к своим выражениям. Вы портите не только свою репутацию, но и лицо всей компании. Если кто-то из присутствующих не готов вести диалог в рамках взаимного уважения и доверия, может вынести свою кандидатуру на выход из совета директоров, а мы это предложение рассмотрим.

Да, это маленькая победа. Остальные члены совета втянули шеи и смотрели с явным удивлением и даже опаской. Нет, они понимали, что никто их не выгонит, но явно не ожидали такой уверенности от девятнадцатилетнего пацана. Только Троицкий сверлил меня ненавистным взглядом, но пилюлю проглотил.

– Господа, прошу меня простить за излишнюю вспыльчивость, был не прав, поддавшись эмоциям, – самолюбию и авторитету Троицкого был нанесен ощутимый удар. – И все же, я считаю решение совета неосмотрительным и буду добиваться повторного голосования после того, как господин Арканов представит нам свою несостоятельную рабочую программу.

Да, знает куда давить. Не вышло устроить открытый бунт, будет ловить на ошибках. Ничего, поработаю над этим вопросом. «Аркан» крайне важен для борьбы с Мглой. И пусть мне придется тратить кучу времени на работу здесь, я понимаю, что главная цель – закрытие воронок и подготовка к полноценному вторжению Мглы. Если мы окажемся неготовыми, потеряем все, и не только «Аркан», а и собственные жизни.

На сегодня других вопросов у совета не было, поэтому мы решили заслушать мой план развития компании послезавтра. Чувствую, нужно готовиться к еще одному бунту и возможному открытому недоверию, которое объявят мне при удобном случае.

– Елена, вы мне еще нужны! – решил воспользоваться услугами девушки и прогуляться по зданию компании. Особенно меня заинтересовали лаборатории, в которых проводились исследования. Они были расположены в подземном комплексе здания, куда мы и отправились.

– Это наш главный технолог, Курчатов Анатолий Борисович. – Елена подвела меня к седому мужчине в белом халате и повернулась уже к нему. – Кирилл Викторович хочет узнать больше о ваших исследованиях, которые вы проводите с ресурсами из Закрытых территорий.

– О, вы младший сын Виктора Арканова? Рад, что у вас проснулся интерес к науке. Молодой человек, вы представить себе не можете какая это любопытная вещь – наука, – с гордостью произнес Курчатов. – Вот, поглядите-ка, что это перед вами?

Профессор поднял колбу и слегка ее встряхнул, чтобы вещество, находящееся внутри, пришло в движение.

– Эссенция. Та часть, которая остается после гибели твари…

– Во-от! Эссенция! – подхватил Анатолий. – Вы совершенно верно сказали. А что есть «эссенция»? Наука дает два понятия этого термина. Эссенция – это сущность с точки зрения философии. Сущность порождения Бездны, то, что остается в остатке, когда она завершает свой жизненный цикл.

Внутри меня настоящий Кирилл закрыл лицо руками. Ну да, повернутого на науке Курчатова непросто понять, но он рассказывал любопытные вещи.

– А второе значение?

– Ве-щес-тво! Вытяжка, если вам так угодно. Видите ли, сейчас эссенция находится в жидком виде, верно? Когда мы ее даем пить больному, она легко усваивается. А если мы добавим ее в качестве припоя к серебряному напылению, которым покрываем поверхность оружия и патроны против порождений Бездны? Все лишнее, которое служит катализатором, испаряется, остаются лишь твердые частицы. Именно они, вступая в контакт с материальным обликом эфириалов, позволяют наносить им колоссальный урон, когда обычное оружие малоэффективно. Порой даже смертельный, если можно так говорить об этих существах.

Ох и закрутил! Зато я теперь понимаю то, до чего дошел путем проб и ошибок в собственном мире.

– Хорошо, а почему одни эссенции сильнее других?

– Все дело в их составе. Я провел небольшое исследование и установил, что у Мраков концентрация вот этого твердого вещества в эссенции куда выше, чем у тех же Крыланов или Фантомов. Более того, эти вещества обнаружили в крови Одержимых. Правда, его концентрация хоть и высока, в эссенции его в десятки раз больше.

– Погодите, а давать эссенцию обычным людям не опасно? Я имею в виду тех, кто боролся с Бездной и впал в кому.

– Вовсе нет, молодой человек! – Курчатов снисходительно улыбнулся. – Эссенция выводит из организма человека продукты воздействия Бездны и очищает его. Иными словами, для нас с вами это сорбент, который не навредит здоровью.

Анатолий Борисович показательно расколыхал содержимое колбы и одним глотком осушил ее. Безумный человек! Как только ему удалось дожить до седин с таким практическим подходом к науке?

– Вот видите! Со мной все в порядке. Не считая того, что сейчас я выпил жидкость, которая по стоимости не уступает бутылке хорошего коньяка пятидесятилетней выдержки.

– А вы можете сказать мне что это за вещество?

– О, боюсь, что нет. Поверьте, не один я работаю над этим вопросом, наши отечественные ученые и зарубежные коллеги бьются в попытках разгадать формулу вещества, но пока не преуспели.

– Благодарю за небольшую лекцию, профессор.

Даже я решил, что пора выйти, пока голова окончательно не лопнула от избытка информации. Ничего особенно нового я не узнал, с другой стороны, если взять обычную эссенцию и попытаться сделать из нее концентрат, удастся заменить вещество, получаемое из Мрака, Двумера и Привратника. Знать бы только пропорции. А еще я знаю где мне теперь взять оружие для похода на Запрещенную территорию.

– Кирилл, вот ты где! – стоило нам подняться наверх, меня тут же позвал Тимирязев. – Тебя здесь ищут по всему зданию.

– Кто же?

– Мы, господин Арканов, – обернулся на голос и увидел трех человек, стоявших посреди холла. У одного из них в руках был чемоданчик. – Пройдемте, к вам есть серьезный разговор.

Шагая в кабинет для переговоров отца, я прекрасно отдавал себе отчет, что разговор будет совершенно неприятным, но о чем эти люди собираются говорить со мной, не понимал.

– Итак, Кирилл, давайте на чистоту! – мужчина явно чувствовал себя хозяином ситуации. Как только мы оказались в кабинете, он по-хозяйски устроился в кресле отца, открыл чемодан и выложил на стол бумаги. – Ваше предприятие имеет огромную важность для безопасности государства. Сейчас, когда воронки открываются в Москве, Петербурге, Казани и других крупных городах, нам потребуются любые средства, чтобы остановить продвижение этой заразы. Да что там, они открываются по всему миру!

– Вы можете рассчитывать на поддержку «Аркана». Мы разрабатываем…

– Не сомневаюсь, Кирилл. Но Его Величество Михаил Александрович считает, что в эту трудную минуту ударный кулак должен находиться в руках государства, иначе кто еще сможет защитить народ, если не его правитель?

А вот эта фраза мне совершенно не нравится. Мужчина выждал пару секунд, давая в полной мере понять смысл его слов. Если я правильно понимают, «Аркан» пытаются отжать. И не просто посадить человека в кресло руководителя, а перевести под полный контроль государства.

– Вы ведь знаете, что в чрезвычайных ситуациях государство может национализировать предприятия? Но мы не хотим идти по жесткому пути и понимаем, что «Аркан» был делом всей вашей семьи, поэтому согласны на реквизицию. Вот бумаги. Ваша доля составляет сорок процентов, поэтому мы готовы выплатить вам сорок миллионов компенсации.

– Сорок миллионов? Простите, но стоимость моих акций в сотню раз больше.

– Когда вы смотрели их стоимость в последний раз? – удивился мужчина. – И потом, мы можем национализировать его бесплатно, но понимаем, что вам нужно как-то существовать, поэтому идем на уступки. Это не обсуждается, господин Арканов. Либо вы подписываете документ, как это сделали ваши партнеры, либо мы вернемся с приказом о национализации.

Понятно. Либо мы бросаем косточку, и вы отдаете свою долю за бесценок, либо отбираем ее просто так. Отличное начало! Мои планы по борьбе с порождениями Мглы рушатся прямо на глазах. Бумаги с подписями остальных членов совета директоров, которые приняли решение единогласно, словно намекали – подписывай, или не получишь ничего. Видимо, они лучше меня понимали, что нужно попытаться спасти хоть что-то. Ладно, мы еще вернемся к этому разговору с государем, если представится возможность.

– Хорошо, я согласен. Где ставить подпись?

– Вот здесь. Деньги переведут вам на карту…

– Э, нет! Я вправе получить деньги как мне будет удобно, поэтому хочу получить их наличкой.

– Сорок миллионов? – кажется, мужчина явно опешил.

– Да, вы верно поняли. Сорок миллионов наличкой.

На самом деле, это были большие деньги. Особенно после того, как во всем мире курс валют ведущих государств постарались искусственно приравнять к единому целому: рубль, доллар, йена, рупия… Но все равно обидно терять более четырех с половиной миллиардов.

Поднялся в кабинет отца и забрал оттуда все, что могло пригодиться. Скоро сюда заявятся новые хозяева, а ненужные вещи просто вышвырнут на свалку. Коробку с вещами всучил Тимирязеву. Пусть тащит, недаром же он за мной увязался. У меня же в руках были два чемодана, набитые купюрами. По сути, вся наша наличка на ближайшее время.

Стоило нам выехать с подземной парковки, машину подрезал бронированный автомобиль. Парни тут же выскочили из машины, готовые к бою, но стекло броневика опустилось, и я увидел улыбающегося Меньшикова.

– Кирилл Викторович, простите за такую неожиданность, но мне срочно нужна ваша помощь.

– Занятный способ попросить о помощи, не находите?

– О, на самом деле я в отчаянии, но не будем об этом говорить посреди улицы. Прошу, давайте поговорим с глазу на глаз в моем поместье. Даю слово чести, вам ничего не угрожает. – Валерий вышел из машины и подошел ко мне. – Я даже готов ехать в вашем автомобиле и обеспечить всяческую защиту. Прошу, это касается моей дочери, и что-то подсказывает мне, что я могу положиться только на вас.

Глянул на Тимирязева, и тот уверенно кивнул, давая понять, что Меньшикову можно доверять.

Дядя Валера не подведет! – тут же вмешался Кирилл. – Я ему верю!

Ой, да ты-то вообще всем веришь, оттого и отправился на тот свет в свои девятнадцать. Колебался буквально пару секунд, но потом взвесил все за и против, и решил согласиться.

– Хорошо, Валерий, давайте обсудим вашу проблему в более подходящей обстановке. Но вы все-таки поедете в нашей машине рядом со мной. Так мне будет спокойнее.