До Москвы добирались куда быстрее. Выбрали самый предсказуемый и прямой маршрут. Конечно, я подозревал, что нас могут ждать. Собственно, уже в Царицыне за нами увязалась слежка, но на этот раз мы даже не пытались отвязаться от нее. Более того, я даже приветливо помахал рукой ищейке, который шел за нами следом.

Из свежих новостей я узнал, что на штаб-квартиру ищеек был совершен налет, и Жуковский вместе с помощниками погибли. Очевидно, это было не просто нападение, если учесть степень защищенности штаб-квартиры ищеек в Москве. Думаю, для штурма потребовалось подключать роту мехов и с полсотни одаренных. Естественно, возможности провернуть все это бесследно были только у самого императора. Сейчас, по всей видимости, ищейками заведовал человек, который полностью лоялен Его Высочеству.

– Андрей, можно вас на минуту? – пожилой мужчина в возрасте вошел в наше купе, когда мы проехали Тулу.

– Можете говорить при всех, у меня нет секретов от своих спутников.

– Присаживайтесь! – Дима нарочно уступил место старику возле окна. Загнанный в угол зверь может быть опасен, но так ему точно негде будет развернуться, а я уверен, что этот человек был сильным одаренным.

– Благодарю.

Мужчина кивнул и спокойно занял место. А вот следующие его действия я никак не мог предугадать. Он достал из кармана два титановых браслета, надел их на свои запястья и положил руки на столик ладонями вниз.

– Я хочу, чтобы у нас получился конструктивный диалог, а для этого мне нужно ваше полное спокойствие. Знаете, тяжело договариваться, когда каждую секунду ожидаешь от собеседника неприятный сюрприз.

– Выходит, от нас ничего дурного вы не ожидаете? – тут же осадила гостя Полина.

– Даже не думаю об этом. Этот разговор нужен в первую очередь мне, а потом уже вам, так что мне приходится идти на уступки.

– О чем же вы хотели поговорить?

– Прежде всего, позвольте представиться. Ваши имена мне известны, а вот вы обо мне ничего не слышали. Мое имя – Пётр Одинцов, и я новый начальник Тайной канцелярии императора. Да, это моих людей вы видели в Царицыне, и даже сейчас в поезде вместе с нами едут четыре человека из Особого отдела.

– Вы родственник той девушки-целителя с олимпиады, которая была в компании Серпухова? – не знаю почему мне захотелось это произнести, возможно, хотел проверить реакцию на нестандартный вопрос. Да, Одинцов удивился и посмотрел на меня с интересом.

– У вас отличная память на людей, господин Архипов. Да, это моя племянница, и она была тогда с вами в Петербурге. Можете быть уверены, у нее не было никакого задания. Девушка просто отдыхала и не планировала вмешиваться в ваши проблемы.

– Мне кажется, вы не совсем честны сейчас, господин Одинцов.

Мужчина замолчал и прочистил горло.

– Простите, забыл, что имею дело с псиоником. Хорошо, она присматривала за Петром Серпуховым, но к вашему делу она точно не имела ни малейшего отношения. Теперь, когда вам известно кто я, хочу перевести разговор к той теме, по которой я появился здесь. Так сложилось, что после неожиданной кончины господина Жуковского…

– Неожиданной? – Буров не выдержал и фыркнул, а я решил дожать Одинцова.

– Выходит, вы называете операцию императорской гвардии по устранению враждебно настроенных людей неожиданностью?

– Вы приятно удивляете меня своей осведомленностью, господин Архипов. Не знаю откуда вам известна эта информация, или вы додумали ее сами, но в обществе не принято озвучивать такие версии вслух. Даже если все прекрасно понимают о чем речь, произнесенные слова в неподходящем месте могут иметь последствия. Имейте это в виду на будущее.

Одинцов выдержал паузу, чтобы подчеркнуть важность произнесенных слов, а потом продолжил.

– Итак, перейдем к ситуации, которая сложилась на данный момент. Думаю, вы прекрасно понимаете, что вместе с вами путешествует единственный на данный момент наследник династии Рюриковичей. У Василия больше не было детей, а Иван в виду пребывания в доме для душевнобольных не успел обзавестись семьей.

– Мы прекрасно понимаем кто такой Михаил, можно перейти к сути вопроса.

– А суть проста. Репутация Ивана Седьмого очень шаткая. Многие влиятельные дома не доверяют императору, который уже однажды упустил трон и провел несколько лет в сумасшедшем доме. Да, реальная власть в руках правительства, но ведь мы прекрасно понимаем кто там сидит. Не считая пары исключений, пробившихся из народа, в правительстве заседают все те же влиятельные дома, которые были в боярском совете. Император утратил абсолютную власть, но он еще сохраняет твердость слова и остается формальным лицом страны. Именно поэтому многие дома хотят видеть сильного императора на престоле.

– Ну так сделайте таким Ивана, в чем проблема?

– Кажется, вы либо плохо меня слушали, либо не понимаете о чем я, – Одинцов ухмыльнулся и почесал густую седую бороду. – Я ведь уже сказал, что репутация Ивана безвозвратно разрушена. Именно поэтому мы видим его последователем Михаила. Парень имеет все необходимые задатки, и сможет повести за собой остальных, нужно лишь обеспечить его безопасность и дать все необходимое для развития и становления личности.

– А что же делать со старым императором? Как и остальных, уберете в результате нападения неизвестных людей?

– Андрей, вы явно пропустили мои слова мимо ушей. Не стоит произносить такие вещи вслух. Нет, важно, чтобы Иван лично передал престол. Так мы сможем уладить вопросы с его окружением, которое поддерживает нынешнего императора. Собственно, я говорю это только потому, что парень сильно к вам привязан и вряд ли согласится пойти с нами. На ближайшие годы – вы должны стать его окружением, только для этого придется сильно поработать. Уже по нашему общению я вижу, что лекций по этике и дипломатии, которые читают на третьем курсе академии, вам здорово не хватает.

– Знаете, возвращаться в академию я уже не собираюсь.

– А это и невозможно, Андрей, – я как-то и сам не заметил, как наше общение перетекло в более спокойный разговор по душам, в ходе которого мы называли друг друга по именам. – Вы будете наверстывать упущенное в частном порядке. Не волнуйтесь, из вашего жалования не будут вычитать расходы на образование, это возьмет на себя корона.

– А у меня будет жалование?

– Да, но это вам предстоит обсудить с императором.

– Знаете, после того, как он отправил меня в ссылку, а потом сдал китайцам, мне несильно хочется общаться с этим человеком. Скажем так, если вы не хотите, чтобы я разбил первое лицо государства, лучше наше общение свести до минимума.

– Андрей, пообещайте мне, что хотя бы вашу первую встречу вы будете держать себя в руках .Думайте не только о себе, но и о Михаиле. Если хотите, мы можем отрепетировать ваш разговор.

– Вам настолько нужен я?

– Нам нужен Михаил. Государству нужен Михаил, а без вас его не будет.

– Хорошо, Пётр, я вас услышал.

Стоило нашему поезду остановиться в Москве, нас встречал целый кортеж во главе с императором. После теплой встречи дяди и племянника, Иван Рюрикович попытался отвести меня в сторонку, но Михаил пожелал присутствовать при нашей беседе.

– Миша, будь добр, дай нам поговорить с Андреем с глазу на глаз.

– У нас с ним нет тайн друг от друга, дядя. Более того, я хочу, чтобы этот человек был моим наставником и учителем.

– Миш, да мы тебе каких захочешь наставников найдем! У нас только в Москве три академии, а если нужно будет, я тебе и из-за границы наставника приглашу.

– Дядя, где они были, когда мне и матери была нужна помощь? Кто из них помог мне вернуться домой? Я видел что может Архипов, и уверен в нем.

Хм, а вот это было приятно. Понятно, что мальчишка просто впечатлился моими успехами, и я для него настоящий герой и образец для подражания, но какая-то логика в этом есть.

– Будет лучше, если ты позаботишься о хороших учителях, которые помогут мне наверстать курс гимназии, а потом подготовиться к академии.

– В этом можешь не сомневаться!

– Андрей! Думаю, Одинцов уже озвучил кое-какие условия? Я бы хотел услышать ваш ответ.

– Прежде я бы хотел высказать свои условия!

Понимаю, что Одинцова сейчас сердечный приступ хватит, но я не просто так терпел ссылку, едва пережил покушение ищеек Жуковского, скрывался в Питере, взял поддельную фамилию и вынужден был бежать из страны, как какой-то предатель. Нет, я заслужил, чтобы с моим мнением считались, и если я им нужен, пусть из кожи лезут вон, но делают так, как мне нужно.

– Прежде всего, я хочу вернуть свою фамилию, а для этого вы публично реабилитируете меня перед общественностью, а Конюхова признаете старым маразматиком, который злоупотреблял своим положением. После ликвидации Жуковского и его сторонников вам бояться уже некого, поэтому вы смело можете действовать.

– Андрей, я бы хотел обсудить кое-какие правила. Пока вы находитесь в моем доме, вы обязаны их придерживаться…

– Позвольте, я сразу вас перебью, уважаемый многими жителями нашего государства, Светлейший император, да пребудет с вами успех и благодать. Я буду находиться не в вашем доме, а в доме Михаила, потому как вы себя показали ничтожным правителем, который не только не смог удержать власть в стране и навести порядок, но и показал всем своим подчиненным неумение держать слово и выполнять обещания. Единственная причина, по которой вы все еще носите звание императора – попытка избежать очередной смуты в стране и спокойно передать власть, когда Михаил достигнет совершеннолетия. Я ведь верно разгадал вашу затею?

Одинцов был голов под землю провалиться, а Михаил улыбался, словно я сейчас сотворил настоящее чудо. Нет, этот парень явно мой фанат.

– Не боитесь произносить такие слова в лицо самому императору? – Иван побагровел от гнева. – Я ведь могу вышвырнуть вас из страны или приговорить к казни в любой момент.

– Не можете, потому как вы больше не судебная, не исполнительная и даже не законодательная власть. Вы просто клоун в королевской мантии, единственной задачей которого является сохранить остатки достоинства и не посрамить честь короны до того момента, как она перейдет преемнику. Знаете, я иногда даже жалею о том, что заглянул в вашу палату, потому как я никак не ожидал, что персона императорских кровей сможет предать своего освободителя и откреститься от него ради слабой надежды договориться с политическими противниками. И да, если вы попытаетесь избавиться от меня, можете быть уверены, что я весь мир переверну, но найду вашу жалкую душонку и вытрясу из нее остатки жизни.

Император хватал ртом воздух, когда я прошел мимо него. Он мог бы попытаться остановить меня или отдать приказ об аресте, но я правильно разгадал его психотип. У Ивана просто не хватило духа сделать это сейчас и при всех. Он понимал, что его время сочтено, и если сейчас он нарушит правила, то следующим после Жуковского будет он, а у Михаила появится регент из числа приближенных к короне людей. И все-таки, когда я вернулся к остальным, он закричал мне вслед.

– Как вы себе это представляете? Как я могу помиловать вас, когда уже вынес вердикт?

– Умение сильных прощать, или как вы там недавно говорили в последнем интервью? – выхватил газету из рук одного из имперских стражей и помахал ей в воздухе.

Сам не знаю что на меня нашло, но я высказал в лицо императору все, что думал о нем. Никакого благоговения перед сильным псиоником больше не было, да и я давно уяснил, что сила дара значит далеко не все, важно умение им пользоваться.

Мои опасения, что император побоится за трон и пожелает избавиться от родственника, не оправдались. Иван обеспечил племяннику все удобства, а заодно и пригласил нас с Полиной. Я получил роль наставника Михаила, а Полине предложили должность целителя при дворе императора. Пусть не самая важная персона, но задача ответственная и почетная. Да, теперь император имел куда меньше влияния на судьбу государства, но его слово все еще имело вес, поэтому к Ивану прислушивались. Что касается борьбы за власть и подковёрных интриг, они переместились в правительство, где свое мнение и видение будущего страны отстаивали многочисленные советники.

Что касается Михаила, я давал ему уроки до самого совершеннолетия, а потом остался при дворе одним из его телохранителей. Миша не раз признавался, что чувствует себя спокойнее, пока я рядом и защищаю его. И пусть я так и не стал светочем, ни одно покушение на императора, которых было достаточно, не имело успеха. Парень действительно смог завоевать признание влиятельных домов Москвы, а с поддержкой Смоленска и Новгорода власть императора лишь крепла, и в скором времени Верховный главнокомандующий стал главой государства, а правительство отошло на второй план. Впрочем, это было уже не столь важно. Лишь однажды я надолго оставил Михаила одного, когда у нас с Полиной родилась двойня – мальчик и девочка.

Буров с Амалией вернулись в Смоленск и через год сыграли свадьбу. Дима унаследовал титул Смоленского князя и стал более серьезно относиться к своим обязанностям. Буквально через пару лет у них с Ам родилась дочь.

Степаныч прочно устроился при дворе князя, хоть и продолжал заниматься изобретательством. Стоило ему услышать рассказ Бурова о лазерном оружии, Драгунов неделю не отставал от Димы, пока тот сотню раз не пересказал в подробностях как выглядело оружие. Пришлось даже организовать экспедицию в Индию с нашими учеными к тайнику, куда мы сбросили все оружие. Вести его через границу справедливо побоялись, но даже так ученые смогли далеко продвинуться в изучении лазеров. Похоже, эра мехов в скором времени должна была подойти к концу.

К слову Гера Булычев стал выдающимся изобретателем. После академии его заметил Степаныч и забрал себе в ученики, а потом сделал полноценным напарником. Вместе они смогли реализовать мою идею по переработке мусора в чистую энергию и довели до конца еще массу разработок Драгунова.

Юрий Делягин вернулся в Архангельск и до конца своих дней налаживал рыбный промысел в регионе. Как говорил он сам, что еще нужно старику для спокойной и счастливой старости?

Через два года после окончания войны с Речью Посполитой в академию вернулся Дитрих фон Краузе. Заслуженный астроном так и не нашел себе места на исторической Родине и вернулся в Смоленскую академию, где его приняли с распростертыми объятиями.

Мистер Колючка, он же Григорьев, продолжил преподавать в академии, а спустя двенадцать лет, когда Герасимов вышел на пенсию, стал ректором академии. Говорят, на старости лет он женился, и его характер стал более покладистым. Мда, вот что делает с людьми любовь и женская ласка.

О Фрязине я почти ничего не слышал. Знал только, что Тихомирова оставила его и вернулась в Смоленск, а Лука осел в родительской мануфактурной лавке продавцом, так и не реализовав свой талант псионика, как мечтал.

Матвеев поступил в княжескую гвардию и дослужился там до звания капитана. Ему пришлось поучаствовать в двух локальных войнах, дослужиться до звания капитана и с почетом уйти на пенсию.

Суровцев немного перегнал парня и получил генеральские погоны. До самой старости Егор муштровал молодежь и готовил профессиональных военных. Он был рожден для этой роли, так что без сомнения, он был на своем месте.

Руслан Терехов после академии тоже подался в княжескую гвардию, где прослужил под начальством Долматова, а потом Матвеева до пенсии. Кстати, Евгений Викторович все же добился расположения Рославской, она вышла за него замуж и родила троих детей.

Что касается Картели, с арестом ее основателей организация распалась. Очень быстро бывшие партнеры растащили кусочки некогда незыблемой империи, стараясь урвать кусок покрупнее. Вот только государства не остались в стороне и самых удачливых хапуг арестовали, а имущество национализировали. Картель официально перестала существовать и стала лишь очередной страницей истории.

Мне неизвестно как сложилась судьба Оливера Стоуна, однако с одним из людей, имевших отношение к Картели все-таки довелось повстречаться в Японии.

Япония. Двадцать лет спустя

– Господин Бухаров, ваш чай, как вы просили, – девушка-официант низко поклонилась посетителю и поставила на стол полный чайник, чашку на блюдечке и ложку.

– Благодарю, Азуми. Простите…

– Что-то еще, господин Бухаров?

– Да, будьте так добры, добавьте немного звука.

– Конечно! – Бухаров был единственным посетителем кафе в это время, поэтому в его просьбе не было ничего сложного. Громкий звук попросту не мог помешать другим посетителям. Да и если кто-то зайдет, наверняка захочет посмотреть на визит главы Российского государства в Японию. Первый визит главы государства за последние тридцать лет. Вот в аэропорту Токио приземляются два истребителя, которые сопровождали первый борт, а следом за ними на посадку заходит пассажирский самолет. По трапу спускается император Михаил Рюрикович, а следом за ним идут два телохранителя – псионик Андрей Архипов и ратник Пётр Серпухов. В свите императора также видно Илью Реутова, Полину Архипову и Елену Одинцову.

– Он смог! – Григорий смеется и хлопает в ладоши, глядя на экран. Вот только его взгляд прикован не к императору, а к человеку, который с невозмутимым видом стоит за его спиной. – Смог! Ну, Архипов, жабья ты задница! Знал бы я кем ты станешь в будущем, сбежал бы в Японию еще раньше.

Мужчина даже не притронулся к чаю, схватил цилиндр, лежащий на соседнем стуле, вынул кошелек и оставил на столе пару купюр.

– Азуми, будь добра, рассчитай меня. Мне срочно нужно бежать. Я хочу увидеться с одним человеком, которого не ожидал увидеть больше никогда. Надеюсь, он меня не прикончит, но я просто обязан пожать ему руку.