В воскресенье Стас потащил меня по магазинам. Игорь, разумеется, составить нам компанию отказался, уткнулся в ноут и пообещал, что сделает оставшиеся уроки до вечера. В это я не слишком поверила, но порадовало то, что посуду Игорь за собой после завтрака убрал.

Как я не сопротивлялась, в один из дорогущих бутиков Стас меня все-таки затащил. Заставил примерить несколько блузок, выбрал шелковую цвета мяты.

— Твой вариант, — со знанием дела произнес Стас. — Под нее подберем брюки и пару юбок. Все, как советовала Светлана.

Побоялась спрашивать, сколько сын заплатил за такую роскошь. Но поставила условие — больше никаких бутиков, дальше ходим только по обычным магазинам.

— Не возражаю, — согласился Стас. — У нас есть неплохие отечественные дизайнеры одежды. Видел, что в торговом центре есть несколько таких отделов, там тебе все и купим.

К концу дня мой гардероб был полностью обновлен. Никогда не думала, что походы по магазинам могут доставить столько удовольствия и отвлечь от неприятных мыслей. Главное, не стать шопоголиком. Но вряд ли мне это грозит — я годами привыкла жить экономно, и вряд ли быстро отвыкну от этой полезной привычки.

Игоря дома не было. Он не удосужился отзвониться и сказать, куда пошел. Такая безответственность младшего сына в очередной раз неприятно царапнула меня. Неужели так сложно набрать мой номер и сказать, где ты и когда вернешься?

— Не звони ему, — остановил меня Стас. — Игорь думает, что ты контролируешь каждый его шаг и злится от этого.

— Да, контролирую, — закивала я. — А как иначе? Как ни крути, он еще ребенок.

— Подросток, — поправил меня Стас.

— Это еще сложнее. Я очень боюсь, что Игорь наперекор мне наделает глупостей.

— Если ты будешь ему постоянно названивать и требовать отчет с кем он и где он, Игорь скорее наделает глупостей, чтобы показать, что он уже взрослый и самостоятельный.

В словах Стаса была доля правды, но я не могла с ним согласиться, уж слишком я переживала за младшего сына. Переходный возраст — сложный и опасный возраст. Именно сейчас Игорь может натворить то, что радикально изменит его дальнейшую жизнь в худшую сторону и исправить ошибки будет очень трудно. Хотя, может, я и правда курица-наседка и переживаю попусту?

Игорь вернулся к ужину, довольный и улыбающийся.

— С друзьями встречался? — поинтересовалась я.

— Ага, — кивнул сын и я подумала, что он вполне может врать. Где его носило весь день я понятия не имею. Что бы не сказал Игорь это может быть ложью.

— А уроки? — продолжала допытываться я.

— Все выучил, мама, — отмахнулся он. — Я же сказал — выучу. Выучил. Все, что еще?

— Ничего, — я постаралась казаться спокойной. — Главное, чтобы учебный год закончил хорошо.

— Не бойся, из гимназии не выгонят, — усмехнулся Игорь. — Отец не позволит.

И снова он надеется на отца. Это мне совсем не нравилось. Антон учит Игоря не тому, внушает, что деньги решают все. Да, они решают многое, но далеко не все проблемы. И как мне донести это до Игоря, если я говорю одно, а Антон противоположное?

Игорь закрылся в своей комнате, Стас открыл ноутбук и занялся своими делами, а я пошла в спальню и принялась разбирать покупки. Разложила их на кровати, полюбовалась. Тихо вошел Стас.

— Пожалуйста, выкинь свои старые вещи. Они просто ужасны, — он заглянул в шкаф. — Это просто кошмар, — бросил он на пол юбку, — а это привет из девяностых, — на юбку полетело мое платье.

— Я его купила лет пять назад, — подобрала платье и посмотрела на него. Вполне сдержанное, несколько пестрое, но ничего похожего на стиль лихих девяностых в нем нет. — Не на мусорку же мне его нести? Вполне приличное платье.

— Это я утрирую, — сын сдернул с вешалки пару кофточек. — Просто это ты больше не наденешь. В торговом центре есть шкаф для утилизации вещей. Что-то отдают нуждающимся, что-то идет на ветошь и во вторсырье. Вот этим вещам там самое место.

Он принялся разбирать мой гардероб. В итоге он одобрил джинсы, юбку-карандаш, коктейльное платье и шелковый домашний халат. Все остальное сгреб с большой черный мешок, который принес с кухни.

— Осенними и зимними вещами займемся позже, — Стас затянул ленту на мешке.

— Пальто у меня все приличные, — заметила я.

— Одежда не может быть приличной. Она или современная, или от нее надо избавляться. Вспомни, что говорила Светлана. Вещей ни должно быть много, но они должны гармонично сочетаться между собой и не быть безликими.

Новые вещи заняли место на вешалках и в шкафу стало заметно просторнее. Да, от лишних вещей надо избавляться легко.

Я вдруг поняла, что отныне спальня принадлежит только мне. Больше Антон не войдет сюда, не ляжет на нашу постель. Это не я запрещу ему, он сам не захочет. И снова сердце сжала ледяная ладонь. На душе стало пусто и грустно.

Кого я хочу обмануть? Нет, не для себя я меняю имидж. Я хочу, чтобы Антон понял, что совершил непростительную ошибку, что потерял не только верную жену, но и красивую женщину, которая ничуть не хуже его Лизки.

Последнее, что мне надо, это соревноваться с Шишкиной. Это глупо, и я никогда не выиграю у нее. Лиза всю жизнь занималась собой, создавала образ роковой женщины, успешной стервы.

А я просто набрала новой одежды, сменила прическу, но внутренне осталась той же клушей. Не быть мне стервой. Ею надо родиться, или воспитывать в себе с юности. Вот только надо ли? Хочу ли я быть такой как Лиза?

Нет, не хочу. И Антона я не хочу вернуть. Мое сердце безжалостно разбили, любовь мужа оказалась ложью. Ложью, длинною в двадцать пять лет. Этой осенью мы бы играли серебряную свадьбу. Я так мечтала, что мы поедем куда-нибудь, например, в Эмираты. В октябре там еще греет жаркое солнце, теплое море ласкает белый песок. Мы бы лежали под пальмами, пили пряные коктейли и наслаждались друг другом.

Пустые мечты развеялись, лодка семейного счастья разбилась о ложь и предательство. Теперь она медленно и верно шла ко дну. А мне надо плыть к чужому незнакомому берегу, и я понятия не имею, что меня там ждет — одиночество на необитаемом острове или племя диких туземцев. Подобные сравнения вызвали улыбку.

Нет, я не одна. У меня есть два прекрасных сына. Я не отдам Игоря отцу, я смогу достучаться до его сердца. Так что мой остров вполне обитаем. И я не планирую заводить себе очередного дикого туземца. Хватит с меня Антона.

Пока Антон все еще мой муж. Чисто юридически. И вдруг спохватилась — я так и не подала на развод. Всего-то надо сесть за ноутбук и войти в госуслуги. Но мне было лень. Просто лень. Я уже сжилась с мыслью, что развод неизбежен, я приняла этот факт.

Сделаю это завтра, тем более что новую жизнь лучше начинать в понедельник.

Даже если произойдет чудо, и Антон надумает вернуться ко мне, я не смогу спать с ним в одной постели. Меня даже передернуло от чувства брезгливости. Столько лет он занимался любовью одновременно со мной и с Лизой. Гадость какая! Шишкина ведь тоже спала и с Антоном, и со своим немолодым мужем. От такого просто так не отмыться.

Собрала все стираное постельное белье и засунула его в мешок с одеждой на отдачу. Не буду я спать на тех простынях, где лежал мой муж.

На верхней полке шкафа нашла набор шелкового белья, которое подарила нам свекровь на новый год. Дурацкие яркие цветы не нравились ни мне, ни Антону. Но сейчас и это сойдет. Я сдернула хрустящую упаковку, перестелила постель. В целом аляпистая окраска смотрелась вполне сносно, особенно учитывая, что спать на этом буйстве красок буду я одна.

Собрала вещи Антона и отнесла ему в кабинет. Может спать на большом кожаном диване. Или топать к своей Лизе. Туда же перетащила лишние одеяла, подушки.

— Мама, тебе помочь? — поинтересовался Стас.

— Нет, я уже закончила. Пусть твой отец сам раскладывает свое барахло. Главное, чтобы в спальню не заглядывал. Делать ему там больше нечего, — я удовлетворенно оглядела кабинет мужа, заваленный его вещами.

Все-таки хорошо, что у нас большая квартира. У всех по комнате, все разместились. И еще осталась гостевая спальня. Надеюсь, у Антона хватит ума не заселить туда Лизку с ее дочурой. Хотя не думаю, что Шишкиной будет интересно жить в нашей коммунальной квартире. Судя по рассказам Наташи, от покойного мужа-академика Шишкиной остался роскошный особняк.

Может, Антон переедет к своей пассии? Было бы отлично! Развод и продажу квартиры быстро не провернуть. Но я спешить не стану. Пусть Антон суетится, раз он эту кашу заварил.

Но увы, события приняли совершенно неожиданный для меня поворот. И я в очередной раз убедилась — ничего не стоит планировать, бурная река судьбы меняет русло без предупреждения.