— В стороны! — скомандовал я, пытаясь получить хоть небольшое преимущество, элементаль не сформировался окончательно. В голове отчётливо засела мысль, что я должен подчинить эту тварь и впитать её силу, тем самым вышвырнув из материального плана бытия. По сути, это ожившая частица той силы, которая хранилась в кристалле, поэтому она должна быть моей. От этой мысли дрожь пробежала по телу. Какой же была сила Доброшина, если часть его силы способна на такие воплощения? Ещё бы пару десятков лет, и он смог бы сравниться по силе со Стражем. Как жаль, что этот могущественный волшебник умер так нелепо, не реализовав и десятой части той силы, что у него была. Хотя, кто бы говорил! Стражи тоже нелепо закончили своё существование. Элементаль полностью сформировался, поэтому я отбросил в сторону все остальные мысли. Нет времени думать о том, чего уже не исправить. Нужно действовать, чтобы избежать ошибок сейчас! Огненная тварь выбрала меня своей целью. Наверняка почувствовал силу Пламеня и решил помериться силой. Его спаренная атака огненными потоками встретилась с моим пылающим щитом. Первую атаку я выдержал, но хватит ли у меня силы, чтобы сдержать следующую? Прошёл ещё один миг, и в огненную тварь ударила мощная струя воды, вызывая шипение и облака пара. Часть элементаля обуглилась и почернела, часть испарилась, но теперь он впал в бешенство и сменил цель. Огромная огненная плеть вытянулась из податливого тела огненного духа и обрушилась на Ярину. В последний момент мне удалось выставить перед ней огненный щит и закрыть от смертельного удара. Но тварь явно намеревалась уничтожить девушку, посмевшую нанести ей ощутимый урон. Я понимал, что не смогу постоянно закрывать нас щитами от ударов, которые сыплются один за другим. Энергия на щиты расходуется огромная, а вот удары у элементаля почти не забирают сил. Нужен другой вариант. — Подчинись! — приказал я, вытянув руку в сторону разбушевавшегося элементаля. Я ощущал стихию, из которой он был создан, чувствовал, что могу усмирить пламя. Существо догадалось, что я хочу сделать и бросилось на меня. Нас разделяло шагов пятнадцать, не больше, и первые два он уже преодолел. Зато дальнейшее продвижение давалось порождению пламени с большим трудом. Он заметно уменьшился в размерах и замедлился. Если изначально он было вдвое выше меня ростом, то теперь едва доходил до плеча. Элементаль двигался, преодолевая мощное ментальное сопротивление, и в какой-то момент я понял, что не успею полностью подчинить себе ту силу, которая движет им. Нас разделяло не больше пяти шагов, пламя твари обжигало лицо, но я шёл до последнего. Я должен успеть! В спину порождения пламени ударила новая струя воды, он застыл, непонимая на кого обрушить свой гнев, а затем пламя рассеялось. Я смог! Нет сомнений, что без помощи Ярины я бы не справился, но даже то, что мы усмирили элементаля вдвоём, уже говорит о высоком уровне наших навыков. Эта битва потребовала от меня максимального напряжения и отняла почти все силы. Осознав, что всё кончено, я спокойно сел на землю, чтобы отдышаться и прийти в себя. Девушка устроилась рядом. — Что бы ты без меня делал! — произнесла она, ехидно глядя на моё удивлённое лицо. — Ладно, можешь не благодарить, от тебя всё равно не дождёшься. Как для молодой девушки, которой только вот-вот исполнится восемнадцать, она слишком остра на язычок. — Без тебя я бы не стал трогать этот кристалл, пока не набрал силы, чтобы справиться самому. Молоденькая ведунья смущённо замолчала, а затем задала вопрос, который её беспокоил: — Почему так вышло? — Что именно? — Элементаль. Ты не призывал его, но он появился по своей воле. — Это я у тебя должен спрашивать об этом — ты ведь моя наставница, а не наоборот, — не упустил я случая, чтобы поддеть девушку. Ярина насупилась, а я решил не портить отношения с человеком, который должен стать основой моего будущего отряда и ответил на её вопрос. — Как видишь, кристалл был разбит. Если бы внутри была моя сила, я мог бы вытянуть её также спокойно, как и влить туда. При этом не возникает выброса энергии. Но чужую энергию не так-то и просто впитать. Она не хочет доставаться никому, кроме хозяина, поэтому приходится портить кристалл, разбивая его на части и высвобождая силу. И только при таком условии пытаться впитать ту часть, которая не исчезнет впустую, а вольётся в тело. Как видишь, такие выбросы энергии приводят к искажению материального плана и появлению существ, как элементали и другие. — А есть и другие? — Да, но об этом позже. — Странно, в Линдере я видела много кристаллов, у дяди даже есть парочка таких, он хранит там свою энергию, но я никогда не слышала, чтобы кто-то пытался отнять у него кристалл или завладеть чьей-то силой. — Думаю, это неразумно. Связываться с могущественным одарённым себе дороже, да и закон наверняка защищает от такого. А здесь кристаллы лежат в земле, засыпанные застывшей лавой и пеплом, а их хозяева мертвы. Кстати, почему твоя дядя не поделился частью силы с тобой? Ты могла бы открыть в себе стихию воздуха… — Стихии так не открываются, — отрезала девушка. — Они либо появляются от рождения, либо их нужно пробудить, посетив место силы. Думаю, у тебя сила пробудилась из-за близости Кипучей горы. Ты ведь был там? Был ли я там? В памяти мгновенно всплыли воспоминания того злосчастного дня. Да, я был у вулкана. И не просто был, а погиб там, а вместе со мной погибли все надежды на победу. — Что с тобой? — взволнованный голос девушки вырвал меня из состояния оцепенения. — Ты весь побелел. Что ты видел у Кипучей горы? — Неважно, — отмахнулся я. — Не верь никому, кто говорит, что там красиво. Ничего красивого там нет. Только ядовитые испарения из земли, которые мешают дышать, да раскалённая лава, которая жжёт больнее элементаля. Девушка кивнула, и за всю дорогу домой больше не произнесла ни слова. За время, пока мы добирались к Терновому холму, пришлось дважды останавливаться на отдых и восстанавливать силу. Увы, но даже недавний успех не позволил мне достичь третьего ранга. Каждый новый ранг требовал гораздо больше усилий. И если первые два я открыл сравнительно легко, теперь приходилось потеть. Самое скверное — времени на развитие оставалось всё меньше. До замка мы добрались лишь к вечеру. Дозорные заметили нас ещё на подходе и заранее открыли ворота. Вечером во внутреннем дворе было особенно многолюдно — кузнецы Звяга и Кузьма справились с работой на сегодня, стражи Архип, Ефим и Платон закончили тренировки, а Марфа вышла созывать всех на ужин. Довольный собой я сбросил тушу оленя на землю и посмотрел взглядом победителя на собравшихся вокруг жителей замка. Похоже, они были не особо рады нашему возвращению и успеху. Ладно, не рады за меня. Хоть это и обидно, но почему не радуются сытому ужину? — Я же говорил, что решу проблему с питанием? — я обвел взглядом людей, пытаясь понять что их так огорчило. Наконец, Ефим выступил вперед и посмотрел на меня с нескрываемым сожалением, будто в том, что он собирается сказать была его вина. — Ари, буквально час назад прибыли люди из Надзора. Они пришли да тобой и госпожой Яриной. Сейчас они у твоего дяди. Если ты решишь сбежать, мы можем задержать их ненадолго, но не рассчитывай, что нам удастся выкроить много времени. Что же, это было неизбежно. Парой дней раньше или позже… Но, всё-таки, как же быстро они сработали! Ещё немного времени мне точно не помешало бы. В любом случае, я не собираюсь скрываться и давать Надзору повод открывать на меня охоту. По крайней мере, сейчас. Нужно подумать о людях, живущих в Терновом холме, в глазах которых отражается настоящий страх. Что такой маленький клан в пару десятков человек может противопоставить обученным воинам Надзора? Максимум выиграют пару дней и будут уничтожены. Нет, я должен позаботиться о них и поступить как настоящий глава клана, даже если я им никогда не стану. — Не нужно препятствовать работе Надзора. Я не хочу, чтобы жители Тернового холма навлекали на себя опасность, поэтому мы с Яриной пойдем в лагерь. — Правильно решение, господин Крылов, — произнес незнакомец, бесцеремонно расталкивая собравшихся у ворот жителей замка. — Мы могли бы дождаться вас в кабинете вашего дяди, но недооценили хваленое благородство Крыловых и решили перестраховаться. Этот долговязый тип мне сразу не понравился. Высокий, сгорбленный, но с надменным взглядом. Он перевел взгляд с меня на Ярину и недобро ухмыльнулся. В его взгляде читалась целая гамма эмоций: одновременно и презрение, вожделение и даже страх. Интересно, надо бы узнать у Ярины с чего это её боятся люди из Надзора. Думаю, у рода Седовых должно быть что-то любопытное в истории, что вызывает у холуев тронгов такую дрожь. Но сейчас незнакомец чувствовал преимущество. Наверно, отчасти это чувство и помогло ему взять себя в руки. — Вижу, госпожа Седова тоже здесь. Я шагнул вперед, переключая внимание незнакомца на себя, и произнес: — Мне казалось, что тронги выглядят иначе: выше ростом, длинные клыки, спина, плечи и хвост покрыты чешуйками… Вы не похожи на них. — Верно, Аристарх, мы не тронги. Им незачем заниматься такими незначительными делами, как бегать в глухомань за двумя одарёнными, которые имеют совершенно неясные перспективы. Не хватало, чтобы вы оказались пустышками и сгодились лишь для поглощения. Ярина сжала кулаки, но на меня попытка запугать не подействовала. — Ясно, прислуга. Стоило видеть перекосившееся от гнева лицо незнакомца. Он едва сдерживал себя в руках, чтобы не наброситься на меня, но понимал, что в таком случае его просто порвут на куски. Ему пришлось взять себя в руки, но я отлично понимал, что обида не забыта, и он попытается отыграться на мне по дороге в лагерь. Пусть пробует, к таким подонкам у меня никаких других эмоций кроме презрения быть не может. — К вашему сведению, господин Крылов, мое имя — Бартолин Крас, я старший надсмотрщик Надзора и один из глав клана Красов. — Совершенно не понимаю вас, господин Крас. Нет, я бы ещё понял, будь вы каким-нибудь Дубовым из Радии, Красничем из Ледрии или Снорсоном из Норстейна, но Красы… Насколько мне известно, ваш клан проживает в Альперине, который не затронула война с тронгами. Что сподвигло вас пойти на услужение? — Аристарх, довольно! Дядя появился совсем не вовремя. Я почти дожал Бартолина, он уже раскраснелся и готов был сорваться в любой момент. Вот тогда бы мы узнали куда больше о Надзоре и самом лагере, а главное — о том, почему Красы продались существам из другого мира и какая обстановка в южной стране. — К вашему сведению, господин Крылов, — теперь Крас смотрел на меня с показной жалостью. — Мой клан, как и большинство кланов Альперина сочли эту борьбу безнадёжной и решили примкнуть к победителям. Мы сохранили жизни большинства людей, а наши земли не пылали в горниле войны. Эх, Гораций! Видел бы ты какая судьба постигла твой родной Альперин, которым ты так любовался. Без присмотра Стражей они стали слугами. Зато теперь я точно знаю, что на юг путь заказан. Там меня быстро сдадут тронгам, ещё и бантик на макушке повяжут. — Кузьма, Архипка, помогите Аристарху и Ярине собрать их вещи, — распорядился Скальд, пока я не наговорил лишнего. — А куда нам спешить? У госпожи Седовой ещё шесть дней до совершеннолетия, — заметил я. — Неважно! — отмахнулся Бартолин. — Госпожа Седова склонна к бегству. Она уже сменила место пребывания незадолго до совершеннолетия, а у нас нет оснований полагать, что она не попытается сделать это снова, поэтому ей придётся поехать с нами досрочно. Я посмотрел на девушку, которая слегка побледнела, но кивнула мне, показывая, что принимает условие Надзора. Так уж вышло, что Седовы пытались выиграть хоть немного времени, но сделали только хуже. Интересно, зачем им это было нужно? Неужели что-то готовится? Зеваки понемногу расходились, и только стражи продолжали толпиться возле ворот, словно ждали, что может понадобиться их помощь. — Что же, на ночь глядя поедете? — сокрушался Скальд. — Извольте хотя бы переночевать в комфорте. Благо, комнаты имеются. — Переночуем на постоялом дворе, — бросил Бартолин. Он чувствовал на себе холодные взгляды людей, и совершенно не удивительно, что ему хотелось поскорее убраться из замка. — Ари, зайди ко мне, — приказал Скальд и направился в кабинет. Я не стал искушать судьбу и отправился на дядей. — Что ты устроил? — набросился он на меня, когда я вошёл в его кабинет и закрыл за собой дверь. — Неужели ты не понимаешь, что от этого человека зависит твоё будущее? Хочешь, чтобы он отдал тебя пожирателям? — Не посмеет, — парировал я. — На поглощение отправятся только слабейшие. Эти болваны в Надхоре тоже не дураки, и понимают, что изводить ценные кадры не стоит, иначе северяне прорвут оборону, и тогда все эти шавки потеряют всё, что у них есть. Альграйм не выстоит, если все племена Севера ударят вместе. — Ты-то знаешь, выстоит Альграйм или нет! — огрызнулся Скальд. — Ты в Норстейне никогда не был, и северянин лишь наполовину! — Зато у меня есть голова и умение пользоваться полученными знаниями. — Знаешь, может, и хорошо, что у тебя проявился дар, и Надзор заберёт тебя на север, — задумчиво произнёс дядя и перевёд взгляд куда-то в окно. — Я только и слышу о том, что ты создаёшь проблемы: сбегаешь в Завалины, сжигаешь мебель в своей комнате, рушишь авторитет Ефима, выполняешь бабскую работу на кухне вместо того, чтобы тренироваться с воинами, задираешь людей из Надзора… Это не поведение настоящего главы клана. — Знаешь, а может это и действительно хорошо, — ответил я, едва сдерживая гнев. — Не хочу быть частью клана, который настолько жалок, что заперся в никому ненужном замке и боится нос высунуть за частокол. Когда ты последний раз покидал Терновый холм? Когда ты интересовался тем, что происходит за стенами замка? Вы думаете, что можете скрываться здесь, и происходящие изменения не затронут вас. Но ты ошибаешься. Скоро запылает пламя, и тогда ни в Ледрии, ни в Радии, нигде в Алиноре не будет места, где можно будет переждать бурю. — Это тебе сказала та ведунья? — глаза дяди сощурились. — Это говорю тебе я — Аристарх Крылов, названный в честь Девятого Стража Алинора, наследник легендарного Огненного Щита и человек, который поставит точку в доминировании тронгов! Я круто развернулся и вышел из кабинета дяди, оставив его в недоумении. Боялся ли я, что он побежит докладывать Красу о том, что услышал? Нет. Он прекрасно понимает, что Бартолин не выдержит и попытается меня приструнить, а я вполне могу превратить этого прихвостня тронгов в горстку пепла, и тогда клану Фолкенстонов, объединённому с людьми Крыловых, придётся принять неравный бой. Именно поэтому дядя будет держать язык за зубами. Терновый холм мы покинули уже через час. Дорога действительно оказалась дальней, но меня это совершенно не смущало. За первые несколько дней с моего возвращения в Алинор произошло достаточно событий, и мне было о чём подумать. Например, в свободное время я выстраивал схемы как можно комбинировать наши с Яриной умения. Мы сговорились, что в любой ситуации будем в одном отряде. Это давало уже какие-то приблизительные стратегии. Вариант с восстановлением силы с помощью стези Водолея был слишком простой и очевидной зарисовкой. Меня интересовали более сложные схемы, но пока в голову ничего не шло. Может, из-за волнения, а может быть из-за Бартолина, сидевшего в карете напротив и сверлившего нас взглядом. Наконец, когда стемнело, и гнать лошадей стало неразумно, мы остановились возле постоялого двора где-то на северной окраине Радии. Крас вышел из кареты и вместе с помощником направился к зданию. — А вы куда собрались? — Бартолин повернулся к нам с Яриной, когда мы выбрались из кареты. — Вы спите в конюшне. Скажите ещё спасибо, что с кареты не выгнал и не отправил в свинарник, где вам самое место. Ладно, мерзавец, мы с тобой еще пересечёмся. Пусть думает, что пост старшего надсмотрщика даёт ему защиту и преимущество. Пройдёт совсем немного времени, когда мы поговорим совсем по-другому. А спать в карете оказалось не так уж и плохо, гораздо лучше, чем на соломе у Орма. Правда, затекла спина, а еще пару раз за ночь будила Ярина, чтобы я не храпел. Тоже мне! Сама пару раз кричала ночью. Интересно, что ей такого снилось? В итоге я проснулся ещё до рассвета и смотрел в потолок, думая о будущем. Через пару часов вернулись Крас с его помощником, и мы продолжили путь. Они явно не были настроены на беседу, а мы особо и не настаивали. Время в пути использовали с Яриной для построения различных связок. Дар использовать боялись, чтобы не навлечь на себя гнев сопровождающих, поэтому пришлось делать всё на словах. Лишь раз за всё время Бартолин заглянул к нам в повозку и прикрикнул, чтобы мы не шумели. Видимо, у него здорово болела голова от выпивки, если он так остро реагировал на любой громкий звук. Весь день мы тащились по разбитым дорогам, останавливаясь только чтобы дать лошадям отдохнуть. Лагерь оказался в предместье Альграйма, поэтому в легендарный северный город мы так и не попали. Когда огни города уже маячили перед нами, Крас скомандовал повернуть на узкую тропинку, ведущую к лагерю.