— Что с остальными и где мы вообще? — К счастью, остальные в порядке, — отозвалась Ярина. — Ребята проснулись совсем недавно, на них отвар подействовал сильнее, чем на тебя. — А Горбатый и его отряд? — Мертвы все до единого. Дикие не оставляют живых. Особенно, если речь идёт об их заклятых врагах. — Тогда я не совсем понимаю почему мы ещё живы, — признался я. — Когда дикие напали, я показала им условный знак, — девушка вела себя совершенно спокойно, словно это было абсолютно очевидным решением. — Они меня узнали и не тронули. Вы — мои друзья, поэтому вам позволили отступить. Вы поступили разумно, не вмешиваясь в битву на стороне северян. — Ты серьезно? — Лапин подскочил на ноги и уставился на девушку. — Выходит, мы бесславно сбежали, оставив северян умирать, а ты их отдала как разменную монету? — Когда ты бежал, тебя это почему-то устраивало, — улыбнулась девушка. Да, у неё определенно иной склад мышления, но во многом она права. — Не пойму вашего возмущения, — Герда повернулась к нам. — Вы же понимаете, что даже без ледяных гигантов они бы уничтожили всех нас? Там было с полсотни Диких, а к тому моменту, как северяне выпили отвар, на ногах оставалось чуть больше десятка воинов. — Признайся, ты знала, что Дикие придут? — Седова сощурилась и с подозрением посмотрела на Герду. — Нет, но предполагала, что такое может произойти. Кстати, чтобы для вас не было неожиданностью… покончив с лагерем, они наверняка захотят пообщаться с нами и выяснить что мы здесь делаем. Просто молчите и дайте говорить мне, я вытащу нас всех. — Я тебе ни капли не доверяю и не собираюсь сидеть здесь и ждать, когда Дикие вспомнят о своих незаконченных делах, — Ярина поднялась и собралась уходить, но тут до нашего временного лагеря донеслись звуки боевых рожков Норстейна. — Это не со стороны заставы, — заметил Андрей. — Похоже, к северянам подошло подкрепление. Я прислушался к звукам и понял, что битва на заставе закипела с новой силой. — Давайте убираться отсюда, — я поднялся с места и убедился, что могу идти, хоть каждый шаг и давался с большим трудом. — Кто бы ни победил, нам всё равно лучше не встречаться. Вы должны понимать, что сейчас обе стороны для нас враги. — Дикие — не враги! — немедленно вспыхнула северянка. — Ты права, вот только они сами пока не знают об этом. Герда не стала спорить, но всё равно неодобрительно поглядывала на меня время от времени, пока мы пробирались через заснеженные перевалы. Отряд двигался очень медленно. Многие ещё не отошли после отвара Герды и ослабли после битвы. Стоило нам добраться до относительно безопасной местности, мы устроили привал. — Куда теперь? Чувствую, едва ли не каждый из ребят хочет задать этот вопрос, но первым решился задать его именно я. — Я могу поговорить с Дикими, — произнесла Герда. — Если в Норстейне согласятся на временное перемирие, мы сможем повернуть наши армии на запад. — Не думаю, что у тебя получится, — покачал я головой. — У Диких все решения принимает только один человек — предводитель племени. В нашем случае — предводителей союза племён. Не думаю, что ты сможешь пробиться к нему. — Ты поразительно много знаешь о северянах, — нахмурилась Герда. — Это тебе тоже дядя рассказывал? — Да, — соврал я, потому как всё равно никто из присутствующих не сможет проверить мои слова. — А я не вижу смысла останавливать Диких, — вмешался в наш разговор Холмович. — По крайней мере, сейчас, когда они только ворвались на территорию Норстейна. Так или иначе, армии северян подчиняются тронгам, и будет лучше, если Дикие разобьют их до того, как те повернут назад и попытаются подавить восстание. — Предлагаешь Диким сделать всю грязную работу за вас? Мы будем проливать свою кровь, пока вы будете стоять в стороне! — набросилась на Андрея Герда. — Никто не заставлял Диких сниматься с места и атаковать. Если они сунулись в Норстейн, значит, понимали на что идут. — И вместо того, чтобы ударить северняам в спину, ты предлагаешь отсидеться? — Я предлагаю сначала взять под контроль Радию и Ледрию, найти единомышленников, чтобы встречать тронгов и их прихвостней с полностью сформированной и готовой к битве армией. Сейчас наших сил недостаточно, и каждый человек на счёту. Особенно, если у него есть дар. Именно поэтому мы с Семёном, Емельяном, Живко и Яриной отправимся на помощь в Радию. — Андрей, я пойду с Аристархом, — нарушила молчание Седова и поймала на себе удивлённые взгляды Холмовича и Лапина. Есть! Борьба за Седову, которую я вёл с самого момента попадания в лагерь для одарённых, прошла не даром. Кажется, я смог перетащить её в свой отряд. Правда, праздновать победу пока рано. — Ярина, твои близкие в опасности, им нужна помощь, а ты собираешься уйти с этим простолюдином? — Во-первых, Крылов — не простолюдин. Просто до определённого времени его род считался прервавшимся. А во-вторых, Ари нужно пройти посвящение, а сделать это без помощи будет совсем непросто. Ты ведь сам знаешь, что род всегда помогает своим пройти этот этап. А кто поможет Крылову? — Может, ты испугалась и не хочешь принимать участие в восстании? — надавил на девушку Андрей. — Так, всё, достаточно! — вмешался я. — Пусть Ярина сама выбирает куда идти. Она совершеннолетняя, и может решать за себя сама. Тем более мне её помощь здорово пригодится. — Вот и решено! — произнесла Герда, прежде чем Холмович успел возразить. — Уверена, мы с вами еще встретимся. А сейчас мне пора идти. Скоро здесь стемнеет, а мне нужно найти надежное укрытие до ночи. — Так ты обратись за помощью к Диким, они согреют, — съязвил Лапин. Герда напряглась, а её рука машинально потянулась к кинжалу, но северянка быстро взяла себя в руки и попросту проигнорировала выпад. Девушка попрощалась с нами и умчалась куда-то на северо-запад. Интересно, если за ней проследить, она приведёт прямо к Диким? Не сомневаюсь, что Герда умная девочка, и за время путешествия несколько раз убедится, что за ней никто не следит и пару раз заведёт в ловушки. От всего сердца я надеялся, что девушка выживет и у неё есть будущее. Она не виновата, что оказалась в самом центре противостояния Диких и северян, ещё и эти тронги… Если бы не предательство среди Стражей, сейчас ситуация могла бы быть другой. — Обратно в Альграйм нам нельзя, — произнес Холмович, когда Герда исчезла за холмами. — Если попадёмся на глаза кому-нибудь из служек тронгов, нам конец. Придётся сделать крюк, чтобы попасть в Радию. Там мы можем собрать Большой и Малый круг на совет. Сейчас, когда Дикие ворвались на территорию Норстейна, у нас есть реальный шанс потеснить тронгов с наших земель. — Чтобы собрать совет, нужен кто-то влиятельный, — вмешалась Седова. — Ваш род услышат. — Как и твой, — заметил Андрей. Ненадолго повисло неловкое молчание. Я понимал, что Ярина захочет вернуться домой и попытаться убедить Совет подняться против захватчиков, но это значит, что нам не по пути. Выходит, начинается вторая битва за Седову? — Нет, я обещала Крылову, что не оставлю его одного, так что тебе придётся идти одному. Уверена, Седовы и без моей просьбы поддержат идею. — Я пойду с тобой, — вмешался Емельян. — Пусть я и не принадлежу к сильному роду, моих навыков будет достаточно, чтобы помочь. — И я! — Живко стал рядом с Андреем. — В Ледрии мне делать нечего, эти земледельцы даже не пошевелятся, пока их совсем не прижмёт. Лапин стоял и вертел головой, не зная что ему делать. — Сёма, иди с Холмовичем, — посоветовал я парню, который явно растерялся. — Ты уверен? — Лапин посмотрел на меня, всё ещё переживая, что я могу затаить на него обиду. — Да, будет лучше, если ты поддержишь Андрея. Мы справимся вдвоём. — Но куда вы пойдёте? — Лапин как всегда лез туда, куда не следует. — Ари нужно пройти посвящение, — тут же нашлась Седова. — Для этого нужно отыскать Духа огня. Мы отправимся к Кипучей горе — это единственное место, где можно встретить Духа. Да, пора вернуться к вулкану и пройти посвящение, а еще, где-то на склоне Кипучей горы припрятан мой кристалл, в котором содержится сила. И если сейчас у меня всего третий круг, то родной энергии такого объема с лихвой хватит, чтобы поднять сразу два круга, а если повезёт, и все три. Даже Ярина не знает об этом тайнике, я расскажу о нем гораздо позже, когда мы будем у цели. Холмович посмотрел на юго-восток, где в сотнях тысяч шагов находилась столица Радии. — Герда была права, у нас действительно мало времени. Будь у нас лошади, мы могли бы добраться до столицы Радии за два дня, а теперь я боюсь, что путь займёт не меньше недели. — Пора… — согласился Емельян, поднимаясь с места. Я немного иначе представлял себе расставание с друзьями, но вышло так. Холмович с отрядом направился на юго-восток, а мы обогнули холм и выбрали маршрут на юго-запад. Туда, где располагался вулкан. Сейчас, помимо Диких и северян у нас были две проблемы: отсутствие еды и холод. И если мой дар помогал нам обогреться, то с едой были проблемы. Там, где снег уже отступил, мы смогли отыскать немного ягод. Чем ниже мы спускались с горных хребтов, тем меньше оставалось снега и находилось больше пищи. Правда, появилась другая проблема: талая вода ручьями стекала с гор, здорово мешая нашему продвижению. Приходилось перепрыгивать с камня на камень, а иногда даже переходить горные речушки вброд. Ярина помогала справиться с небольшими ручьями, замедляя воду, чтобы можно было пройти по сухому руслу, а я обогревал нас обоих, чтобы не дать замёрзнуть. Весна придёт в эти земли куда позже, но даже летом на вершинах гор останется снежное покрывало. — На повозках было быстрее, — пожаловалась Ярина, когда мы остановились на привал. Мы условились, что каждые десять тысяч шагов будем отдыхать, и это была уже третья остановка за день. — Ари, я уже не могу идти! — Потерпи, до ближайшего поселения осталось совсем немного, — я попытался подбодрить девушку, но это не особо сработало. — Тебе откуда знать? Только не говори, что бывал здесь. — Сам не бывал, но Орм рассказывал об этих краях. В двух днях пути отсюда будет небольшая деревенька. Она находится недалеко от Кипучей горы, но я надеюсь, что она не пострадала. — Ты имеешь в виду Завалины? — Не-е-ет, до Завалин нам ещё неделю добираться, если не больше. А мы пойдём в Исток. Это деревенька, где берёт начало река Быстрая. Она огибает вулкан и впадает в реку Тихая, что питает бескрайние поля Ледрии живительной водой. — Дойти бы только! — пожаловалась девушка. — И не из таких передряг выбирались! На следующий день мы едва волочили ноги от усталости. Сказывались долгие скитания по бездорожью и плохое питание, но останавливаться на привал мы не решились. — Ари, я не знаю как тебе, а это место мне не нравится, — призналась Ярина, — бросив беспокойный взгляд на невысокие земляные холмы, поросшие густой травой и цветами. — Чувствуешь, словно холодок по спине бежит. Да, я чувствовал этот холод. Точно такие же ощущения были у меня, когда Тенори атаковал меня стихией Тьмы. Если я верно понимаю, в этом месте сильное средоточие этой силы, и нам лучше обойти стороной. — Что это может быть? — Седова невольно поёжилась и потеряла руки, хоть мы давно спустились с гор, и здесь было куда теплее. — Понятия не имею. Такое впечатление, что эти холмы одинаковые. Но кому в голову могло прийти создать их и зачем? — Могильники! — выпалила девушка. — Я слышала об этом месте! После битвы у Кипучей горы тронги устроили настоящую резню. Они преследовали отступающих воинов, которые надеялись скрыться на севере, а заодно и вырезали беженцев, которые тянулись на север и восток. Скорее всего, здесь находятся могилы тех, кто выжил в битве, но попытался спастись бегством. Чувствую, здесь могли быть и одарённые. Когда тронги пробили Купол, в Алиноре пробудились новые стихии. И Тьма стала сгущаться там, где осталось много не сожжённых тел. Странно, что в Завалинах нет такого места. Или есть, и просто я о нём не знаю. — Ты права, нам не стоит бродить здесь. Если эта стихия материализуется, нам будет непросто справиться с ней. К началу третьего дня, уставшие и обессилевшие от голода, мы обрались до деревни. Я немного ошибся и взял севернее, но к нашему счастью, мы встретили местных охотников и узнали у них правильный путь. У самой деревни я остановил Ярину, чтобы предупредить: — Никто не должен знать, что у нас есть дар. Сама понимаешь, что нас немедленно сдадут Надзору, или вообще настучат тронгам. Если и придётся использовать его, то незаметно. И ещё, нас непременно спросят кто мы и откуда идём. Нельзя, чтобы нас приняли за беглецов, иначе результат будет тот же. Седова кивнула, соглашаясь с моими доводами. Мы вместе придумали легенду и вошли в деревню. Несмотря на своё пафосное название, Исток был неприметной деревенькой. В далёком прошлом здесь пролегал северный торговый путь из центральных земель в Радию и Норстейн, но после вторжения тронгов дорога пришла в запустение. Больше не было торговцев, которые приходили бы в эти земли за товарами. С тех пор, как я был здесь в прошлый раз, деревня заметно опустела. Сейчас здесь осталось едва ли больше сотни домов. Да, больше, чем в Завалинах, но всё равно не то, что раньше. — Здесь можно где-нибудь перекусить? — поинтересовалась Ярина, осмотрев пустынные улицы. — Если есть деньги — где угодно. А с пустым кошелем придётся здорово подумать где можно поесть. Давай поищем работу вот на том постоялом дворе! Мы заглянули в просторное здание, где сейчас было пустынно. И не удивительно — кто будет торчать здесь рано утром? Постояльцы либо ещё спят, либо собирают вещи, чтобы продолжить путь, а завсегдатаи харчевни ещё не проснулись. — Завтрак только через час! — послышался сонный голос хозяина постоялого двора. — Может, есть какая работа? — поинтересовался я и встретился взглядом с тучным мужчиной с длинными усами, свисающими до самого подбородка. Он ненадолго завис в дверном проёме, внимательно изучая нас. — Может, и есть. Да только я не работаю с кем попало. Назовитесь и расскажите что вас привело в Исток. Мало ли здесь народу бродит! — Я — Аристарх, а это — Ярина. Мы беженцы из Норстейна. Дикие вторглись в северную страну и чинят беспорядки. Наша деревня сгорела дотла, и теперь мы возвращаемся в Радию, откуда мы родом. — А, вспомнили о корнях, как припекло? — ухмыльнулся мужчина. — Все вы молодые такие. Сначала ищете где потеплее, а как что пойдёт не так, сразу мчитесь домой. Ну, располагайтесь. Только учтите, что сутки в моей комнате стоят двадцать серебрушек. Завтрак — пять монет, обед — семь, ужин — ещё четыре. — Тридцать шесть монет в сутки? — удивилась Ярина. — В Альграйме лишь немного дороже! — Вот и ночуй в Альграйме, если тебе там больше нравится. Но ты ведь почему-то приплелась сюда? — огрызнулся мужчина и задумался. — А ты неплохо считаешь. Где научилась? — Мой отец торговал продуктами в Норстейне, а мы с матерью и сестрой ему помогали. Там я и обучилась считать. — Вот как! Что же, могу взять тебя в помощницы. Будешь принимать оплату у посетителей и готовить на кухне. Если твой отец торговал продуктами, значит, ты знаешь как с ними обращаться. Но в зал не выпущу. Местные у нас спокойные, а вот за приезжих ручаться не могу. Если начнут руки распускать, будут проблемы. Стража ведь вон где, а мы здесь. Мужчина повернулся ко мне и скептически осмотрел. — Ну, а ты можешь колоть дрова, носить воду из колодца и кормить лошадей постояльцев. Справишься? — Без проблем! — Отлично! Запомните, меня зовут Модест, и я буду обеспечивать вас едой, пока вы добросовестно трудитесь. Лентяев я не держу. За работу будете получать еду бесплатно. Но спать будете в конюшне — у меня свободных комнат не так-то и много, а раз потянулись первые беженцы из Норстейна, то скоро здесь и ступить негде будет. Условия были не самые выгодные, но разве у нас был выбор? Сейчас нужно немного прийти в себя, отдохнуть, собраться с силами и нормально поесть. А через пару дней можно и продолжить путь. — А не боитесь, что Дикие явятся и сюда? — В Исток? Что им здесь делать? Эти земли никогда не принадлежали Диким. Это с Норстейном у них бесконечная борьба. А если кого и погонит голод, то уж наверняка не сюда. Три дня идти ради краюхи хлеба и ломтя сыра? Нет, Дикие куда быстрее доберутся до закромов северян, для этого им и одного дня хватит. Модеста явно не заботило противостояние этих двух народов и разгоревшаяся с новой силой вражда, поэтому я не стал больше задавать вопросов о севере, а принялся за работу. Ярина помогла мне набирать воду. Сейчас у меня не было сил, чтобы наполнить бочку доверху, поэтому девушка украдкой использовала дар, чтобы перенести воду из колодца и наполнять вёдра. Мне оставалось лишь дотащить их до бочки и перелить. Да, всё равно тяжело, но уже проще. У Модеста мы провели два дня, немного восстановили силы и задумались о том, чтобы продолжить путь. Хозяин постоялого двора не особо хотел нас отпускать, но мы не могли сидеть, сложа руки, пока в Радии и Ледрии разгорается восстание, а Дикие сражаются с северянами в Норстейне. Именно поэтому мы собрались уходить утром следующего дня. Но наши планы спутало непредвиденное событие. К вечеру округу затянуло туманом, а ближе к сумеркам на улице поднялся шум. Женщины кричали и причитали, а люди из окрестных домов собрались, чтобы узнать что произошло. Мы с Яриной тоже выбрались на улицу, чтобы разобраться в происходящем. Может, Дикие нарушили свои обычаи и добрались сюда? Или мятеж докатился до Истока? В обоих случаях это казалось невероятным. — Пропали! — завыла одна из женщин. — Дети наши пропали! — Что случилось? Волки? Дикие? — немедленно поинтересовался один из охотников. — Ушли к могильникам и не вернулись, — произнесла сквозь слёзы женщина. — Куда же ты смотрела? — закричал другой мужчина, который с виду казался бывалым воином. — В могильниках обитают существа, которые не особо боятся калёного железа. Их бы серебром, или даром припугнуть. Да где взять желающих лезть туда среди ночи? Мы с Яриной переглянулись, девушка ждала моей реакции, но я отрицательно покачал головой. — А ты здорово усмотришь за этими сорванцами, когда нужно работать от восхода и до заката, а они предоставлены сами себе и лезут куда им вздумается? — парировала другая женщина, которая искренне сочувствовала горю односельчан. — Мы отправимся на их поиски, — заявил охотник. — Все, кто готов идти, собираемся на окраине деревни через час. — Ари, мы должны помочь, — заявила Седова, когда люди разошлись. — Ты слышал, что он сказал об одарённых? — Слышал. Вот только чем ты им поможешь? У тебя стихия воды, вряд ли удастся отогнать умертвий простой водой. — А у тебя есть огонь! — Есть, но я не идиот, чтобы соваться в могильники ночью, когда Тьма особенно сильна. Как только начнёт светать, пойдём туда, а до этого — ни ногой. Наших сил может оказаться недостаточно, чтобы совладать с теми сущностями. — Но ведь нам идти туда целый день! Нужно выходить сейчас, чтобы поспеть к утру. Ты ведь понимаешь, что к тому времени детей уже может не быть в живых? — А ты понимаешь, что сейчас мы им ничем не поможем? Утром возьмём лошадей и отправимся на выручку. Но не сейчас, когда темно настолько, что не видно куда идти. Казалось, Ярина приняла мои доводы и успокоилась. Мы отправились спать, но сон не шёл. Сколько бы я не вертелся, удалось задремать всего на пару часов. То ли виной тому волнение за пропавших детей, то ли дело в этом дурацком тумане, который ещё больше навевал тревогу. Да, я чувствовал, что случилось что-то нехорошее, только не мог взять в толк что именно. Может, это стихия Тьмы так действует? Чувствую, этот туман появился неспроста, вполне может быть, что его принесло из могильников, потревоженных детьми. И чего им только там понадобилось? — Ярина, ты спишь? — тихонько позвал я девушку, но она не ответила. Я напряг слух и понял, что не слышу её дыхания. Подскочив, я осмотрелся и понял, что девушки здесь нет. Ушла, значит! Когда-нибудь упрямство её погубит. Но не сейчас, потому как рядом есть я. Придётся взять лошадь у Модеста. Конечно, он этому не обрадуется, но другого способа догнать горе-спасателей у меня нет.